Аморалис
Шрифт:
– Неужели ты поздоровался! – усмехнулся я. – Каким ветром тебя на эту крышу занесло-то, а? Что ты там забыл? И какого чёрта ты захотел спрыгнуть?!
– Это всё Аленка виновата! Мне так больно стало… И я подумал, ну как я без нее жить буду? Как и зачем? – парень понуро повел плечами, будто сам понял, какую чушь несет.
– Стоп! Ты че, из-за бабы это все?! Тьфу! – сплюнул я в окно. – Тебе сколько лет, ребенок?!
– Шестнадцать. – угрюмо сказал он. – Так вы вернете меня обратно? Меня мама ждет!
Ну блин, из-за бабы! Из-за какой-то бабы…
– Пацан, если ты думаешь, что я бюро по возврату, ты не по адресу! И сразу тебе скажу, чтобы знал: я везу тебя в ад.
– Как в ад?! Почему? – растерянно спросил он, глядя мне в глаза. Теперь я увидел огромные омуты небесно-голубого цвета, в которых плескался страх.
– Потому что то, что ты сделал, считается самоубийством.
– Но я же передумал! – отчаянно крикнул мальчик.
– Передумал, не передумал… Тебя в спину никто не пихал! А то, что ты «якобы» оступился, можно было и придумать! – я был зол. Нет, не так. Я был чертовски зол на этого пацана, ведь он совершил то, что когда-то отчаянно желая, испугался сделать я.
***
Пока мы ехали, я выяснил, что мальчика зовут Егор. Что он был один в семье, и был жутко избалован. Родители работали не покладая рук на его айфоны, на подарки Аленке, а он обращался с ними как со слугами…
Он одевался в брендовую одежду и совершенно не выносил, когда на его желания и мнение плевали с высокой колокольни.
И в конце концов, до меня дошло, что о маме он подумал, только благодаря трем строчкам в песне.
Теперь я был полностью уверен, что чутье меня не подвело, и я сделал правильный выбор, высадив его у ворот ада.
***
Я хочу кофе. Нет, не так. Мне нужен чертов кофе! Выйдя из машины, я заметался в поисках кафешки или хоть чего-нибудь, где смог бы его купить. Чуть в отдалении я заметил небольшой ларечек, из которого была слышна настолько депрессивная музыка, что у меня уши свернулись.
– День добрый! Самый большой латте и много-много корицы туда, пожалуйста! – нетерпеливо сказал я. За прилавком сразу же заметалась девчонка лет семнадцати с очень болезненным видом. Синюшные мешки под глазами, трясущиеся руки, лихорадочно бегающий взгляд. Мне почему-то подумалось, что она скоро умрет… Ну или у неё большое горе.
– Девушка, у вас всё в порядке? – спросил я, когда она чуть было не расплескала мой драгоценный кофе.
– Д-да, всё в порядке! – лучезарная улыбка получилась вымученным оскалом, а во взгляде промелькнула такая боль, что меня перетряхнуло.
– Куришь? – лучший вариант разговорить человека – покурить с ним. Реально, когда человек курит, угрозы он не чувствует. А от нее ощутимо сигаретами тащит.
– Да,
– Угостишь сигаретой? – она протянула мне пачку. – Выходи, постой со мной, я не кусаюсь.
Девушка закрыла окошко и поставила табличку технического перерыва. Через полминуты она уже протягивала мне зажигалку. Пока она жадно затягивалась ядом, я усиленно думал. Постепенно её руки перестали трястись…
– Тебя как зовут-то?
– Алёна.
– Тебе курить не рано, Алён?
– Поздно мне. У меня рак легких… Неоперабельный. Последние две смены отрабатываю и всё. Искать гроб, место на кладбище…
Я подавился сигаретой. Был бы живой, выбросил бы её к чертовой матери! Было подумал, что она шутит… Выражение лица Алёны говорило об обратном. Она говорила абсолютно серьезно. Впервые я не знал, что сказать.
– Я вчера парня своего бросила. Не хочу, чтобы он возле моей койки торчал все время! Пусть лучше себе здоровую девушку найдет! – зло выплюнула она.
– А ты не подумала, что это должно быть его решение? Если он любит тебя, то имеет право быть рядом! – я чуть не сорвался на крик. Дура. Ей Богу, дура!
– Так я потом тоже об этом подумала. Но его телефон со вчерашнего вечера не отвечает. Видимо, он умеет забывать три года жизни за пару минут разговора…
– Ответит, не сомневайся! – у неё зазвонил телефон.
– Горка звонит! – её лицо буквально засветилось.
– Так поднимай быстрее!
– Да, Горка, привет! Прости меня, я совсем не подумала, нам нужно поговорить, слышишь? Я люблю те… – девушку резко оборвали. Она побледнела и телефон выпал из её рук. – Егорка вчера спрыгнул с крыши.
Я едва успел подхватить её. А ведь похоже я буквально только что отвез её парня в ад! Боже, судьба, какая же ты все-таки сука!
В те моменты я даже не задумывался, почему я вдруг смог выйти и, купив кофе, простоять в мире живых около десяти минут. А должен был заметить и подумать…
***
Я тяжело опустился на сидение. Из магнитолы доносился божественный голос Halsey, и я прибавил громкость.
Не успел я сделать пару глотков кофе, как открылась пассажирская дверь. В проем заглянула большая лысая бошка, оглядела салон и рядом со мной плюхнулся мощный мужик бандитской наружности. Демонстративно его осмотрел, сморщил нос и выдал:
– Звезда в шоке! – ну а что? Голубок – лучшая стратегия для такого типа. Это взбесит его быстрее всего, следовательно – мне будет проще понять, что он за человек.
Мужик, презрительно фыркнув, прорычал:
– Трогай, пацан.
– Дядь, а ты чё такой хмурый? Не с той ноги встал, что ль? – заискивающе, и немного по-детски спросил я. Ну давай, бесись! Покажи свое истинное лицо!
Огромные кулачищи сжались и мужик резко шарахнул по моей приборке. Я жму на тормоза, и мы оба летим вперед. Мужик ощутимо ударяется головой об ту же приборную панель. Сзади гудят машины, что по-меньшей мере странно. Мы уже должны были выехать на небесную дорогу! Сбой в матрице, что ли?