Аналог
Шрифт:
Два зеленых и один оранжевый огонек на панели внутренней связи сообщили о важной информации из «наружки».
Игорь Матвеевич сообщил подчиненным:
— Совещание окончено, товарищи. Детали и координацию проведите на местах. Завтра жду подробного плана. Все свободны. Петров и Грозный останьтесь.
Когда кабинет опустел, генерал сказал, в первую очередь обращаясь к начальнику оперативного отдела:
— Твои, что-то нарыли.
После просмотра сообщения по личному каналу, вывел сигнал на внешний монитор перед
На экране Архипов потрошил квартиру Светланы, как голодный медведь зимовье.
Наблюдая за своим несостоявшемся убийцей Александр выдохнул:
— Это он. Надо его брать!
Грозный грустно ухмыльнулся:
— Знакомая личность. Я сам оказывался в западне охотясь на него.
В это время Архипов подобрался к камере под потолком и сигнал пропал.
— Будем брать хищника старым добрым способом — на живца, — сообщил генерал и хитро посмотрел на Александра.
Грозный насупил густые брови, но промолчал, ожидая указаний.
Глава 22
— Сан Саныч, мне надо с Вами поговорить! — подскочил с места Стас, — лишь только Петров зашел в кабинет.
— Говори, — коротко взглянув на молодого товарища, сказал Петров.
— Не здесь, Сан Саныч! — Стас выговорил эти слова, как человек знающий схему вечного двигателя.
— Если ты хочешь узнать про вчерашнее то, не стесняйся...
— Сан Саныч, — перебил его Стас, — очень прошу вас поехать со мной.
Петров остановился, не дойдя до сейфа, и вопросительно посмотрел на подчиненного. Стас выглядел как граната, из которой вынули чеку — прочная, лощеная оболочка и разрывающие ее внутренности.
— Нам надо в райотдел. Ты готов?
– задал наводящий вопрос Петров.
— В райотдел? — Замешкался Стас, опомнился и согласился: — да, да!
«Салага», - перечитывая донесение дежурного ухмыльнулся Петров, но отреагировав на слова напарника, изнутри шрам ущемленного достоинства выпалил: - «А ты таким не был! Сразу в отребный отряд вступил и взятки команде Хаоса вкладывал?»
Ехали молча, и лишь проходя через сквер — перед отделением милиции, Стас заговорил скороговоркой:
— Вчера, когда Вас увезли, я отправился домой. Ко мне подошел человек — выше меня, примерно вашего возраста — лет тридцать пять, волосы темные — средней длины. Он сказал, что если я не сообщу ему о местонахождении изобретателя, со мной будет то же, что и с Вами...
Петров остановился на узкой выложенной плиткой в виде ромбов дорожке, и достал пачку сигарет:
— Он уточнил, что именно?
— Да! Он сказал, что Вы умрете потому, что не выполнили своих обещаний, а задаток Вами получен. Но если я предоставлю информацию, со мной такого не случится! Дома я получил сообщение о перечислении на мой счет ста тысяч!
— Кому ты сообщил об этом?
— Никому! Сан Саныч, поймите, он сказал, что в управлении у них есть свои люди! И если я начну глупить, то ...
—
«В управлении точно, кто-то есть», — думал Петров, — «но он не имеет доступа к оперативной информации. Он свистит о делах — в общих чертах: какое дело — кто ведет, какие видимые успехи... Стоп! А почему, я исключаю равного себе офицера? Он сливает все о себе, но доступа к чужим делам не имеет!»
— Сан Саныч, — суетился Стас, — так что мне теперь делать?
— Для начала, мы с тобой идем в отделение, чтобы присутствовать на допросе Чембарова. А во-вторых — ты приставлен ко мне, чтобы следить за мной!
— Что???
— Слушай, Стас, — Петров подошел вплотную к подчиненному, — я допустил ошибку! Ты хочешь сказать, что тебя не просили сопровождать меня?
— Ну, да... Только я эту просьбу капитана СБ принял, как опасение за Ваше здоровье!
— Так вот Стас, ты в реальном говне! Твоя служба в армии, высшая школа и... Ты вообще идеал карьериста! — Сорвался Петров.
— С чего ты взял, что в этом мире кто-то о ком-то заботится!?
Швырнув эти слова, Петров пересек широкую аллею и, дойдя до стальной двери отдела прислушался. Стас догнал его.
«Так и надо! Упертый! Пусть шевелит мозгами!», — думал Петров о расстроенном напарнике.
На допросе Чембаров старался выглядеть спокойно и даже вальяжно. Было понятно, что если он и замешан в серьезном,- то слишком мелок, что — бы переживать. Если не узнать, как они его подцепили, то даже при давлении трудно будет отделить нужную информацию от блефа.
— Скажите, Семен Ипатович, — задал вопрос Петров, — а Вы знаете о том, что подозреваетесь в шпионаже?
В комнате допроса наступила полнейшая тишина. Немая сцена словно опустилась тем самым поршнем из камеры и давила присутствующих.
Опер смотрел на Петрова, мягко говоря, как на недалекого человека, Стас смотрел с ненавистью, а Чембаров. Чембаров не выражал ничего!
«Вот это выдержка!», — Подумал Петров, — «Надо проверить по армейским картотекам».
— Это серьезно или этот парень перегрелся на солнышке? — спросил Чембаров.
— Это не наш, — беспечно сказал Петров.
— Разрешите Вас?! — обратился опер к Петрову.
Чембаров остался в комнате для допросов, опер, Петров и Стас вышли в узкий коридор.
— Я не пойму, что вы делаете! — возмутился опер.
— Мы задерживаем Чембарова под вашим давлением! Мы из кожи вон лезем, чтобы задержать этого законопослушного гражданина, а Вы вместо того, чтобы нам помочь...
— Я же сказал, майор, он не наш! У вас есть, за что его задерживать? — спросил Петров.
Майор сплюнул и не глядя ответил:
— Нет.
— Тогда выпускайте, — спокойно говорил Петров уже двинувшемуся к дверям комнаты допроса майору, а Стасу коротко сказал:
— Здесь, все. Идем дальше.