Анатомия Комплексов

Витич Райдо

Рэй рванул навстречу, не глядя размахивая мэ-гоцо, откидывая могористов с дороги, отпихивая своих, прорезая путь клинком и телом: лишь бы успеть схватить свою глупую жену и прикрыть до того, как стрела вонзится ей в сердце, до того, как лезвие стилета срежет ее шальную голову с плеч.

И успел. Алена врезалась в его грудь, прижалась доверчиво, вся в слезах от счастья. Но ему некогда было радоваться, успокаивать ее и ругать. Могористы бились насмерть. Стрелы кучно падали на агноликов, метко разя их и тесня сопротивление. Рэй успел лишь прижать всхлипывающую,

дрожащую жену к груди и прикрыть своим телом, чуть склонившись. Две стрелы ужалили в спину, еще одна чиркнула над ухом и вспорола рукав девушки. Их подхватили и увлекли к стене, образуя заслон из живых тел. Рэй тяжело вздохнул, сдержал стон и посмотрел в глаза Алены.

Совсем недавно он хотел ее наказать, а сейчас и дышать в ее сторону боялся. И слов не было: все обличающие тирады, что он готовил, казались неуместными, пустыми, ненужными. Он видел синие глаза, на исхудавшем лице, которые говорили больше, чем мог произнести язык. Эти глаза не просто любили, они открыто обожали. И этому нечего было противопоставить.

Лоан ласково улыбнулся ей и поцеловал в лоб. Не стоит ее ругать — не за что. И учить незачем, и на землю отправлять…Как он без нее? А она без него?

— Рэй! — гаркнул над ухом Иллан. — Уводи ее!

Тот удивленно посмотрел на брата: как он здесь оказался и что говорит?

— Рэй, совет встал на сторону Монтррой, — добавил тот тихо, — девять фагосто. Это война брат.

Веко Лоан дернулось.

Алена, открыв рот, смотрела на Иллана, стоящего перед ними, сжимая стилеты в руках, взъерошенного и грозного, сказочно красивого и решительного. Горящий взгляд, гордая осанка, волевое лицо… Она поняла, что ничего уже не понимает.

Парень резко отвернулся и, уложив своего же могориста взмахом клинка, вновь уставился на Рэйсли.

— Он, он.. — попыталась высказаться Алена

— Мой брат! — отрезал Рэй, давая понять ей, что Иллан за них. Тот с благодарностью глянул на него и поторопил:

— Уводи ее. И сам уходи. Ты ранен.

"Ранен?!" — Алена с ужасом воззрилась на мужа. А тот смотрел в глаза брата. Секунда другая и он резко толкнул девушку в объятья Иллана.

— Нет! — завопила Алена, забившись, цепляясь за мужа. Иллан удивленно распахнул глаза и хотел возразить, но Рэй не дал, бросил в лицо:

— Я окэсто, у меня больше шансов выжить. Уводи ее и уходи сам. На краю площади сейфер. Там Сергей. Он отвезет вас к гоффиту.

И рванул в гущу воинов. Через секунду и Алена, выкрикивая его имя, начала удаляться. Иллан тащил ее из толпы дерущихся, прикрывая от стрел. А та не хотела, упиралась, рвалась к Рэйсли, видя лишь два древка, торчащие из его спины. " Он ранен, ранен!" — тупо стучало в висках, наполняя ужасом и отчаяньем сердце, разрывая душу болью, которую он должен был испытывать. Руки тянулись к нему, желая дотронуться, вцепиться и не отпускать, в слепой надежде удержать его в рядах живых, уберечь от смерти и боли.

А Рэй, словно не слышал ее умоляющий надсадный крик, не хотел слышать. Он бился, не щадя ни себя, ни врагов. Взлетал клинок, металась золотистая ткань, кривились

губы, хмурились брови. Тело откидывало могористов играючи, словно не чуя ослабляющих ран в спине, отвергая их наличие напрочь.

Она удалялась от него, влекомая чужой волей, зажатая чужими руками в тиски. Перед носом сверкнуло лезвие. Иллан успел преградить ему путь, откинул и, взмахнув клинком рассек трахею могориста. Алену обдало кровью. Она зажмурилась, всхлипнула и вдруг почувствовала толчки: один, второй. Шаг назад, еще. Почти край площади. Вот только руки, держащие ее, стали слабеть.

Девушка рванулась в надежде вернуться и почувствовала, что ее уже не держат. Над ухом раздался слабый стон и смешался с лязгом клинков, свистом стрел и другими стонами. Она обернулась. Серые глаза виновато смотрели на нее и не просили о помощи, а пытались запомнить ее.

Иллан падал. Белую рубаху заливала кровь — из груди торчало жало, лицо вспорото до шеи, обезображено не столько грубой, кривой раной, сколько мукой. Парень рухнул на колено и еще пытался подняться, мотая головой, но силы уходили, вытекая с кровью.

Алена подхватила его, беспомощно огляделась, выцепила глазами Дэйкса, закричала призывно. Тот оглянулся, Рэй, услышав ее, замер на секунду, вглядываясь, качнулся в их сторону и …получил удар мечом по груди. От плеча до пояса прошла кровавая полоса, раскрылась кожа, оголяя мясо и край кости.

— Нет!!!

Крик девушки перекрыл все другие звуки. В тот же миг ее подхватили и потащили с площади, но она не видела, кто, и все кричала, обезумев вконец, глядя, как в грудь мужа, чуть выше страшной раны, вонзается еще одна стрела, и Рэй падает на мостовую, не спуская с нее глаз, в которых сквозит мольба: уходи! Падение и клубок отточенных лезвий взрывают его тело, выходя наружу со спины. Тут сомкнулся круг агноликов, одни защищают сегюр, другие пытаются его поднять, но он недвижим, неподъемен, словно мертв……

Как в замедленной съемке она видела, как Иллан пытается подняться, устремиться к брату, и падает подкошенный предательским ударом под ноги. Дэйкс подхватывает его тело, что- то кричит агноликам, призывно махая им клинком. К ним подбегают, прорываясь сквозь заслон могористов, подхватывают безвольное тело. Перекошенное лицо Сергея в полуметре от нее и метание красных лучей мэ-гоцо. Все начало сереть, покрываться дымкой, отступать, исчезая, и только чей-то дикий вой еще стоял в ушах, оглушая сознание:

— Нет!!! Рэй!!! Нет!!!

ГЛАВА 19

Может быть, это не было концом света или катастрофой в общепринятом понятии, но для Алены произошедшее стало больше, чем апокалипсис. Она была уверена — жизнь кончилась, и тело Рэйсли поставило жирную точку на ее дальнейшей судьбе, упав на мостовую Колви.

В ее понимании случившееся на ее глазах было не столь непоправимо, сколько неоправданно жестоко по своей несправедливости, абсолютно неправильно, дико нелепо и абсурдно по сути своей. Но это было и убивало своей реальностью.