Ангелмасса
Шрифт:
— О, мы не формалисты, Верховный Сенатор, — ответил Ханан, зардевшись. — Позвольте проводить вас и вашего помощника в каюты…
— Поручите это мне, — вмешался Коста. — Асами занимайтесь подготовкой к старту.
— Да, так было бы лучше — разумеется, если Верховный Сенатор не возражает, — быстро проговорил Ханан, посмотрев на гостя.
Эта ситуация была хорошо знакома Форсайту — Обычный Человек сталкивается с Важной Персоной и начинает вести себя так, будто шагает по лезвию бритвы. К счастью, Форсайт умел справляться с
— Более всего Верховному Сенатору желательно, — сказал он Ханану с легким упреком в голосе, — чтобы вы успокоились и чувствовали себя в своей тарелке. Я не нуждаюсь в особых знаках внимания и ни в коем случае не хочу вмешиваться в вашу работу. Договорились?
— Э-э-э… да, сэр, — ответил Ханан. — Я постараюсь.
— Вот и хорошо, — продолжал Форсайт. — Относитесь ко мне как человеку, который интересуется охотой на ангелов и хочет попробовать в ней свои силы.
Ханан лукаво улыбнулся.
— Первым делом я бы постарался отговорить вас. Уж очень тяжел этот труд. — Он посмотрел на Косту. — Мы поселим гостей в каютах номер один и два. Пусть Чандрис поможет тебе сменить постельное белье. — Кивнув, он торопливо зашагал по коридору.
По спине Форсайта разлился холодок. Чандрис. Таким же именем назвалась девица, летевшая зайцем на «Хиррусе». Он говорил Пирбазари, что Чандрис Лалаша наверняка работает на пару с Джереко; его догадка, по всей видимости, оправдалась.
Чандрис здесь, на борту… и он несколько дней проведет взаперти рядом с ней и ее сообщником.
Форсайт подавил возникшую было растерянность. Эти двое всего лишь мошенники, которые за редким исключением никогда не прибегают к насилию.
Роньон смотрел на него, нерешительно морща лоб.
«Мы останемся здесь на несколько дней, — показал ему Форсайт. — Это господин Джереко, он покажет нам наши каюты. Второго человека, который только что ушел, зовут Ханан Девис».
Роньн кивнул, и Форсайт повернулся к Косте.
— Если вы готовы, мы можем идти.
— Я готов, — ответил Коста, на секунду задержав взгляд на Роньоне.
Форсайт понял, что молодой человек хочет задать вопрос, но не знает, как это сделать.
— Роньон глухонемой, — сказал Форсайт, приходя Косте на помощь. — Он также отчасти неполноценен в умственном отношении. Если потребуется сообщить ему что-то, что нельзя выразить простыми жестами, это можно сделать только через меня.
Тут он, конечно же, покривил душой, но молодому человеку было совсем не обязательно об этом знать.
— Понимаю, — отозвался Коста. — Э-э-э… будьте добры следовать за мной.
Они вернулись к задраенному входному люку, миновали его и, пройдя несколько шагов, свернули в один из поперечных коридоров, ничем не отличавшийся от остальных. Ближайшая дверь открывалась в тесную, но уютно обставленную каюту.
— Обычно здесь живет Орнина, — сообщил Коста, жестом приглашая спутников внутрь. — Каюта Ханана напротив. Я позвоню
— Хорошо, — сказал Форсайт, глядя вслед молодому человеку, который протиснулся мимо и подошел к интеркому, висевшему у кровати. Ему совсем не хотелось выставлять Ханан и Орнину из их кают; но эта ситуация была хорошо ему знакома, и он понимал, что хозяева будут гораздо больше смущены, если он откажется занять лучшие помещения.
Закончив разговор, Коста поднял глаза.
— Чандрис появится через несколько минут, — сказал он Форсайту. — Можете подождать ее здесь, либо я провожу вас в рубку управления и познакомлю с Орниной.
— Сначала в рубку, — решил Форсайт. — А потом, если вы снабдите меня документацией, я хотел бы приступить к ознакомлению с кораблем.
— Разумеется, — ответил Коста. — Сюда, прошу вас. Они вновь миновали люк и свернули по направлению к оси корабля; на следующем углу они столкнулись лицом к лицу с девушкой, которая несла стопку белья.
— А, вот и ты, — сказал Коста и обернулся к Форсайту. — Это наши гости, Верховный Сенатор Форсайт и… э-э-э…
— Его зовут Роньон, — заговорил Форсайт, смерив девушку быстрым взглядом.
Лет двадцати, привлекательная, хотя в ее внешности еще сохранялась детская угловатость, она держалась уверенно и невозмутимо. Судя по всему, она не была новичком на «Газели», и Форсайт на мгновение подумал, не поспешил ли он с догадками относительно того, кто она и что из себя представляет.
Потом он снова присмотрелся к ней, на сей раз внимательнее. Бесстрастно-любезное выражение лица, ледяной оценивающий взгляд… Взгляд профессионального политика или талантливого мошенника.
Нет, он не ошибся.
— А вас, если я правильно понял, зовут Чандрис, — добавил Форсайт.
— Да, — ответила девушка, мельком посмотрев на Роньона. — Ваш визит — большая честь для «Газели». Могу ли я спросить, что привело Верховного Сенатора на наш скромный корабль?
— Стечение обстоятельств и интерес к работе господина Джереко, — сказал Форсайт. — Но я постараюсь не путаться у вас под ногами.
— Вы нам не помешаете, — холодным тоном произнесла Чандрис. Ее глаза скользнули по подвеске на шее Форсайта, словно девушка хотела убедиться в том, что он тот, за кого себя выдает. — Прошу прощения, но мне еще многое нужно сделать, прежде чем мы стартуем.
— Разумеется. — Форстайт кивнул и сместился к переборке, уступая ей дорогу. — Если это постели для наших кают, вы можете отдать его Роньону. Мы сами способны позаботиться о себе.
— Прекрасно. — Приблизившись к гиганту, Чандрис подала ему белье.
Роньон вопросительно посмотрел на Форсайта.
«Отнеси его в наши каюты, — велел ему тот. — Помнишь путь?»
«Конечно, — ответил Роньон, принимая стопку белья и сжимая его под мышкой. — Мне остаться там?» — показал он на пальцах свободной руки.