Ангел Смерти
Шрифт:
Кристина вышла к знакомому и полюбившемуся месту, она не спеша раскладывала инструменты для работы. Обнюхав округу, далматинец уже лежал на смятой траве. Погода была замечательной, высокие деревья прикрывали от палящего солнца, легкий прохладный ветерок приятно освежал тело. Девушка достала из рюкзака бутылку холодной минеральной воды и, сделав пару глотков, принялась за картину.
Решив дать глазам немного отдохнуть, девушка отвела взгляд от холста. Кристина интуитивно коснулась камня возле своих ног, не зная, зачем она это делает, девушка оттолкнула его ногой. Под ним оказался черный конверт. Она узнала повадки своей подруги, отчего на сердце стало еще тяжелее. Оглянувшись по сторонам, Кристина подняла черный сверток, достав из него белый лист. Она замерла с бумагой
«Я знала, что рано или поздно ты найдешь это письмо. Крис, так же зная тебя, я уверенна, что ты начнешь обвинять себя во всех грехах! Прошу не надо, не превращать свою судьбу в великомученическую, хватит одной дуры. Я сделала свой выбор и поверь он мне по душе. Ты как никто другой знаешь, какого это замечать на себе взгляды, чувствовать, что ты изгой. И дело не в том, что на мне стоит клеймо сумасшедшей, поверь, я себя таковой не считаю! Я открыла мир заново и узнала, что в нем нет границ! Если ты не увидишь меня после смерти, значит я, наконец-то счастлива! Но цель моего послания не в этом. Хочу предупредить, держись подальше от тех парней, с которыми ты меня видела. Они не знают о том, что именно ты следующая, но будут искать и вероятно найдут. Прошу не выдай себя, будь осторожна, не делай глупостей и ничего не выясняй! Осталось немного до выпускного, как только сможешь, беги, но не вызывая подозрений. Если они до тебя доберутся мне нигде не будет покоя… Но даже если это случится Крис ты и не ведаешь какая ты! Мне показали! Подружка ты способна постоять за себя, и спасти других, поэтому твоя смерть им необходима. Прощай...»
Не желая больше рисовать, девушка сложила краски обратно. Настроения писать больше не было, окликнув Хантера, она поспешила к дому. Бабушка успела уйти к подруге, о чем повествовала записка на холодильнике. Кристина в несколько шагов преодолела деревянную лестницу, ведущую на второй этаж. Положив, прощальное письмо на стол девушка обреченно опустила голову. Она увидела Инну после смерти, а это значит, что все далеко не так безоблачно как написала перед смертью подруга.
– Инна! – Позвала Кристина, но ответом ей была тишина.
Кристина почувствовала себя одинокой и покинутой всеми. Как же ей сейчас была нужна мама! Взгляд девушки остановился на черном чехле, в котором была мамина гитара. Достав инструмент, Кристина коснулась тонких струн. Она довольно давно не брала ее в руки. Поддавшись порыву, девушка легко перебрала струны, улыбнувшись последующему за ее движением плавному звуку. Кристине захотелось выразить боль, которая скопилась в душе и сделать это при помощи музыки, как это делала Надежда. Девушка боялась, что за долгое время забыла все аккорды, но как только прозвучали первые, она перестала думать, отдавшись на волю чувств. Кристина запела колыбельную, которую написала для нее мама. Хотя эту песню нельзя было назвать колыбельной, она была грустной и ведала об огромной любви и страхе ее потерять. При помощи нее мама каждую ночь перед сном пыталась сказать как дорога ей дочь. Смысл песни тогда Кристина просто не могла понять, в детстве ей просто нравился мамин голос и красивая музыка. Сейчас девушка сама познавшая любовь, не представляла, как Надежда справлялась со всеми выпавшими на ее долю испытаниями. Допев песню, Кристина услышала аплодисменты, раздававшиеся за ее спиной.
– Это было так нежно трогательно и грустно, что слезы сами полились ручьем. – Сказала Милена, шмыгнув носом.
– Спасибо. – Смутилась девушка. – Ты что подслушиваешь?
– Просто не хотелось прерывать твою прекрасную игру. Замечательная песня, очень красивая! – Милена присела на кровать рядом с сестрой. – Тетина песня?
– Да, мамина. – Поникнув, ответила девушка.
– Наверное, писать песни это семейное, вот и ты пишешь. – Решила она.
– До ее песен мне далеко. Ты как?
– Все нормально. – Кристина отставила гитару в сторону. – А ты?
