Ангельская месть

Руссо Кристина

Границы размылись. И я больше не знал, чего хочу.

Сначала я отвез её домой после дня рождения Франчески. И что, чёрт возьми, она сделала, прежде чем захлопнуть дверь квартиры передо мной? Она поцеловала меня в чертову щеку.

Вот так просто.

Чмок.

По привычке я поднес ладонь к лицу, коснувшись кожи, которая теперь ощущалась как-то иначе.

Но потом она, конечно же, исчезла на целую неделю.

Хоть мне и не хотелось в этом признаваться, я сходил с ума, задаваясь вопросом, почему она не отвечает на мои звонки

и не принимает цветы, которые я ей посылаю.

Пока она не появилась сегодня вечером в моем винном погребе на углу Бронкса – прикрытие для входа в подземные туннели по всему городу, используемые для всякой незаконной деятельности. И, конечно же, она убила Хуана, или как там, чёрт возьми, звали эту крысу.

Молчаливая поездка в закусочную и последовавший за ней спор…

Мария убегает и падает в Ист-Ривер…

Я прыгаю за ней...

Я провёл рукой по лицу, глубоко вздохнув. Сегодняшний вечер мог закончиться плохо, очень плохо. По крайней мере, теперь мы в безопасности в моём пентхаусе.

В голове всплыли образы из душа с Марией. Обнаженная. Такая сексуальная…

Мой член встал от одной мысли об этом. Я ушёл, прежде чем натворил глупостей, но теперь не могу не жалеть об этом. Может, стоило остаться. Она, блядь, совсем не хотела, чтобы я уходил. Почему я веду себя как джентльмен? Я очень далёк от этого. Но после сегодняшнего вечера… Это было неправильно. Она бы убила меня, если бы услышала это, но она выглядела уязвимой. Холодной. Мокрой. Усталой.

Я был придурком, но я бы никогда не воспользовался женщиной.

Пока она заканчивала, я заказал еду на вынос, не вставая с дивана в своей большой гостиной. Из колонок лилась мягкая музыка, горел лишь один светильник, но света от сверкающего золотом города по ту сторону панорамных окон было достаточно.

Я мог позволить ей утонуть сегодня вечером. Но я этого не сделал.

Всё изменилось. Всё стало другим. Мне даже было не всё равно, что она говорила и всё такое. МНЕ. В смысле, какого хрена?

Услышав, как она вошла в комнату, я встал и повернулся к ней: — Я заказал китайскую еду. Что ты делаешь?

Я окинул взглядом её тело, заметив пластиковый пакет, который она держала в руке. На ней была одна из моих футболок и спортивные штаны, и они выглядели гораздо более мешковатыми, чем ее обычная мешковатая одежда.

Я переоделся из своего обычного костюма в черные спортивные штаны и рубашку. Футболка того же размера обтягивала мою мускулистую фигуру, подчеркивая мои большие бицепсы и плечи, но Марии она казалась раз в пять больше. Полагаю, спортивные штаны, которые она спрятала под рубашкой, были закатаны несколько раз, чтобы не спадать.

— Спасибо за все, но мне нужно домой.

Я смотрел на нее, не говоря ни слова, поскольку она отказывалась смотреть на меня.

После всего... Она бросила меня?

— Спасибо, что… спас мне жизнь сегодня вечером, но...

— Но ты уходишь.

Она

уходит от меня.

— Да, — наконец она встретилась со мной взглядом.

Я усмехнулся, проведя рукой по лицу и усмехнувшись. Подойдя к ней, я сократил расстояние между нами. Она сглотнула, подняв голову, чтобы встретиться со мной взглядом.

Наклонившись, пока не оказался с ней на одном уровне, я почувствовал, как на моих губах появляется темная ухмылка. — Ты так не уйдёшь.

— Я их помою и верну тебе. — Она стиснула зубы. Похоже, мы снова играли в кошки-мышки.

Разочарование сменилось весельем. — Ты думаешь, дело в одежде?

Она склонила голову набок. — А о чём же ещё может идти речь? — Когда она попыталась протиснуться мимо меня, я шагнул вперёд. — Уйди с дороги.

Я подошёл ещё ближе. — Пока ты не выйдешь из моей головы, не уйду.

Гнев сочился из нас обоих. Мы смотрели друг другу прямо в глаза, напряжение нарастало, дыхание становилось всё тяжелее. Я видел пламя в её глазах и чувствовал его в своих.

Я огрызнулся.

Схватив ее за шею, и поцеловал ее так глубоко и грубо, что тонул в ней.

Мой мир перевернулся.

Воздух казался гуще, а одежда тяжелее. Комната кружилась, и я чувствовал только ее запах.

Несмотря на всю силу, с которой я прижался к её губам, они покалывали. В груди стало легче. И мне показалось, что я схожу с ума.

Она сводила меня с ума.

Сначала она не ответила на поцелуй — просто напряглась и замерла, вероятно, слишком растерявшись или удивившись, чтобы ответить взаимностью. Но она не оттолкнула меня.

Ко мне вернулось раздражение. Она не ослабляла бдительности. Она не подпускала меня к себе.

Но затем моя хватка на её затылке усилилась, когда я задел зубами её нижнюю губу, и она с ахом приоткрыла рот. Я воспользовался этим, чтобы окунуть язык ей в рот и насладиться каждым её прикосновением. Она была просто потрясающей на вкус.

Я коснулся ее языка своим.

Дважды.

После третьего она растворилась во мне. Ее руки взметнулись вверх и зарылись мне в волосы, сжимая их в кулаки и дергая.

Я застонал, уткнувшись ей в губы, и она застонала в поцелуй, ощущая дрожь моего языка. Темный голод охватил меня, и я растворился в ней, когда меня охватило пламя.

Мои руки блуждали по её телу, пытаясь запомнить каждый изгиб. Моя рука беспорядочно зарылась ей в волосы, и я оттянул её голову назад, чтобы поцеловать глубже. Пока её руки опускались по бокам моей шеи, мои опускались к её ягодицам. Я схватил её поверх материала спортивных штанов, резко впиваясь пальцами и притягивая к себе.