Аминта

Тассо Торквато

Хор.

Чего не в силах

Соделать два врага могучих, если

Между собою заключить союз

Случится им! Но говори яснее.

Тирсид.

Любил чрезмерно Сильвию он, нимфу,

И был чрезмерно ею ненавидим.

Хор.

Поведай, что ж произошло меж ними?

Здесь, по дороге, многие проходят,

И кто-нибудь,

быть может, об Аминте

Известие доставит, а, быть может,

И сам он подойдет меж тем.

Тирсид.

Охотно

Поведаю о всем я, так как было б

Несправедливо, чтобы неизвестной

Неблагодарность черная такая

Осталась. От меня Аминта знал,

Что вместе с Дафной Сильвия пойдет

К источнику купаться. Побуждаем

Моей, увы, лукавой речью, он

Отправился туда, колеблясь. Вдруг,

Когда источник был от нас уж близок,

Услышали мы крики, плач и Дафну

Увидели, зовущую на помощь.

Она, лишь нас заметила - "Бегите, -

Нам крикнула, - на Сильвию напали!

Вперед влюбленный бросился Аминта

Пантерой, я за ним, и меж кустов

Увидели мы девушку нагую,

Привязанную к дереву. Косматый

Стоял сатир пред нею и узлы

Последние затягивал. Она

Пыталась защищаться, но, конечно,

Напрасно. Дротик выхватив, Аминта

К сатиру устремился, я ж набрал

Больших камней - и, жертву бросив, быстро

Враг убежал. Когда сатир исчез

В лесу, взор жадный обратил Аминта

На члены те прекрасные, что цветом

И нежностью подобны были сливкам,

Дрожащим в кувшине, - и я заметил,

Что щеки вспыхнули его. Но, скромно

Приблизившись, он молвил ей: "Прости

Ты, Сильвия, рукам моим: коснуться

Твоих лилейных членов принуждает

Необходимость их; тебя хочу я

От уз освободить, и да не будет

Тебе в обиду милость, что судьба

Дарует этим мне".

Хор.

Слова такие

Смягчить могли б и каменное сердце.

Но что ж сказала нимфа?

Тирсид.

Ничего.

Лишь

взор, презренья полный и стыда,

Потупила и, как могла, старалась

Грудь "нежную прикрыть. Узлы волос,

Что голову к стволу ей прикрепляли,

Распутывать он начал, говоря:

"Ах, недостоин столь прелестных уз

Столь грубый ствол! Своим прикосновеньем

Как оскорбить осмелилась, кора,

Волос ты этих нежность?" Вслед за тем

Он развязал ей руки, что к стволу

Ее же поясом прижаты были,

Потом нагнулся, чтоб освободить

Ей Ноги, оплетенные ветвями

Зелеными, но Сильвия ему

Сказала гордо: "Отойди, пастух.

Я - спутница охотницы Дианы,

И ноги развязать сама сумею".

Хор.

О, как надменно сердце этой нимфы!

За благородное деянье - это

Отплата незаслуженная.

Тирсид.

Он

Прочь отошел почтительно и даже

Взор отвратил, отказываясь сам

От наслажденья, чтоб отнять возможность

У ней - в том наслажденьи отказать.

Я, скрытый за кустом, все это слышал

И видел, и хотел уже окликнуть

Его, но удержался, - и внезапно

Увидел вещь еще необычайней.

Едва, ценой усилий долгих, нимфа

От пут тугих освободила ноги,

Как, не сказав Аминте на прощанье

Ни слова, мигом бросилась бежать,

Как вспугнутая лань, хоть и была

Известна ей почтительность Аминты,

И нечего его бояться было.

Хор.

Зачем же нужно было ей бежать?

Тирсид.

Обязанной она хотела быть

Лишь бегству своему, а не любви

Почтительной другого, - этим также

Свою неблагодарность обнаружив.

Хор.

Что ж тут он сделал, что сказал тут, бедный?

Тирсид.

Не знаю. Злым предчувствием волнуем,

Я побежал за Сильвией, ее

Желая удержать, но уж не мог

Ее догнать; а возвратясь, Аминты