Аляска, сэр!
Шрифт:
Алексей Михайлович признательно пожал ему руку.
– Да, господа, это в корне меняет все дело. Одно дело – индейцы, и совсем другое – белые люди, к которым гуроны, насколько мне известно, относятся весьма неоднозначно. Я прав, Майкл?
– Абсолютно, Алекс, – подтвердил тот мысль графа.
– Именно поэтому они, обнаружив наши следы, и решили поджечь прерию! Чтобы отрезать нам путь назад, на юг, и тем самым обойти нас с востока, устроить засаду и затем внезапно напасть. Разумеется, с целью взять в плен и доставить к вождю, дабы выяснить наши намерения.
– А уж выбивать показания из пленных у «столба пыток» краснокожие умеют, не сомневайтесь! – мрачно
– Но тогда нам не остается ничего другого, как уходить от пожара на север вслед за бизонами, – развел руками Алексей Михайлович. – Или у кого-то есть другие предложения?
– Увы, их просто не может быть, – вздохнул Уильямс.
Воронцов окинул озабоченные лица спутников командирским взглядом и скомандовал:
– Тогда вперед, друзья! Не будем терять времени даром – запах гари с юга становится все сильнее, а если, не дай Бог, еще и ветер вдруг усилится… – Он не договорил, безнадежно махнув рукой, но все и так прекрасно поняли, что хотел им сказать граф.
Отряд на рысях помчался по широкой дороге, проложенной бизонами в буйной траве прерии. Теперь впереди резво бежал Кучум, радуясь открывшемуся глазам простору. И чем дальше отряд продвигался на север, тем чаще и взволнованнее всадники оглядывались назад, откуда их нагоняла пелена дыма.
Неожиданно Кучум замедлил бег, и шерсть на его холке встала дыбом.
Разведчики тоже остановились и даже привстали в стременах, однако ничего подозрительного в том направлении, куда напряженно смотрел пес, не заметили.
Тогда Воронцов соскочил со своего жеребца, схватил Кучума в охапку и подал его индейцу. Чучанга, мгновенно разгадав намерение графа, усадил пса на спине мустанга впереди себя. Надежно придерживаемый хозяином, Кучум тут же вытянулся в струну и, повернув голову вправо от дороги, проложенной бизонами, угрожающе зарычал.
– Гуроны! – уверенно выкрикнул Чучанга, махнув рукой в ту же сторону, куда смотрел Кучум.
Возглас индейца взвинтил и без того напряженные нервы разведчиков.
– Что будем делать, друзья? – взволнованно обратился Алексей Михайлович к американцам.
– Кажется, ваше предположение о засаде подтвердилось, Алекс, – неохотно выдавил из себя Майкл. – Думаю, сейчас гуроны наблюдают за нами из укрытия.
– Бр-р, пренеприятнейшее ощущение, – брезгливо передернул плечами Уильямс. – Как будто прохаживаюсь нагишом среди достопочтенной публики…
Снисходительно усмехнувшись, Майкл продолжил:
– Судя по всему, они готовятся к нападению, раз подпустили нас на такое расстояние, что их учуяла собака. К сожалению, мы, в отличие от них, не знаем численности их группы. Хотя резонно предположить, – он недобро усмехнулся, – что она в несколько раз превышает нашу. Поэтому предлагаю в открытый бой не вступать, а, как говорится, подобру-поздорову уносить ноги. Напрашивается вопрос: куда бежать? Мы знаем, что к югу от нас – горящая прерия, на севере – засада, а на востоке сосредоточены основные силы гуронов. Следовательно, свободным для нас остается лишь запад, – он указал в сторону синеющих у горизонта гор.
– Во многом вы правы, Майкл, – одобрительно кивнул Воронцов, – только не следует скидывать со счетов, что гуроны, столь удачно заманившие нас в эту ловушку, могли выставить еще одну засаду – на пути нашего легко прогнозируемого отхода на запад. Чтобы самим тем временем ударить нам в тыл.
– Ну что ж, стратеги, – глубокомысленно изрек молчавший доселе Уильямс, – вы только что нарисовали наглядную картину, из которой следует, что бой с индейцами неизбежен.
– Сейчас это не имеет никакого значения, Уильямс, – отмахнулся граф и вскинул руку, призывая всех ко вниманию: – Господа, убедительно прошу вас при столкновении с индейцами, а этого нам и впрямь избежать уже не удастся, стрелять только в их лошадей! – Увидев на лицах американцев недоумение, пояснил: – Не стоит давать гуронам повод действовать в дальнейшем по отношению к тлинкитам в соответствии с принятым у индейцев принципом «скальп за скальп». Тем более воин без мустанга – все равно уже воин лишь наполовину.
Янки понимающе кивнули, а в глазах Чучанги, которому Воронцов озвучил свою просьбу по-тлинкитски, отразилось чувство благодарности за заботу графа о его соплеменниках.
Двинулись дальше, но ехали в напряженном молчании, ибо каждый был охвачен чувством близкой опасности. И не зря. Очень скоро впереди раздался зловещий свист, и мужественное лицо Майкла резко побледнело.
– Иккискот! [31] – взволнованно воскликнул он. – Так индейцы подают сигнал к атаке!
31
Иккискот – боевой свисток, распространенный в некоторых индейских племенах Северной Америки. Преимущественно им пользуются индейские воины: с помощью иккискотов они «переговариваются» на дальние расстояния, оповещая друг друга – посредством комбинирования звуков определенным образом – о подготовке к нападению либо отступлению.
– Вперед! За мной! – быстро скомандовал Воронцов и направил мустанга крупной рысью на запад.
Сзади раздался боевой клич пустившихся в погоню индейцев, и отряд разведчиков перешел на галоп.
В нескольких сотнях шагов позади их отряда мчались мустанги, на спинах которых вместо седел красовались попоны из голубой материи. Восемь индейцев неслись, размахивая длинными копьями и небольшими, украшенными скальпами круглыми щитами из кожи буйволов. На тропу войны индейские воины всегда выходили с обнаженными торсами, поэтому у некоторых преследователей грудь была расписана пестрыми красками, у других – покрыта татуировками. Длинные черные волосы гуронов развевались за плечами, как конские гривы, а головные повязки из тонкой кожи, расшитые бисером и украшенные маленькими зеркальцами, издавали слабый, но мелодичный перезвон.
Голова мчавшегося на резвом скакуне впереди всех всадника была украшена живописно развевающимся убором из длинных орлиных перьев, спускавшихся на спину, в руках он сжимал ружье. Судя по всему, это был один из сахэмов [32] гуронов.
– Индейцев всего восемь, и у них одно ружье на всех! Так что силы почти равны! – торжествующе прокричал на скаку Майкл, и лица его спутников несколько просветлели.
В ходе погони быстроногие мустанги Воронцова и Чучанги закономерно оторвались от более тихоходных лошадей американцев, и индейцы стали нагонять последних.
32
Сахэм – на языке некоторых индейских племен так называют главу рода или племени. Данная должность олицетворяет высшую гражданскую власть и передается по наследству.