Аналог

Вес На

— Игорь Матвеевич, — открыл дверь Василий, — они готовы и ждут Вас.

Генерал встал из-за стола и, поправив воротник рубашки, вышел в узкий коридор. Дойдя до тяжелой двери в лабораторию остановился. Василий не спешил прикоснуться к массивной ручке. Помедлив в предвкушении разрешения дела, Игорь Матвеевич тихо сказал:

— Ну, сынок, открывай! Время пришло для точки на линиях многих судеб.

Василий открыл дверь, и свет лаборатории поглотил фигуры людей.

— Здравствуйте! — поприветствовал генерал собравшихся.

Игорь

Матвеевич прислушался к ответным приветствиям в свой адрес. Раздражительных или коротко холодных не было и это уже радовало.

Когда настала тишина Юрий Викторович поправил очки и поднявшись сказал:

— Игорь Матвеевич, я как руководитель проекта скажу за всех — мы согласны. Что нам надо делать?

Генерал взглянул на Василия, потом на Александра, обвел взглядом остальных и подумал:

«Приветствую тебя — будущее!» — но вслух произнес предписанное положению и ситуации:

— Для начала надо собрать все, что может указать на путь к вашей работе. Вся информация должна покинуть этот мир с нами. У каждого есть свои файлы, может быть письменные формы документов, все надо собрать и вывезти или уничтожить. Помните — уничтожение не должно привести к потере результата вашего труда. Можете приступать.

А мы, — он обратился к Василию, — обсудим твои планы. Саша, пойдем с нами.

Зайдя в небольшую комнату следом за отцом и Василием, Александр закрыл дверь. Отец встал у дальней стены и смотрел на двух стоящих перед ним мужчин. Василий и Александр переглянулись.

— Дети мои, — начал отец и Петров напрягся, сдерживая внутреннее волнение.

— Да, Саша, согласен — я не святой отец. Но как сказать, если я ваш отец, а вы братья?!

Александр был готов к любому повороту событий, но такого никак не мог себе представить. Он медленно повернулся и по-новому взглянул на Василия. Тот удивления не выражал, впрочем, в его огромных серых глазах увидеть какие-либо эмоции за эти несколько дней знакомства Александру не удалось ни разу.

— Василий знал с самого начала, что ты его брат, — продолжал отец, — еще, когда он был маленьким, я рассказал ему все то, что ты Саша узнал совсем недавно. И это можно понять, ведь он родился там, куда ты только сейчас отправишься.

Александр пораженно смотрел на Василия стараясь разобраться в собственных ощущениях, но придать хоть какую ни будь форму, заметавшимся мыслям, не мог.

— От твоего взгляда у меня сейчас дырка будет в голове, — обернулся и, глядя в упор сказал Василий. Но в голосе не было привычной холодности, скорее едва уловимые ноты тембра отца, когда он смеется.

— Дети мои, сыновья! — продолжил отец, — эти часы мы проводим вместе. Нам предстоит расстаться. Вася остается здесь, мы с тобой, Саша, отправляемся домой. Что я хотел сказать? То, что у нас мало времени, давайте поговорим о нас.

Генерал сел на пластиковый табурет и смотрел на стоящих детей.

— Ну, что встали, — он выдвинул вперед еще пару стоящих рядом

табуретов — присаживайтесь!

Александр сел справа от отца:

— Я не понял, а почему Василий не идет с нами? Ведь там его дом! Мама... — Петров смущаясь, замолчал, но продолжил:

— Мама жива?

— Да, — переглянувшись с отцом, ответил брат, — жива, здорова. Ты скоро и с ней познакомишься. Так ведь, отец?

— Конечно, — отвечал тот. — Вася, ты не обязан здесь оставаться. Ты можешь пойти с нами. Много, очень много ты сделал! Поверь мне, ты можешь позволить себе отдых.

— Отдых...- Задумчиво произнес Василий, — Зная, что Рихард хочет разрушить оба мира? Отец, для меня это невозможно! Я необходим здесь!

— Извиняюсь, — заговорил Александр, — насколько я понял, Рихард хочет вернуть технологии этому миру, а не разрушить миры...

— Рихард хочет, чтобы именно это думали о нем и о его движении, — Вдруг гневно сказал Василий.

— Сынок, пока ты не побываешь на Аналоге, ты не поймешь все досконально. Просто представь себе, что будет, если, например, технология телепатии останется сейчас здесь?! Начнется война! Война экономическая... И это только сначала. Но не сложно предсказать, что страна, завладевшая этими технологиями и развившая у своих жителей такие способности, захочет доказать свое преимущество.

— Я останусь здесь! — заявил Александр.

Отец, вскинув брови спросил:

— Почему?

— Мне не интересен тот Мир, но я хорошо знаю этот! Я могу быть полезен здесь!

— Конечно, твой патриотизм вызывает восхищение, но ты не можешь здесь остаться, — помедлил Василий и добавил, — брат. Я выходил на связь перед тем, как прийти к тебе, отец. Не стал сразу говорить... В общем, вас ждут, переходы готовы. Тебя Александр уже ждут в реабилитационном отряде времени.

— Не понял! — Удивился Александр — Это что за отряд?!

— Ну, как тебе сказать, — начал Василий, но решил не объяснять. — А зачем рассказывать? Вот ты уже заинтересовался!

И смеясь, добавил:

— А я буду тебя здесь ждать. Может, ты не передумаешь после курса молодого расчленителя нагов!

— Наги — это такие люди-змеи? Мифические существа, обожествленные древними индусами? Владеют магией, телекинезом и еще всякой ересью?! — издевательским тоном спросил Петров.

Василий хитро сощурил глаза и разочарованно покачав головой произнес:

— Потому тебе и надо на Аналог.

Игорь Матвеевич спокойно произнес:

— Во-первых, никакой магии у них нет. Только высочайшие технологии и не менее высокий уровень развития личности. Во-вторых, мой тебе совет — пока не пройдешь курс, не говори о боге или богах, вообще не затрагивай эту тему.

Удивительная перемена во внешности засмеявшегося брата какой-то неизвестной теплой волной сопричастности к лучащимся глазам, чуть заметным ямочкам на щетинистых скулах породила чувство гордости и одновременно ясности.