Аляска
Шрифт:
Наверно, я сказала это вслух, потому что Хачик ответил:
– Нет там спирали. Но с внутренней стороны козырьковая колючка установлена.
– Это еще что такое?!
Хачик с досадой крякнул и стал мерить свою крошечную кухоньку широкими шагами. Два шага от окна к двери, два - обратно. Потом неохотно стал разъяснять:
– Ну, может, видела где-нибудь?.. На столбах забора - кронштейны буквой Г, а на них натянуты несколько рядов колючей проволоки. Получается защитный козырек над контрольно-следовой полосой. Он метра полтора шириной. Его перепрыгнуть
– С забора?
– уточнила я.
– Ну да, откуда еще?
– пожал узкими плечами Хачик.
– Сможешь с места на полтора метра прыгнуть?
'Сумасшедший дом!' - подумала я. И ответила:
– Нет проблем. А контрольно-следовая полоса - это что такое?
– КСП?
– переспросил Хачик.
– Это... В общем, около забора по всему периметру земля вспахана. Если кто пройдет по такой полосе, оставит следы. Обнаружит их контролер - и поднимает тревогу: 'Нарушение периметра запретной зоны!' - Он помолчал, потом спокойно выдал: - Она широкая, ее нам не перепрыгнуть.
Отлично! Если я после неудачного прыжка с забора не повисну на козырьке из колючей проволоки, то обязательно оставлю следы на контрольно-следовой полосе! Утром охрана их обнаружит, начнет искать нарушителя и найдет меня в бытовке!
Я не стала высказывать свои соображения. Просто спросила:
– И что делать?
– А ничего, - легкомысленно ответил Хачик.
– Это в колонии контролеры три раза в день КСП проверяют. А в стройзоне охрана на нее внимания не обращает. Там все проще.
– Да откуда ты все знаешь?!
– Оля, - осуждающе посмотрел на меня Хачик.
– Я здесь в роте охраны два года служил! И пятый год на складе работаю!
– Ладно, принимается...
– не очень уверенно сказала я.
– А как мы на четырехметровый забор залезем?
– По веревке, конечно. На заборный столб закинем и вскарабкаемся!
Так вот почему Хачик говорил о веревках! Я задумалась. На уроках физкультуры в школе у меня вроде неплохо получалось лазить вверх по канату. Должна справиться. Хорошо, если на заборе выступы найдутся, чтобы ногами на них опираться... Но почему Хачик собирается веревки добывать в поселке?
– Альпинистского снаряжения ты, конечно, не держишь!
– пошутила я.
– Покупать надо?
– Не получится!
– сердито вскрикнул Хачик.
– Воскресенье! Магазин промтоваров не работает! Придется в поселок идти и бельевые веревки во дворах срезать! Нам много нужно, метров тридцать. Свяжем, вдвое-втрое сложим, чтобы прочно было. Петлю на конце сделаем, как лассо на столб закинем - и готово!
'Так, еще один сюрприз!
– обескуражено подумала я.
– Веревки в поселке воровать! Да это ни в какие ворота не лезет!'
Я вдруг осознала дикий абсурд предприятия, придуманного Отари с Хачиком. Все начнется с мелкого бытового воровства. Это раз. Потом глубокой ночью я буду висеть на веревке, взбираясь на плоскую бетонную громадину, и прыгать через колючую проволоку. Это два. Весь день я проведу в бытовке, окруженной зэками и солдатами. При этом в любую минуту
– Ты меня встретишь, когда я выберусь оттуда?
– жалобно спросила я.
Хачик встрепенулся, сверкнул глазами:
– Я Отари дал слово, что с тобой все будет в порядке! С вечера у КПП встану! Засветло приду!
'Все это - чистой воды безумие!' - пришла унылая мысль.
'А что ты хотела?
– спросила я себя.
– Ты ехала сюда и прекрасно знала, что свидания с Отари тебе не дадут! Знала, что если хочешь его обнять, придется нарушать запреты! Рисковать! Совершать безумные поступки! И ради своей любви ты была готова их совершать! Так радуйся, что имеешь такую возможность! Действуй!'
– Время еще есть, Оля, отдохни пока, - ласково улыбнулся Хачик.
– А через часик в Славянку отправимся.
– Не хочу отдыхать!
– Я встала из-за стола.
– Пойдем веревки резать!
***
Ближе к ночи мы были полностью готовы к штурму строительной зоны. Я в преддверии свидания с Отари почистила комбинезон, причесалась, накрасилась - словом, была при полном параде! Хачик закончил мастерить крепкий аркан из связанных концами и сложенных втрое бельевых веревок.
Воровской рейд по дворам Славянки прошел успешно. В течение дня над поселком висели тяжелые черные тучи, так что никто из хозяек сушить на улице белье не собирался. Свободных веревок, натянутых между столбами и заборами, в поселке было хоть отбавляй! Мы делали вид, что неторопливо прогуливаемся, и поглядывали по сторонам. У Хачика на плече висел рюкзак Потапыча. Убедившись, что вокруг никого нет, он с заговорщическим видом шептал:
– Работаем!
Друг Отари доставал из-за пояса штык-нож от автомата Калашникова и нервически озирался по сторонам. В такие моменты он становился очень похожим на пирата из фильма 'Айболит-66' в исполнении Фрунзика Мктрчяна. Я бы смеялась, но было некогда. Хачик отсекал один конец висящей веревки. Я подхватывала ее и начинала быстро наматывать на руку. А в это время он шел к другому концу. Пока срезал веревку, я успевала встать у него за спиной с готовым мотком. Он забирал его у меня и прятал в рюкзак. Весь процесс занимал несколько секунд. После этого мы спешно скрывались с места преступления.
Если кто из жильцов окрестных домов и видел из окна наше хулиганство, просто не успевал отреагировать. Возмущенных окриков мы не слышали.
И вот теперь у нас было 'лассо'. Хачик закинул его на плечо и встал в дверях комнаты.
– Пора, Оля!
Он выглядел беспечным. Но я вдруг подумала: если что-то пойдет не так и нас задержат в стройзоне... В этом случае Хачику грозит военный трибунал. Я-то наверняка отделаюсь штрафом, а вот он сильно рискует.
– Хачик, тебе не страшно? Что с тобой будет, если мы попадемся?