Алый король
Шрифт:
— Здорово, правда?
Чарли и Билли согласились. Манфред выключил свет и потянул мальчишек вон. Выходя из зала, они услышали сзади легкие шаги. Все оглянулись и увидели учителя музыки мистера Пилигрима, появившегося в дальнем конце коридора. Чарли с удивлением смотрел на него, ведь он думал, что мистер Пилигрим ушел из школы.
— Здравствуйте, мистер Пилигрим, — приветствовал его Чарли.
— Здравствуйте. Кто… — Учитель явно был в замешательстве.
— Я предлагаю вам вернуться в музыкальную
— Я думал…
— Кухарка принесет вам поесть.
— Я не голоден. — Мистер Пилигрим нервно отбросил прядь волос, упавшую на бледное лицо.
— Ну, как хотите. Пошли, ребята.
Манфред погнал свое стадо на выход. Когда они вышли в холл, он закрыл на ключ старинную дверь.
— Ты запер мистера Пилигрима, — сказал Чарли.
— Да, запер. Ему лучше не встречаться с гостями. Снимайте пальто и отправляйтесь в спальню! — ответил Манфред и, вытянув тощую шею, пристально взглянул на Чарли.
Но Чарли уже не боялся гипнотического взгляда Манфреда. Он посмотрел прямо в черные глаза. Манфред первым отвел взгляд. А Чарли подумал, что Манфред потерял свою силу. Но было тут явно и что-то еще. Но вот что?
Манфред же сунул руки в карманы и решительным шагом двинулся прочь.
Вернувшись в спальню, Чарли с Билли сидели на кроватях и ждали. В животах уже посасывало, а до второго завтрака оставался еще целый час. Чарли понял, что больше терпеть не может, и решил пойти поискать кухарку. Но как раз в этот момент они получили от нее весточку.
За дверью несколько раз громко тявкнули. Явился Душка.
— Душка говорит, что нам в столовой приготовлена еда, — вскакивая с кровати, сообщил Билли. Он открыл дверь и погладил собаку по лохматой голове. — Спасибо, Душка.
В столовой они обнаружили целую кучу бутербродов. Было слышно, как на кухне командует кухарка. Там опять был переполох: требовалось приготовить больше сотни плотных вторых завтраков на всевозможные вкусы и накрыть столы в большой столовой.
Покончив с бутербродами, они все же заглянули и на кухню. Вдруг перепадет еще и шоколадного печенья?
— Вот, в буфете, возьмите сами, — сказала кухарка с красным лицом и в заляпанном большими желтыми и коричневыми пятнами фартуке. — Да, Чарли, ты должен собрать сумку и в половине первого быть возле парадного входа. Тебя заберет дядя.
— Дядя Патон? Но ведь он не… Он никогда…
— Однако заберет, — отдуваясь, перебила кухарка. — Остальные заняты. А теперь уходите.
Захватив свои шоколадки, мальчики отправились в спальню. Чарли взглянул на часы. Двадцать минут первого. У него на сборы осталось десять минут.
— Ты правда не хочешь поехать ко мне? — на бегу спросил он Билли.
— Я хочу посмотреть на дам в бальных платьях, — ответил Билли.
Но не посмел
Когда Чарли скатился с лестницы, мистер Уидон уже поджидал его у дверей. До выхода оставалась одна минута.
— Почти не заставил ждать, а, Чарли Бон?
У мистера Уидона всегда был такой издевательский тон, что Чарли очень хотелось ему нагрубить. Но он побаивался дюжего привратника и потому не решился на это, тем более что мистеру Уидону ничего не стоило запереть его в чулане, а то и сделать что-нибудь похуже.
— Спасибо, — выдавил из себя Чарли, когда рослый швейцар отодвинул засов и отпер ключом дверь.
Когда мистер Уидон приоткрыл одну из створок, Чарли проскользнул в образовавшуюся щель и перебежал двор. Он так несся, что чуть не упал. И с радостью увидел на противоположной стороне площади машину дяди Патона.
Дядя Патон, полностью поглощенный разложенной на коленях газетой, даже не услышал радостных воплей племянника.
Чарли рванул дверцу машины и плюхнулся на переднее сиденье:
— Дядя Патон! Вот и я.
— Вот и ты, — глянув на него сквозь темные очки, кисло улыбнулся дядя Патон.
— У нас все в порядке? Я имею в виду Мейзи. Она… она…
— Боюсь, никаких перемен, — вздохнул дядя Патон.
— Извините, что вам из-за меня пришлось выйти на дневной свет. У вас какая-нибудь авария?
— Пока нет.
Патон включил зажигание. Он явно был чем-то расстроен.
— А сами вы, дядя Патон? С вами все в порядке?
— Я? Да-а, я в порядке. Только… ну, я беспокоюсь за твою маму, Чарли.
— А что? — встревожился Чарли.
— Она собирается на Большой бал.
— Мама? Каким образом? Ее же никогда не приглашали. Да ее туда и не пустят. А с кем она пойдет, моя мама? Не может быть! — не поверил Чарли.
— И тем не менее.
Патон надавил на педаль, и их вынесло с площади.
ДНЕВНИКИ БАРТОЛОМЬЮ
Дядя Патон выбирал путь, позволяющий ему избегать какого бы то ни было уличного освещения. Необходимость этого подтвердил град осколков светофора, на который дядя случайно бросил взгляд.
Терпение — великая вещь, но Чарли буквально забросал дядю вопросами. Дядя ничего толком ответить не мог, хотя предполагал, что приглашение пришло из «Империи», магазина, приславшего злополучных креветок.
— Может, они хотят загладить случай с Мейзи? — предположил Чарли.
Дядя Патон покачал головой:
— История с Мейзи не случайность. Они хотят полностью устранить меня от дел, вывести из строя. Да и поведение твоей мамы в последние дни наводит меня на мысль, что это приглашение не просто компенсация. Она вся прямо светится.