Андре Ситроен

Блау Марк Григорьевич

На этой же выставке французский автопромышленник был представлен Гитлеру. Оба остались довольны знакомством. Фотографы навеки запечатлели рукопожатие.

Потом эта фотография стала одним из свидетельств обвинения Рено в предательстве родины и сотрудничестве с немцами. Точно также как фотография, где фюрер ласково поглаживает модель «Фольксвагена» и нежно глядит на Фердинанда Порше, стоила последнему двух лет тюремного заключения во Франции. Впрочем, к чему лукавить? Не столько эта фотография навредила Порше, сколько его реальная работа на немецкую армию.

Точно также и Луи Рено трудно было отпираться от обвинений в коллаборационизме. После оккупации Франции в 1940 году возможностей у него было немного. Либо пойти

на сотрудничество с немцами, и сохранить предприятие, утешая себя мыслью, что оно еще послужит славе Франции. Либо сбежать, оставив дело всей жизни на поток и разграбление. Хотя, думается, что вторую возможность Рено вряд ли серьезно рассматривал. Конечно, немцы победили, что было неприятно. Но в общем, виделись они «крепкому хозяйственнику» вполне приличными, образованными и культурными людьми, с которыми можно было иметь дело. На протяжении всей войны заводы, руководимые Л.Рено, исправно ремонтировали танки и вооружение для немецкой армии. Так что когда в сентябре 1944 года шестидесятисемилетнего Л.Рено арестовали под радостные крики прогрессивной прессы, оправдываться ему было нечем. Впрочем, и сил на это уже не было. Луи Рено скончался 24 октября 1944 года, обесславленный и оплеванный. Его заводы в пригороде Парижа, которые он надеялся сохранить, были разбомблены авиацией союзников. Да, в общем-то, и не его это были теперь заводы. В январе 1945 года президент Де Голль приказал национализировать компанию. Имя Рено с нее не убрали, но самого Луи Рено считали за лучшее не упоминать. Не слишком афишировали и тот факт, что вышедший на дороги Франции в 1947 году «Рено 4CV» фактически был подготовлен к производству в годы войны под руководством коллаборациониста Рено и, скорее всего, с ведома немецких оккупационных властей.

«Политехник»

Но вернемся от ужасов еще не случившейся войны в прекрасную эпоху конца девятнадцатого века. Для нашего героя прекрасной она была еще и тем, что совпала с годами его детства и юности.

Взрослые любят тиранить детей вопросами «Кем ты будешь, когда вырастешь?» Ответы вроде «буду пожарным» или «буду продавцом мороженого» вызывают улыбку умиления. Детство заканчивается тогда, когда на этот вопрос дается вполне серьезный ответ.

Один из дядей спросил шестнадцатилетнего Андре, кем он хочет быть. Тот ответил, что пока не знает, кем бы он желал быть конкретно. Но в любом случае он видит себя предпринимателем. «А где ты возьмешь первоначальный капитал?» Племянник ответил по-юношески самоуверенно: «Была бы хорошая идея — деньги найдутся».

Андре выказывал больше желания заняться деятельностью производственной, а не торговлей. Значит, надо учиться на инженера?

По тогдашним французским законам в университетах могли учиться только граждане Франции. Восемнадцатилетний Андре Ситроен испрашивает французское гражданство и 30 апреля 1896 года получает его. А двумя годами позже, в октябре 1898 года он становится студентом знаменитой парижской Политехнической школы (l’'Ecole Polytechnique).

«Alma mater» по-латыни означает «матушка-кормилица». Так называли свой университет студенты Сорбонны. От средневековых школяров пошла студенческая традиция: давать прозвища своим учебным заведениям. Московская «керосинка» и ленинградский «бонч» — продолжение этой вековой традиции.

