Аманда. Энергия Кольца
Шрифт:
— То есть, это были тени… Очертания? Человеческие?
— Да.
— Ни разу вы не видели источники, только тени?
— Так.
— Досадно… — я задумалась.
— Мэнди?!! — Димка был потрясён, — я тебе говорю всё, как на духу, делюсь страшными вещами, это происходит СО МНОЙ, а ты всё, что говоришь, это:
«досадно»!
— А что мне ещё говорить? — я вскочила, — ты в это влип сам, что хочешь от меня?
— Да если бы я знал, ни за что не начал бы этих отношений!
— Слушай! — я разозлилась, — меня совсем
— Мэнди, — Димка присмирел, — хорошо понимаю тебя. Прости, пожалуйста, за то, что был таким дураком! Правда в том, что я любил и люблю только тебя.
Я замерла. В груди стало больно, словно расковыряли старую, уже затянувшуюся, рану, но я до конца не могла разобраться, отчего. Какие чувства во мне вызвали его слова?
— Ты считаешь, что всё это связано с Мариной? — спросила, наконец, совладав с собой и не обратив внимания на его слова, — почему ты так решил?
— Ну… — он пожал плечами, — до знакомства с ней ничего ведь такого не происходило. Эй-эй!! Стой! Ты же меня не оставишь здесь? — заорал Димка, увидев, что я направилась к двери.
— Если честно, не знаю, как отсюда выбраться, — пожала плечами, — но надеюсь, что-нибудь придёт в голову.
— Я с тобой! Как-то же ты попала сюда?
— Можно попробовать, — усмехнулась я, — но зря ты на меня уповаешь. Это моё испытание и, кажется, я прошла его. А почему до сих пор нахожусь здесь — понятия не имею.
— Значит, тебе на меня плевать? — Димка сник.
— Нет, не плевать. Но чтоб помочь тебе, я должна сначала сама выбраться отсюда.
Скажу Алии и…
— Ага! И благополучно забудешь обо мне. Наверное, я это действительно заслужил.
— Дим… ты, может, и заслужил, а вот твоя мама вряд ли заслуживает быть в неведении относительно того, где ты. Я же сказала, что смогу помочь, значит смогу, — я передёрнула плечами, ситуация нервировала.
— И потом… Что будет потом? — Димка мягко подошёл и безмерно нежно убрал прядь с моего лица.
Родной запах и такая знакомая дрожь прошла по всему телу, я едва не застонала от нахлынувших эмоций и воспоминаний.
— Всё будет, как прежде или ты никогда не простишь меня? — спросил Димка.
— Как прежде будет вряд ли. Я имею в виду то, что мы не знаем, кто и зачем тебя сюда отправил.
— Я сейчас говорю о наших чувствах, о том, что было между нами. Скажи, Мэнди, ты меня любишь? Знаю, что сделал тебе очень больно, но ответь: есть ли у тебя ещё чувства ко мне?
— Дима, давай поговорим об этом, когда выберемся, а?
— Нет, скажи сейчас! Мне важно знать, — настаивал он.
— За это время многое изменилось, — я отвернулась и прошлась по комнате, — я стала другой, Дим, во многом очень другой, не той Амандой, которую ты знал, и понравится ли тебе новая?
— Так обычно говорят, когда дают понять, что шансов нет, —
— Я серьёзно. Кое-что произошло… В общем, всё так, как я сказала.
— «Кое-что произошло» — это значит, что у тебя кто-то появился? — он пытливо заглянул мне в глаза, — ты на это намекаешь?
— Не в этом дело. Я говорю о чувствах.
— Ты меня больше не любишь… — Димка опустил голову.
— Я боюсь думать о том, ч-что чувствую к тебе, — призналась я, борясь с волнением, — потому что не верю в возможность всё вернуть.
— Это зависит только от нас!
— Предавший раз… — покачала я головой.
— Мэнди… — устало заговорил Димка, — я не предавал тебя. Потому что настоящее предательство — это предательство в чувствах. Я никогда не любил Марину. Что нас привлекло друг к другу — я не знаю. Всё сейчас вспоминается, как сон. А потом словно в один момент оба проснулись. Как будто гипноз, а мы с ней — два подопытных объекта. Вот и все ощущения.
— Да уж… Ты как с цепи сорвался, когда разорвал наши отношения.
— Разве это похоже на меня, ты же не один год меня знала?! — воскликнул парень,
— Мэнди, находясь здесь, у меня было время осмыслить всё, что произошло. Я не могу объяснить с точки зрения здорового рассудка и нормальной логики, могу только предполагать.
— И что же ты предполагаешь?
— Происходит что-то сверхъестественное, что-то выходящее за рамки человеческого понимания.
— Да уж. Не нужно обладать сверхъестественным чутьём, чтоб дойти до этого, находясь ЗДЕСЬ.
— Почему же? Сначала я думал, что просто тихо сошёл с ума, — грустно улыбнулся Димка, — и прибываю в мире своих грёз.
— Может, так и есть? — съязвила не удержавшись, — а я — одна из твоих галлюцинаций.
— Какой же сумасшедший признается, что он безумен? Вот и я предпочитаю цепляться за любую соломинку. Готов поверить даже в мистику, только бы не признавать, что свихнулся.
— Ладно… — я перекинула мысли в иное русло, — сейчас надо бы подумать, что нам делать дальше…
Очевидно, парень понял, что мои слова — это просто размышления вслух. И не перебивал.
— Если моё испытание было искусственно спровоцировано, то, полагаю, это не важно, потому что я с ним справилась. А значит, должна бы уже вернуться в реальность? А если… Нет, не может быть…
Я посмотрела на руку. Кольцо и здесь на мне. Что если потереть его, попытаться связаться с девчонками из «связки». Или, закрыв глаза, потереть? Тогда, быть может, я перенесусь в Школу? Или просто очнусь? Мои лихорадочные мысли прервал негромкий Димкин возглас:
— Мэнди, на тебе… это кольцо?
— Вот это?
— Да. Я где-то видел такое уже. У Марины дома!
— У МАРИНЫ??? У неё на руке?
— Нет, оно лежало у неё дома на полке. Я ещё удивился, необычное…
— Там был именно такой рисунок?