– Все думаю, о том, как ее убили и если честно, мне очень страшно. Думаешь, это сделали те парни, о которых все говорят?
– Я не знаю. – Лгала девушка, сестру нужно было оградить от этой
– Ладно, не будем о грустном. А где бабуля?
– У Земфиры кажется. Давай позавтракаем. – Предложила Кристина, почувствовав протест в животе.
– Я видела на кухне стопку блинчиков!
– Здорово! Тогда нам нужно спешить, пока Хантер до них не добрался!
Визит Милены помог немного отвлечься от грустных мыслей. Кристине нужна была передышка, слишком много всего навалилось к и так огромному кому проблем, с которыми она жила три последних года. Девушка понимала для того чтобы разобраться в том, что произошло с подругой ей нужна была помощь самой Инны. Проводив Милену Кристина, поднявшись к себе, не могла думать ни о чем кроме призрака увиденного на кладбище и прощальном письме.
Спустя два часа бесконечного поиска информации в интернете девушке казалось, что она сама уже становиться одержимой бредовой идеей. Глаза покраснели и начали болеть. Все что она смогла для себя понять, то, что Кристина могла попытаться выйти с Инной на контакт. Эта мысль казалась абсурдной даже после всего того, что уже довелось увидеть и услышать. Тем не менее, она решила проверить эту сомнительную гипотезу. На тему вызова усопших душ существовало огромное количество бредовой порой нелепой и смехотворной информации. Прочитав немало страниц, Кристина поняла, что не столь уж безнадежна как многие из тех, кто опубликовал большинство статей. По всем данным требовалось немало различной атрибутики, и даже пост и уединение перед ритуалом. На собственном опыте она убедилась, что не требуется ничего, даже желания, чтобы призрак появился. Если ему это нужно он и сам прейдет. Кристина решила совершить ритуал в полночь, потому как во всех ужастиках и книгах именно в это время полтергейст набирает полную силу, хотя опять же таки, Инна появилась перед ней днем. В дань устоявшимся традициям девушка все-таки решила дождаться полуночи.
Когда время пришло, Кристина валилась с ног и хотела скорее закончить с очередной бредовой идеей. Для связи с подругой девушка набросала алфавит на ватмане, вместо стрелки взяла линейку треугольник. Она зажгла свечу, но полностью тушить свет побоялась, поэтому в комнате был включен светильник. Кристина мысленно обратилась к Инне. «Если ты все еще здесь прейди, я хочу помочь тебе» - подумала девушка, но ничего не произошло. Пламя свечи даже не колыхнулось, светильник не моргал. Она попробовала снова, на сей раз, более настойчиво призывая подругу. Что-то изменилось, но что именно Кристина не понимала. Воздух вдруг стал сдавленным и плотным, словно она находилась в заполненном людьми трамвае. Девушка сразу пожалела о своей затее, ведь на ее призыв могла прийти другая неспокойная душа, совершившая при жизни ужасные вещи.
– Инна это ты? – Дрожащим голосом прошептала девушка.
Ее взор был обращен к ватману, но треугольник в ее руках оставался на прежнем месте. Вдруг в комнате появилось нечто похожее на сквозняк, который теребил шторы, но Кристина плотно закрыла перед ритуалом дверь и окно. Этот легкий ветерок проносился по комнате шелестя бумажными листами на столе, когда он был рядом с девушкой, ей становилось трудно дышать. Кристина услышала неприятный скрипучий звук, она подпрыгнула на месте, словно от укола иглы. Этот звук доносился из угла, где стоял мольберт еще с ее детства, на одной из его сторон можно было писать мелом, как на доске. Эта сторона была повернута к стене. Девушка опасливо подошла к нему, ожидая чего угодно, она опасливо повернула его. На запыленной доске было написано пальцем всего лишь два слова: «Помоги мне».
Кристина отшатнулась в сторону, едва не упав. Попятившись назад, она села на кровать, желая, чтобы все прекратилось. Ниже появилась еще одна запись: «Не бойся, пожалуйста, если хочешь, я уйду, только скажи вслух».
– Как я могу помочь тебе? Что случилось? – Взор Кристины устремился к доске.
«Я не помню».
– Почему я больше не вижу и не слышу тебя?
«У меня мало сил, я забываю ваш язык. Я знаю все тайны жизни и смерти, но донести их до тебя не могу. Я – умудренный старец, ты – годовалый ребенок. Твой язык становиться мне непонятным».