Андриеш
Шрифт:
С ним мечты его разделим,
Счастье, горе и труды,
Тяготы любой беды
И сражения, и краткий
Отдых после смертной схватки!
Глава третья
Осень.
Лозами поросший
Холм придавлен
Нынче урожай хороший,
Гроздья без числа висят,
И глядят меж перекладин
Очи зорких виноградин.
Как внизу теперь наряден,
Весь в плодах, фруктовый сад!
Он раскинулся, блистая,
Словно солнцем налитая,
Чудо-скатерть золотая,
Словно россыпь янтаря.
Пляшет хору [22] птичья стая,
И средь щебета и писка
Ветви кланяются низко,
Землю-мать благодаря.
Где ж хозяин тот счастливый,
Что взрастил сады и нивы,
Землероб трудолюбивый,
Виноградарь, садовод?
22
Хора - народный танец-хоровод у болгар, македонцев, гагаузов, сербов, хорватов, молдаван, румын, греков, грузин, турок, армян и евреев.
Всюду мертвое молчанье —
То ли вымерли сельчане
Иль, заплакав на прощанье,
В дальний край ушел народ?
Вдруг в лазури, из-за елок,
Развернулся черный полог
И накрыл, широк и долог,
Огороды и сады.
В тучах молнии сверкнули,
Землю саблями хлестнули,
И долины потонули
В море взвихренной воды.
Нищетою угрожая,
Дождь ревет, уничтожая
Все богатство урожая,
Будто небо дало течь;
Сладу нету с этой течью!
Всю работу человечью
Крупный град сечет картечью,
Ничего нельзя сберечь!
Это карлик-старичина
Чародействует бесчинно,
Он один — беды причина:
Он, виновник непогод,
Льет взбесившиеся воды
На сады, на огороды —
Злой сморчок длиннобородый,
Стату-Палма-Барба-Кот [23] .
Он верхом на волке рыщет,
Он в четыре пальца свищет,
Сеет, сыплет, брызжет, прыщет
23
Стату-Палма-Барба-Кот - Мужичок-с-ноготок-борода-с-локоток.
Вездесущею водой.
Он во мгле добычу ищет,
Накрывает влажной сетью
И стегает, словно плетью,
Бесконечной бородой!
От такого многоводья
Гибнут тучные угодья,
Все соцветья и соплодья.
Землю в лужи
Вьется карлик, угрожая
Сбереженью урожая,—
Злобный карлик Барба-Кот.
И под натиском воды
Наземь падают плоды,
Утопают в иле сливы,
В лужи яблоки летят;
Сиротливый, боязливый,
Погибая, никнет сад.
Не жива и не мертва,
Виснет влажная листва,—
Видно, доля такова —
Погибают дерева!
Гибнет сад.
Ливень, град.
Да, не прочь
Барба-Кот
День и ночь
Напролет
Угрожать
Всем подряд,
Продолжать
Ливнепад!
В нем кипит
Лютый гнев,
Он шипит,
Обнаглев:
«Разгляди
Мощь мою!
Я дожди
Разолью!
Водоверть,
Длись во мгле!
Жизни — смерть!
Смерть — земле!
И средь этой передряги,
Хлюпая по грязной влаге,
Андриеш ползет в овраге,
Ошалевший от невзгод;
Еле тащится по лужам
Робким шагом неуклюжим…
Тут слетел с небес к бедняге
Стату-Палма-Барба-Кот!
Вместе с ветром ураганным
Стал кружить над мальчуганом,
Заволок его туманом,
Промочил его насквозь;
Бородатый карлик скверный,
Угрожая смертью верной,
Поднял крик неимоверный,
Так что небо затряслось:
— Я тебя
Затоплю,
Заплюю,
Погублю,
И седой
Бородой
Удавлю,
Умертвлю!
Я гостей
Не хочу
И людей
До костей
Просквожу,
Промочу,
Простужу,
Исхлещу!
Чтоб вода
Здесь лилась,
Чтобы здесь
Навсегда
Только грязь
Развелась,
Только мгла
Здесь была
И один
Властелин,
Всех трясин
Господин,
Повелитель
Дождей
И владыка
Болот —
Чародей
И силач,
Бородач
Барба-Кот!
Андриеш продрог от стужи,
Вымок и устал к тому же.
«Как бы выбраться из лужи?»
На уме у пастушка.
— Где б нашлась нора сухая? —
Прошептал чабан, вздыхая.
Но повсюду тьма глухая
И, дубравы колыхая,
Дождь идет, не утихая.
Словно долгие века
Капли падают со звоном
Над лесистым кряжем сонным,
Где в потоках жидкой мглы
Кроны, ветви и стволы,
Непомерно тяжелы,
Горбятся под влажной кладью…
Вдруг, раздвинув прядь за прядью
Бородищу колдуна,
Медленно и постепенно
Из густого колтуна,
Клочковатого, как пена,
Выпутался мужичок,
Очевидно ловкий малый,
Так под тридцать лет, пожалуй.
На мгновенье, как мешок,
На одной руке повиснул,
Глянул вниз, протяжно свистнул