Альтер Эго
Шрифт:
Она слышала это имя где-то. Да точно, в Ордене, на занятиях, как-то наставник говорил о них...
«...Идя путем колдовства, люди отворяют души тьме. И тьма прорастает сквозь них, как сорняк сквозь поле ячменя. И вот уже не человек с душой, а тьма в образе человека. Увидишь в глазах тьму — убей, будь то брат, сестра или святой отец... Перед тьмой нет родов и сословий, всякий может соблазниться, даже...».
А дальше шел рассказ о князе из Талассы, чью семью и поместье сожгли за колдовство
Кэтриона посмотрела на Рикарда.
— Ты их знал?
— Да. В Талассе их знали все. Они были... соседями князя Текла. Ешь, нам скоро выезжать, — он резко встал и ушел к айяаррскому костру.
***
— Магнус?
Ребекка вошла без стука, для приличия слегка царапнув ногтями дверь.
Магнус сидел за столом, читал утреннюю почту. Глубокие складки залегли поперек лба, и от этого шрам на щеке заставлял глаз щуриться ещё сильнее. Он поднял взгляд на Ребекку и кивнул, приглашая. Она прошла, села в кресло, стоявшее в нише у окна, аккуратно расправила ткань голубой туники, отбросила волосы и спросила, как ни в чем не бывало:
— Нет ли новостей от твоей подопечной?
— Ты имеешь в виду Кэтриону? — Магнус отложил письмо в сторону.
— Ты прекрасно знаешь, кого я имею в виду. Иногда мне кажется, что ты слишком привязан к ней, поэтому всякий раз хочешь, чтобы я называла её по имени. Ты играешь с огнем, Магнус, не стоит так её опекать.
— Если мне понадобятся утренние проповеди, я позову нашего духовника, а пока избавь меня от этого, Ребекка, — Магнус переплел пальцы и положил руки поверх письма. — Ты пришла узнать новости о печати?
— Было бы неплохо, если бы эти новости были.
— В последнем письме Кэтриона написала, что напала на след, который ведет в Таршан. Странно, правда? Что ты об этом думаешь?
— Таршан? Очень интересно! — Ребекка подняла взгляд к потолку и стала перебирать левой рукой опаловые чётки. — А я-то всё думала, с чего это наш друг Эмунт, любитель послеобеденного сна и неспешной неги, вдруг так внезапно сорвался и помчался в Лисс? А вчера вот Рошер собрался туда же, как ужаленный... Или твоя подопечная сообщает всем, кроме меня, куда она поехала?
Магнус посмотрел на Ребекку с прищуром. Она раздосадована тем, что столь значимые новости прошли мимо неё, но... она права. Кэтриона не писала больше никому. А значит... у Эмунта с Рошером свои источники информации. Ну, Рошер-то понятно — Лисс его вотчина, а вот Эмунт?.. И откуда он первым узнал об этом?
— Не думаю, что Кэтриона стала бы сообщать об этом Эмунту, они не особо дружны...
— И Байса лютует в Рокне, — рассуждала Ребекка, разглядывая картину за спиной Магнуса, — трясет сдуру все притоны, и за последние дни поймал колдунов больше, чем за последние пять лет. Даже Ксайр, вместо того, чтобы, как обычно, надираться вином, решил в кои-то веки объехать западные окраины. Откуда только прыть взялась у старого
Ребекка забросила ногу на ногу и принялась покачивать на носке шелковую туфлю, переведя на старшего аладира пронизывающий взгляд льдисто-голубых глаз.
— ...и только ты, Магнус спокоен, как каменный Бог. С чего бы это? Ты знаешь что-то ещё?
Ребекку не проведешь. Магнус, и правда, знает. Про Чёрную Падь, про женщину в голубом платье. Про то, что там была печать, и эта женщина открывала Врата. Про погибший прайд вед и про то, что Зверь и печать связаны друг с другом. И даже о том, что дочь генерала Альбы — веда, единственная выжившая из того прайда.
Последнее письмо из Лисса пришло сегодня утром. И новости эти были очень странными.
До этого Кэтриона писала, что след ведет в Таршан. А вот теперь оказалось, что мимо Таршана след идет ещё дальше, в Лааре. Вот куда направилась Кэтриона, и Эмунт пообещал ей помочь туда попасть. Только это настораживало — с чего бы Эмунту вдруг так ей помогать? Как он вообще оказался в Лиссе? Обычно он ездил в Зафарин более южной дорогой. Но Ребекке знать всего этого пока не нужно.
— А что ты можешь сказать о Таршане? — Магнус положил подбородок на сплетенные пальцы.
— О Таршане? — Ребекка задумчиво посмотрела окно. — Прайд Туров... Грейт Карриган довольно мил и щедр, весьма богат и богатеет с каждым днем, причем не без помощи королевы. Как ты, наверное, знаешь, за последние годы почти вся торговля с Ашуманом перекочевала в его руки в виде патентов, и все порты Побережья открыты для их грузов. А почему ты спрашиваешь? Думаешь, это Туры взяли печать? Но зачем она им? Хотя...
— Хотя?
— Нет, просто так, подумалось. Глупость, — улыбнулась Ребекка мило. — Так что, больше никаких новостей?
— Пока никаких.
— А поиски убийцы?
— Пока тишина.
— Я поеду в Иртан завтра. Если вдруг что-то будет нужно, ты же знаешь, — она многозначительно склонила голову, — я всегда готова помочь.
— Хорошо, Ребекка, я буду иметь в виду.
— И, если бы ты держал меня в курсе событий, я была очень признательна.
— Как только события будут столь значительны, чтобы отвлекать тебя от более важных дипломатических дел, я сразу же сообщу, — Магнус развел ладони в стороны и снова сплел пальцы.
Визит окончен.
Они смотрели друг на друга несколько мгновений, а затем Ребекка встала и удалилась царственной походкой, произнеся в дверях:
— Удачи в поисках, Магнус.
— И тебе, Ребекка, удачной поездки.
Она спустилась неторопливо, прошла по галерее, вышла на большой открытый балкон и постояла там, глядя на тонущий в дымке Птичий остров. А затем, вернувшись в свои покои, крикнула помощницу.
— Адела? Собирай вещи и вели заложить карету к утру. На рассвете мы выезжаем.