Аналог
Шрифт:
«Сколько до цели?» — отправил в ответ сообщение.
«Шесть минут».
Рихард остановился. Зная место проникновения Нианзу Ли быстро составил план пирамиды и понял, что секретный механизм находится в районе, который он обшарил вдоль и поперек.
Мозг судорожно искал ответ, и он пришел, как случается любое открытие — обыденно и привычно, потому, что всегда было рядом, очевидно и ты тысячи раз проходил мимо.
Рихард направился в противоположную сторону. Из-за повышенных мер безопасности приходилось часто использовать
«Я на месте», — сообщил неутомимый китаец.
«И я...» — мысленно отвечал Рихард, но отправлять сообщение не спешил. Занимая знакомую гранитную ванну думал только о том, чтобы хватило сил.
«Я на месте», — вторично отчеканил Нианзу Ли.
«Дави на всю гашетку», — отправил сообщение Рихард.
«Не понял. Включать?»
«Да, парень, руби концы».
Сила до того неведомая Рихарду обрушилась на тело со всех сторон. Он мог поклясться, что услышал хруст собственных костей. Преодолевая немощность тела предводитель армии партизан сказал:
— Я потомок великих людей, оставивших в дар это сооружение. Открой тайны бытия, Память моих отцов и матерей.
В пустой квартире на окраине города призрака Ки Минь пыталась доказать трем солдатам насколько несправедлива «красная машина», а Василий безуспешно искал связи с отцом.
— Талантливым и гениальным людям нужна свобода, — увещевала Ки, — любые рамки их калечат. Они совершенство посланное самой вселенной. Разве могут гении поместиться в рамки примитивного общества?
— У нас говорят, что любая способность должна облачаться в твердую форму законов общества, — задумчиво отвечал Иржи.
Ки фыркала, как кошка и снова заводила свою песню:
— Таланты даются такими, какими нужны. Их необходимо принимать в чистом виде. Может быть у змей иначе, но талантливый человек прекрасен во всем, он создает шедевры, а законы мешают творить...
Атака Солнечных вампиров не заставила себя ждать. Миллионы энергетических копий ринулись на армию партизан.
Сидя в кабинете-сейфе Игорь Матвеевич оценивал масштабы наступления.
Внутренняя линия пестрила сообщениями — атаки шли с разных сторон. Один за одним активировались, перестраивались и вновь вводились в строй защитные редуты.
«Открой!» — телепатическим сообщением потребовала Елизавета.
Посмотрев на экран, Игорь Матвеевич понял, что система слежения пятнадцать раз запрашивала вход — перед кабинетом стояла жена.
Открыв сейф Игорь Матвеевич надеялся узнать, многое, но услышанное никак не мог просчитать.
— Я могу биться с вампирами не хуже твоих солдат, — заявила Лизавета. — Не то, чтобы я пришла спросить разрешения... Нет! Я пришла просить включить меня в ряды сопротивления, генерал.
Игорь Матвеевич провел широкими ладонями по лицу и положив руки на стол устало посмотрел на супругу.
«Где звезды, искрившиеся в волосах? Станут огнями победными звезды.
— Я пришла не прощаться, — уверенно, но соблюдая дистанцию сказала Елизавета.
Саркастическая усмешка коснулась губ Игоря Матвеевича: «Опять забыл про телепатию», — подумал ошарашенный неожиданным визитом супруг и сказал вслух:
— Мы пели эту песенку... когда-то. Знаешь, я бы именно с тобой хотел поговорить о том, что с новыми возможностями уже не будет у людей личного. Не будет тайн, не будет романтики...
— Ты меня удивляешь, железный генерал, — сказала Елизавета. — Разве тебе не знакомы такие понятия, как личное пространство, стыд, подглядывание, как порок?!
Игорь Матвеевич ощутил поток информации буквально взрывающий мозг.
— Прекрати! Я понял — нам есть, о чем поговорить. Социализация вампиров мне неизвестна. Когда вернешься с линии фронта, назначу в совет.
Доко открылось и поправив черные локоны новый солдат отправился на войну.
Глава 43
Рекруты сработали слажено, и вскоре, все жители Земли просмотрели на фоне образованного щита информацию о прошедших битвах жителей разных планет Солнечной системы.
Переведя взгляд от доко, закрывшегося за супругой, к монитору, горящему сообщениями всех уровней, Игорь Матвеевич встал и открыл секретный канал связи.
— Василий, извини, что не считал нужным тебе все объяснить. На пороге перемен я столкнулся с неведомой до сих пор преградой — это личное пространство. Преодолев долгий путь и совершив массу ошибок, я считал, что мои сыновья не нуждаются в объяснениях и примут факт любви и заботы без лишних, а порой и опасных, проявлениях чувств с моей стороны.
Я действовал по собственной системе, не соответствующей ни «Аналогу», ни «Телепату»... Без каких бы-то ни было внешних рамок, я действовал именно так, как можно было бы оправдать только сегодня.
— Ты меня извини, — раздался хрипящий голос Василия из запястья, — но это совсем не то, что я хочу сейчас услышать от генерала. У нас тут массовое отравление или повальная чума... Я не знаю, что это. Может быть бактериологическое оружие?!
— Наши встроенные системы не предназначены для голосовых сообщений, — рассматривая руку проговорил генерал.
— Разберись что происходит, — хрипело запястье. — Людей как будто в одночасье сразило самое мощное оружие глобального поражения...
Резко развернувшись Игорь Матвеевич направился к гранитной призме. После нескольких паролей боковая плоскость отобразила ситуацию на Земле.
Практически поголовно люди корчились в судорогах. Словно гнев божий окутал мир, приговорив способных противостоять его воли заботиться о терпящих муки. Несчастных складывали штабелями прямо на улицах для того, чтобы хотя бы напоить и тем самым продлить агонию.