Алый Крик

де Кастелл Себастьян

Конечно, я бесилась.

Однако в первые дни и недели путешествия в компании Идущей Тропой Шипов и Роз я узнала, что есть вещи похуже, чем наставники, изрекающие двусмысленности.

– Ты снова делаешь всё неправильно.

Я продолжала выделывать плавные, почти изящные пируэты на опасно обледеневшей каменистой земле. Здесь, высоко в горах, на Зифитанском хребте, который тянулся с севера

на юг по краю Семи Песков, утренние туманы обволакивали ноги, создавая впечатление, что вы идёте по облакам. Опыт танца в таком необычном месте был волшебным, почти сказочным. Если, конечно, никто не критиковал вас каждую минуту.

– Меня не интересует твоё мнение, – напомнила я Рози.

– Тем не менее.

«Тем не менее» – это было начало речи, которую я к тому времени уже выучила наизусть.

Она звучала так: тем не менее мы являемся спутницами в путешествии, результат которого имеет большее значение, чем обе наши жизни. Таким образом мы обе должны делать всё, чтобы выполнить свою миссию в полной мере – насколько это вообще возможно. Поэтому твои боевые навыки – какими бы они ни были ограниченными из-за врождённой плохой координации и полного неумения концентрироваться – могут иметь решающее значение в наших начинаниях. Мы обеспечиваем друг другу безопасность. И игнорировать твои очевидные недочёты в арта эрес было бы с моей стороны ещё хуже, чем критиковать их. Это означало бы намеренно саботировать наши поиски.

Я остановилась, позволив клочьям клубящегося тумана осесть вокруг моих ног.

– Докажи, – сказала я.

Рози, как всегда завёрнутая в полупрозрачную бежевую ткань, скрестила руки на груди.

– Сегодня выводы окажутся такими же, как и вчера. В результате чего ты снова будешь скулить из-за своих синяков всю дорогу до монастыря.

В её словах был смысл. У нас ушло двенадцать дней, чтобы забраться так далеко. Если повезёт, к вечеру мы закончим восхождение и доберёмся до монастыря с неприятным названием – монастырь Алых Слов. Если кто и знал, как простая последовательность слогов может вызвать безумие, то это – красные монахини.

Так что на самом деле мне следовало просто подавить раздражение и промолчать.

– Докажи, – повторила я и прибавила: – Рози.

Прикрыв глаза, я слушала, как она приближается

ко мне. Здесь, высоко в горах, звуки разносились запутанным эхом. Казалось, что мягкие шаги раздаются спереди и сзади одновременно. Но я была внимательна, училась улавливать тонкие различия в отзвуках, и сегодня – сегодня! – намеревалась наконец-то сбить Рози с ног.

Я уклонилась от первого удара. Затем свела предплечья, чтобы заблокировать вторую атаку – я знала, что это будет удар коленом. Рози, как правило, каждый раз применяла одну и ту же последовательность движений – и не потому, что была предсказуемой. Просто ей нравилось демонстрировать, что никакая подготовка не спасёт меня от падения на задницу.

– Слишком медленно, – сказала Рози, хватая меня за оба запястья. После чего она кувырнулась назад, перекинув меня через себя.

В большинстве случаев именно в этот момент я и оказывалась на заднице. Сегодня, однако, я добавила к её броску собственный импульс и сделала сальто.

– И безобразно, – докончила Рози. Каким-то образом она умудрилась вскочить на ноги ещё до того, как я приземлилась.

– Но вполне эффективно.

Как обычно, она обрушила на меня шквал яростных атак. Пинки. Тычки локтями. Удары в висок, которые могли погрузить вас в полубессознательное состояние, и оплеухи, которые довершили бы дело. Причудливые атаки вроде «клюва сокола», когда аргоси сводила вместе пальцы и била в крохотную область на теле. Такие удары оставляли маленькие круглые синяки, которые жалили как семь голодных демонов, вгрызающихся в вашу плоть.

– Уворачивайся. Скользи. Уклоняйся. Блокируй.

Она давала эти подсказки точно вовремя. Всё, что мне следовало делать – подчиняться командам, и я была бы в полном порядке. Но, как сказал бы Дюррал Бурый: «Я не так устроен, сестра».

Вместо этого я танцевала с Рози, позволяя ей достать меня. Я кружилась и уворачивалась, избегая самых неприятных ударов, и в то же время пыталась хоть как-нибудь коснуться противницы – рукой, ногой или на худой конец плечом. Моя техника приводила Рози в бешенство, и это было хорошо. Увы, такие приёмы никогда не работали долго, и всё заканчивалось… неприятностями.

Конец ознакомительного фрагмента.