Алтарь Эдема

Роллинс Джеймс

Берт выпрыгнул на пристань, радуясь встрече, словно увидел старого приятеля.

— Что-то ты задержался, Джек. Твоя подружка начала беспокоиться. Уже собирался привязать ее, чтобы не убежала. — Последним узлом он закрепил швартов.

— Спасибо, Джо. Где она?

— А где, по-твоему, ей быть? — Он махнул, показывая куда-то за бревенчатый дом — на то место, которое прежде называлось крокодильей фермой дядюшки Джо. — Там она — со Стеллой и детишками.

* * *

От этого зрелища

Лорна никогда не уставала. Она находилась на смотровой площадке перед прудами и мостками; запотевший стакан с лимонадом стоял на перилах, а внизу бегали и играли, прыгали и скакали дети. Некоторые залезли на деревья.

Аллигаторов в прудах больше не было. Их всех убрали отсюда, включая и Элвиса, который стал звездой аттракциона в Одюбонском зоопарке. Чтобы зоопарк смог приобрести крокодила, развернулась целая рекламная кампания. Ее слоган красовался на билбордах, автобусах, трамваях Нового Орлеана. В нем было всего три слова: «Элвис должен жить!»

Стелла поднялась на площадку с самой маленькой девочкой на руках: девочке было всего три месяца, однако она уже ходила самостоятельно, правда, явно предпочитала, чтобы ее носили.

— Ева стала уже такая тяжеленькая, — сказала Стелла, чуть подкидывая девочку на руке.

— Вижу, вижу.

— Мы ее отучаем от бутылки, как ты предложила, но ей это не нравится.

— Им это никогда не нравится. — Лорна улыбнулась и кивнула. — Должна сказать, ты здорово поработала. У них такой счастливый вид.

— У них, как и у всех детей, хватает синяков и царапин, но я никогда не видела, чтобы группу детишек объединяла такая любовь. — Стелла тоже улыбнулась. — Посмотрела бы ты, как они обожают Игоря, Багиру и двух маленьких обезьянок. Все время дают им что-нибудь вкусненькое.

Лорна рассмеялась. Она и не сомневалась, что этой компании будет здесь хорошо, но не могла не удивляться, как быстро они приспособились к новой среде обитания и обстоятельствам.

Прежде чем покинуть катер Тибодо, спасшиеся с острова договорились, что сохранят в тайне существование этих детей, по крайней мере до той поры, пока те не наберутся достаточно сил, а мир не будет готов к этой новости. Братья Тибодо мастерски справились с задачей тайно доставить детей по плавням на место. Их, кажется, никто не заметил, а что касается хранения всяких тайн, то лучше дельты места для этого не существовало.

Этой тайной Лорна поделилась только с двумя людьми — Карлтоном и Зоуи, поскольку без их помощи в оборудовании этого тайного святилища ей было не обойтись. Привлечь их оказалось нетрудно — ведь целью ОЦИИВа являлось сохранение и защита исчезающих видов.

Лорна смотрела, как играют дети.

Нет, не было ни одного другого вида, который в такой же мере подвергался бы опасностям и нуждался в защите.

Проект получал неограниченную финансовую помощь от некоего анонимного жертвователя, что сильно облегчало их существование.

Добравшись до берегов Штатов, Беннет сдался властям. Он ничего не утаил, рассказал обо всех преступлениях, которые совершались от его имени, открыл все бухгалтерские балансы «Айронкрика», но, как и обещал, о детях не проронил ни слова. Он сказал властям, что на Лост-Иден-Кей находилась лаборатория, исследовавшая

вирусы и проводившая испытания на людях, а потом вирус, доведенный до смертоносного уровня, вышел из-под контроля, а потому пришлось все сжечь дотла.

Затем Беннета поместили под строгую охрану — он помогал Министерству юстиции выкорчевывать скверну как в правительственных органах, так и в частном секторе. Его показания продолжали сотрясать Вашингтон.

Дай бог, чтобы это пошло на пользу.

Но добрые деяния Беннета на этом не заканчивались. Через фиктивные компании и по финансовым каналам, от которых у Лорны голова шла кругом, он тайно оплачивал как восстановление ОЦИИВа, так и содержание тайного святилища.

Лорна понимала мотив его щедрости — Беннет выбрал путь искупления грехов.

Если бы у нее возникло в этом сомнение, то достаточно было только повернуться. По личной просьбе Беннета над входом вырезали послание.

МАТФЕЙ 19:14

Ей пришлось открыть Евангелие, но, когда она нашла эти строки, на лице ее появилась улыбка: они идеально подходили для данного случая.

«Но Иисус сказал: пустите детей и не препятствуйте им приходить ко Мне, ибо таковых есть Царство Небесное».

Лорна наблюдала за этим невинным весельем, и губы ее все больше растягивались в улыбке. Это можно было назвать если не Царством Небесным, то, по крайней мере, маленьким раем.

Услышав шаги у себя за спиной, она повернулась, и на лице ее отразилось удивление: она никак не ожидала увидеть приближающегося Джека, следом за которым трусил Берт. Стелла с Евой на руках ушла в дом, и Джек занял место рядом с Лорной. Он был одет в строгий черный костюм, влажные волосы зачесаны назад — словно только что вышел из душа, хотя на его щеках и подбородке темнела не менее чем суточная щетина.

— Что ты здесь делаешь? — смущенно спросила она.

Он поднял руки, как бы обнимая этот новый рай.

— Разве для этого можно найти лучшее место?

— Для чего — для этого? — Она по-прежнему ничего не понимала.

Вместо ответа он опустился на одно колено.

Эпилог

Весна

Багдад, Ирак

Двое молодых людей быстрым шагом шли по саду Аль-Завраа к главному входу в Багдадский зоопарк. Меньший из двух братьев торопился впереди. Оглянувшись, он нетерпеливо крикнул:

— Йалла! Давай скорей, Макин!

Старший брат не разделял его энтузиазма и не имел особого желания возвращаться в зоопарк. Это место все еще преследовало его в ночных кошмарах. Но прошло много лет, у него теперь была девушка, работа в видеолавке, и он хотел начать откладывать деньги на машину.

Но сегодня был важный день — его младшему брату Бари исполнилось шестнадцать. Позднее в парке планировался пикник: мать целую неделю готовила всякие вкусности, в доме до сих пор пахло печеным хлебом и корицей. В предвкушении хорошего застолья Макин даже спать стал лучше — кошмары уже не так его мучили.