Политехническая школа в начале двадцатого века

Парижская Политехническая школа имеет самое короткое в мире прозвище, «икс» (L’X). Выпускники Политехнической школы не пишут в своей биографии, какое учебное заведение они закончили, а просто ставят вслед за именем в скобочках букву X и год поступления.

Почему существует такая странная традиция?

Политехническую школу основали

в революционном 1794 году. Практически сразу же она де-факто стала инженерной академией французской армии. В 1804 году Наполеон утверждает военный статус школы и награждает ее девизом «За Родину, Науку и Славу» («Pour la Patrie, les Sciences et la Gloire»). Ну, а где есть девиз, там должен быть и герб. На гербе Политехнической школы изображены две скрещенные пушки, похожие на букву X. Отсюда и возникло вышеуказанное, краткое, как сестра таланта, прозвище.

Итак, наш герой стал X1898.

Политехническая школа всегда находилась под эгидой министерства обороны. Потому и дисциплина в ней была без всяких оговорок военная. Сейчас, конечно, нравы стали мягче. С 1972 года в «политехники» даже стали принимать даже женщин. Но во времена А.Ситроена «X» была похожа на военную казарму. И распорядок дня был соответствующий. Личного времени при этом за сутки вряд ли набиралось полчаса.

Правда, по воскресеньям учащихся отпускали в увольнение. С 10 утра до 10 вечера Париж принадлежал им. Этот день Андре Ситроен обычно проводил с матерью.

Студенты-политехники имели свою форму. Сохранилась фотография двадцатилетнего Андре в форменном кителе и в шляпе с трехцветной кокардой. Шляпа была из блестящей черной кожи, с загнутыми, как нос у корабля, краями, потому и называлась она «фрегат». Тонкие нафабренные усики загнуты вверх и, несмотря на пенсне, придают юноше вид геройский. Хотя Андре был невысок ростом (165 см) и в плечах не широк, он был красив лицом. А сильный характер и полное отсутствие агрессивности привлекали к нему внимание мужчин и женщин всех возрастов. Андре Ситроен рано узнал, что может вызывать симпатию и всю жизнь пользовался этим своим умением.

Андре Ситроен, Х1898

Дело Дрейфуса

Многие склонны путать понятия: «Отечество» и «Ваше превосходительство».

М.Е.Салтыков-Щедрин

Одним из выпускников Политехнической школы (X1878) был Альфред Дрейфус (Alfred Dreyfus) (1859–1935). С именем капитана Дрейфуса связан самый громкий судебный процесс 19-го века. В ходе «дела Дрейфуса» выявились все достоинства и недостатки французской демократической системы, которая до того считалась безусловно превосходной.

Год рождения Альфреда Дрейфуса — это почти середина промежутка между годами рождения Ситроена-старшего и Ситроена-младшего. Он принадлежал к поколению ассимилированных французских евреев, которые охотно стали гражданами самой могучей и самой культурной страны в мире. По мере сил французские евреи стремились внести свой вклад в процветание родины. Каждый на своей ниве.

Нива, которую выбрал себе Дрейфус была, пожалуй, самой сложной из возможных. Он стал армейским офицером, служил в артиллерии и дослужился до чина капитана. В 1893 году он — не без сопротивления военной верхушки — стал офицером Генерального штаба.

Это был грандиозный прорыв и демонстрация того, на что способен французский патент мирового счастья: идеи Свободы, Равенства и Братства. До той поры в генштабе евреи не водились. Туда с большим трудом просачивались даже «чистокровные» французы «неблагородного» происхождения. И вот рядом с аристократами служит сын фабриканта из «условно французского» Эльзаса. Несмотря на нелюбовь начальства к Дрейфусу, несмотря на его совсем не «командный» голос и на ужасное эльзасское произношение, заменить его не представлялось возможным. Прекрасный специалист, требовательный к себе и к подчиненным! Его ждет блестящая военная карьера! Ох, господа офицеры, мы еще увидим в своем кругу генерала Дрейфуса! До чего дожили!