Альянс бунта
Шрифт:
Не сомневаюсь. Я, блядь, помогу ему это сделать. Девушка неважно выглядит. Элоди подходит ко мне, пока Прес продолжает протестовать, раздражаясь под строгой опекой Пакса.
— Разве здесь не должно быть хотя бы надписи SOS или что-то в этом роде? — тихо спрашивает Элоди.
Она показывает мне свой телефон, и она права. Прием сотовой связи на сто процентов прекращен, вместо полосок — надпись «Нет связи». Когда проверяю свой телефон, дисплей показывает мне то же самое.
— Я не знаю. Если молния ударила в вышку
Элоди кивает, прикусив губу.
— Мы подождем здесь немного, а потом, думаю, кому-то из нас стоит вернуться к машинам и ехать вниз по горе, пока не сможем кому-нибудь позвонить. Мне это не нравится.
— Конечно.
— Я вас слышу, ребята, — ворчит Пресли с дивана. — Я чувствую себя гораздо лучше, когда здесь стало теплее. Мне просто нужна нормальная еда…
— Хочешь сказать, что твоему телу нужно больше, чем желе, чтобы нормально функционировать? Я в шоке, — говорит Пакс, вышагивая взад-вперед вдоль спинки дивана.
— Пожалуйста, только не говори сейчас: «я же тебе говорил», — стонет Пресли. — Я не могу этого вынести. Мне просто нужно вернуться в дом и съесть сэндвич или что-нибудь еще. Углеводы приведут меня в порядок.
— Ты не пойдешь на улицу в такой холод и дождь.
— Мы могли бы пойти в академию и посмотреть, что у них есть на кухне, — предлагает Дэш. — Вероятно, скоропортящихся продуктов будет немного, но, может быть, в сухом складе найдется что-нибудь, что мы сможем приготовить. Макароны или что-нибудь в этом роде.
— Отличная идея, — говорит Пресли, оживляясь. Боже, она действительно не хочет, чтобы к ней вызывали «скорую помощь». Однако почти сразу же ее настроение меняется, и беспокойство снова омрачает ее черты. — Погодите. Если школа на время каникул наглухо закрыта, разве не сработает сигнализация, если вы проникнете внутрь?
— Очень на это надеюсь, — говорит Пакс. — Это будет один из способов доставить к тебе квалифицированного медицинского работника. Полицейские смогут по рации вызвать «скорую помощь»…
— Боже мой! Просто перестань суетиться. Пожалуйста! У вас будут неприятности, если появится полиция. Мы здесь больше не ученики. Мы вторглись на чужую территорию. Администрация с удовольствием выдвинет против тебя обвинения, Пакс. Ты опозорил их своей речью на выпускном. Они без колебаний отправят твою задницу в тюрьму.
— Это того стоит.
— Ты не вломишься в школу только для того, чтобы сделать мне бутерброды. Боже, может, все успокоятся? Мне уже намного лучше. Просто… просто дайте мне уже сесть! — Она отталкивает руку Пакса, когда он пытается уложить ее обратно на диван, и на секунду мне кажется, что он действительно свяжет ее.
Сердито бормоча себе под нос, Пакс отходит от дивана и хватает плед с одного из кресел, протягивая его ей.
— Сними куртку. Она промокла насквозь. И джинсы тоже. Завернись в это, пока не высохнешь.
Пресли
— Интересно, о чем ты думаешь…
Крошечный подъем уголков ее рта дает мне понять, что она борется с ухмылкой, но в данных обстоятельствах слишком вежлива, чтобы дать ей волю.
— В первый раз, когда ты привел меня сюда… — говорит она. — Ты сказал мне: «Из всех моих грехов и проступков заставить тебя влюбиться в меня будет самым страшным».
Я накручиваю на указательный палец прядь ее влажных волос, и это воспоминание врезается в меня, нанося сильный удар. В ту ночь я был чертовски очарован ею. Я не мог отвести взгляд. Она была мокрая от дождя, как и сейчас. Но тогда я к ней не прикасался. Я еще не испытал, каково это — владеть Элоди Стиллуотер, душой и телом, и чтобы она владела мной в ответ.
— Я все еще грешу… — шепчу я. — Я ведь выполнил обещание, не так ли?
— Наверное, да. — Она смотрит на меня с напускной дерзостью. — Но я тоже заставила тебя влюбиться в меня, знаешь ли.
Тихонько посмеиваясь, я провожу кончиком пальца по ее переносице.
— Тогда мы оба грешники. И заслуживаем друг друга.
Паксу надоело спорить с Прес и он направился к нам.
— Вы двое можете хоть на секунду прекратить нежничать? Она все еще не дает мне проникнуть в школу. Я собираюсь пойти в пристройку садовника и посмотреть, на месте ли тот торговый автомат. Если нет, то я стопроцентно совершу набег на кухню. Ты идешь? — Последний вопрос он адресовал мне.
— Конечно.
— А ты останешься и присмотришь за ней, Элоди? Пожалуйста? — неловко добавляет он в конце. За все годы дружбы с Паксом я впервые слышу, чтобы он был по-настоящему, искренне вежлив с девушкой. Пресли не в счет.
Элоди кивает.
— Конечно.
— А как насчет тебя, лорд Ловетт? Ты идешь? — обращается Пакс к остальным.
Дэш и Кэрри возились с электрическим чайником. Они нашли несколько чайных пакетиков и, судя по всему, приготовили пару кружек горячего чая.
— Конечно, — говорит Дэш, даже не представляя, на что он соглашается.
Вот за что я люблю Дэша. Ему никогда не нужно ничего объяснять. Если скажешь, что тебе нужна его помощь, он ее окажет, несмотря ни на что. В прошлом году Дэш не задал ни единого вопроса о том, почему я хочу, чтобы он приехал в Тель-Авив на мой день рождения. Он просто собрал сумку и запрыгнул на заднее сиденье машины, готовый сделать все, что потребуется.
— Я скоро вернусь, — говорю я Элоди, целуя ее в висок.