Ангелы во брони
Шрифт:
– Ну, сперва разговорный жанр, – как ни в чем не бывало начал «представление» Максим. – Идет конкурс «Мистер сексуальность». На подиум выходит невысокий толстый мужичок. Один из судей конкурса спрашивает другого:
«А этот что здесь делает?»
«А у него самый большой член».
«Это-то я вижу! А где он сам?»
«Любезная публика» отозвалась не сразу. Тот, что изображал из себя старшого, несколько секунд обдумывал услышанное, потом по-жеребячьи заржал, вновь закрутив на пальце пистолет с глушителем. Остальные тоже загыкали, немного опустив стволы.
– Это ты нас слабо рассмешил! – произнес главный. – Давай дальше и в том же духе!
– Пожалуйста, –
И в то же самое мгновение пистолет вылетел из рук главного. Удар был таким сильным и хлестким, что крепко привинченный глушитель полетел в одну сторону, а само оружие в другую. В следующую секунду пистолет вылетел и из рук боевика, стоявшего с правой стороны от главного. Он взмыл в воздух и в следующее мгновение оказался в свободной руке у «циркача». Вскинувшему свое оружие третьему боевику Максим тут же выстрелил в ногу, и тот с воем растянулся на полу. Главный получил удар ниже пояса, а «циркач» изловчился ухватить его за шею, притянуть к себе, превратив тем самым в живой щит. В скулу бандита уперся пистолетный ствол. Все это Максим исхитрился проделать одной рукой и не выронить при этом пистолет. А само «представление» заняло не более нескольких секунд.
– Ключ у тебя? – спросил Максим главного почти в самое ухо. – Ключ от наручников?!
Тот весьма поспешно кивнул.
– Медленно достаешь и отковываешь меня. Одно неправильное движение – башка твоя, как арбуз, разлетится! Остальным на пол!
Команды отдавались столь резким, не терпящим возражений голосом, что всем пятерым боевикам, включая раненного в ногу, пришлось повиноваться. Такое с боевиками случилось впервые.
– Точного местонахождения Максима Богданова и Кизила мы не знаем. – Люба решила подвести итог разговора. – У нас только гипотезы и предположения, – кивнула она на карту. – А вот местонахождение противников Богданова нам известно. Чтобы найти обоих беглецов, нам надо посетить тех, кто является их заклятыми врагами.
– Логично, – отозвался Николай, переглянувшись с седым полковником.
– Значит, надо нанести им визит, – произнесла свое последнее слово подполковник.
– Согласен, – кивнул Юрий Сергеевич. – Последнее время, Люба, ты выглядишь на редкость великолепно, – добавил он.
– Ты двести восемнадцатый, кто говорит мне этот дурацкий комплимент! – немного смутившись, сказала женщина. – С другой стороны, сбросить двенадцать лишних килограммов мне было не так-то просто… Искать этого вашего Богданова, должно быть, намного легче.
– Полнота тебе шла, – последнее слово осталось за старшим по званию.
6
Времени у Максима было очень немного. Леня Забелин и в самом деле был мертв. «Вот так тебе Угорь с Генрихом отплатили за службу верную!» – мысленно произнес Богданов. Для начала Максим выпустил пару пуль над бандитски стрижеными затылками, дав понять, что стреляет он не хуже, чем машет ногами и жонглирует оружием.
– Ты Генрих? – спросил Максим, направив ствол на того, что лежал на полу и зажимал ладонью раненую ногу.
– Н-нет…
– А где Генрих?
– З-зачем он т-тебе?
– Его очередь пришла.
– Генриха нет, в офисе остался.
– Поехали в офис.
– Все сразу? – спросил, не поворачивая головы, старший.
– М-да, пожалуй, нас и в самом деле будет многовато, – чуть подумав, протянул Максим. – Телефон Генриха! Быстро и в темпе!
Раненый медленно сунул руку в карман, вытащил мобильник,
– Сейчас проверим! – Максим вызвал нужный номер и через пару гудков услышал властный мужской голос.
– Это Генрих? – спросил Богданов.
– Да, – властный голос несколько изменился.
Видимо, предполагался совсем другой собеседник.
– Здравствуйте, Геня. Мальчик, зарубленный вами, а также родители его в ночных кошмарах не приходят?
– Кто это?
– Максим Богданов.
На том конце умолкли. Максим собирался произнести следующую фразу, но в это самое время он на секунду выпустил из поля зрения крайнего боевика, стоявшего у самого входа в комнату, где лежал труп Лени Забелина. Этой секунды хватило, чтобы боевик взмыл в воздух и выбил из рук Максима пистолет. Поймать его на лету ни Максим, ни его противник не успели. Следующий удар в голову должен был отключить Максима, но тот присел чуть ли не на шпагат, ухватил противника за корпус и в следующее мгновение провел бросок. Сзади было окно, бандит вышиб не только стекло, но и оконную раму. Его вопль чуть не оглушил Максима, тем не менее он успел поднять с пола выбитое оружие и тут же выстрелил по ногам бросившегося на него старшого. Старшой рухнул на пол, затруднив остальным продвижение вперед. Гвардии рядовой Богданов решил больше не вести переговоров с противником, а выполнить временный отступательный маневр. Вскочив на подоконник, Максим сперва прыгнул на ветви дерева, оттуда, страхуясь гибкими сучьями, спланировал на землю. Уходя проходным двором, Максим чуть не столкнулся с милицейской машиной.
Миновав три улицы, Максим уединился в глухом закоулке и вновь связался с Генрихом.
– Так вот, Генрих. Советую тебе в срочном порядке идти с повинной в прокуратуру. Понял, нет? – в стиле одного комедийного персонажа спросил Богданов.
– Благодарю, но советы от покойника мне не нужны, – отозвался Генрих.
«Говорит без акцента, не прибалт, скорее всего москвич, может быть, даже не в первом поколении…» – проанализировал интонации Генриха Максим.
– Тогда до встречи! – произнес Богданов.
– Жду с нетерпением, – в тон ему ответствовал невидимый и пока еще не слишком хорошо представляемый Генрих.
Генерал Каляев нервно помассировал виски, потом окинул тяжелым, не обещающим амнистию взглядом высокого мужчину с модельной укладкой темно-русых волос и тонкой полоской усов под перебитым и оттого слегка искривленным носом. Собеседник генерала имел мужественную внешность, его можно было бы назвать симпатичным, если бы не звериный взгляд темных щелевидных глаз. И сейчас в них было выражение затравленного волка.
– Вот такая херня, Генрих… Что будем делать? – спросил Александр Геннадьевич.
– Докладывать патрону будете?
– Пока нет, – беззаботно наигранным тоном ответил Каляев. – Чего докладывать-то, Геня? Что бойцы, которых ты столько лет натаскивал, ни хера не могут против одного плюгавенького уголовничка?
– Я не думал, что этот Богданов столь быстро доберется до Забелина. «Зверей» своих выставил просто на всякий случай… Не предупредил, что этот чертов «клоун» так ловок…
– Жалкие оправдания, Генрих. Одного «зверя» в окно выкинул. С третьего этажа! Тот, по счастью, на дерево приземлился, удачно росло под окном, но все равно два тяжелых перелома. У двоих ранения… И это называется бойцы? Там ведь чемпионы какие-то были?