''Альта'' против ''Барбароссы''
Шрифт:
Начальник военной разведки встал, подошел к Зорге, Рихард тоже встал.
– Спасибо, Рихард, – сказал Берзин и пожал разведчику руку.
Рукопожатие было крепким. Оба еще были сильны, полны энергии, верили друг другу. Они были профессионалами военной разведки и хорошо понимали, какая трудная им выпала доля. Опасная разведывательная работа сближает людей, они с полуслова понимают друг друга и готовы в любую минуту к работе в особых условиях. Сведения, которые они добывали, преодолевая в чужих странах невероятные трудности,
– Задание обсудим завтра. Борис Николаевич Мельников обещал к 10.00 представить соображение, что бы мы хотели создать в Токио.
– Прибуду без опоздания, – сказал Зорге и вышел из кабинета начальника военной разведки. В приемной он попрощался с Наташей Звонаревой и попросил ее заказать ему пропуск в Разведуправление.
На следующий день в кабинете начальника разведки в 10 утра собрались Ян Берзин, Борис Мельников и Рихард Зорге. После коротких приветствий разведчики приступили к обсуждению деталей проникновения Рихарда Зорге в Токио. Разговор получился длительным, детальным и конкретным. После этого Мельников предложил обсудить задачи, которые Зорге предстояло решать в японской столице.
Зорге должен был прибыть в Японию, закрепить и усилить свое общественное положение, завоевать авторитет среди сотрудников германского посольства и пробиться в этот «высший дипломатический свет» японской столицы.
Задачи на командировку были изложены Мельниковым в специальном задании. Борис Николаевич передал это задание Рихарду Зорге и попросил внимательно изучить его.
В задании было семь пунктов. Зорге следовало установить:
«1. Совершит ли Япония нападение на Россию на маньчжурской границе.
2. Какие наземные и военно-воздушные силы могут быть брошены против Советского Союза.
3. Насколько тесные отношения сложились между Японией и Германией после прихода Гитлера к власти.
4. Какова политика Японии в отношении Китая.
5. Какова политика Японии по отношению к Англии и США.
6. Какова в действительности роль японской военной клики в выработке национальной внешней политики.
7. В какой степени японская тяжелая промышленность переведена на военные рельсы».
Содержание любого из перечисленных в задании пунктов было под силу решить целому коллективу специального научно-исследовательского института. Рихард Зорге должен был один добыть ответы не на один, а на все семь вопросов и своевременно сообщить эти ответы в Москву. От его донесений могло зависеть очень многое. Это понимали и Ян Берзин, и Борис Мельников, и Рихард Зорге. В тот момент Зорге осознал и другое – никто, кроме него, поставленную задачу выполнить не сможет. У разведчиков дублеров не бывает.
Когда Берзин убедился, что все пункты задания Рихарду Зорге ясны, он предложил придумать кодовое название операции, которую предстояло осуществлять в Японии военной разведке. Предложения Зорге и Мельникова почему-то не понравились Берзину.
– Как
Подумав немного, Берзин сказал:
– Кодовое название нашей операции будет «Рамзай». На этом и остановимся.
Совещание в кабинете Берзина проходило в конце января 1933 года. В феврале Зорге начал готовиться к командировке. Он изучил все новинки специальной агентурной техники, запомнил личный шифр, условия связи в Берлине для встречи с доктором Бошем, которому он передаст шанхайскую резидентуру, задачи, которые он должен был выполнить, находясь в США, и многое другое.
В мае 1933 года «Рамзай» выехал из Москвы в Берлин. Специальная бессрочная командировка разведчика-нелегала Рихарда Зорге началась незаметно на Белорусском вокзале. Провожала Рихарда Екатерина Максимова. Берзин и Мельников простились с разведчиком в Разведуправлении.
Зорге улыбался. Обнимая Екатерину, он обещал ей вернуться, как всегда, целым и невредимым. Он действительно очень хотел выполнить задание Яна Берзина. Он верил в то, что настанет час и он снова будет в Москве, встретится с Екатериной, которая обещала ждать его до последнего дня. Он хотел возвратиться к своим товарищам в Разведуправлении и к своей Москве, которая стала для него родной и близкой.
Борьба, которую начал Рихард Зорге, завершилась не так, как он хотел, но в мае 1933 года «Рамзай» об этом не знал...
ЧАСТЬ III
ВАРШАВСКАЯ ПЯТЕРКА И «АРИЕЦ»
В 1964 году Маршал Советского Союза Ф. Голиков, который в 1940 – 1941 годах был начальником Разведуправления Красной Армии, обратился к Н. Хрущеву с просьбой разрешить ему написать книгу о деятельности советской военной разведки накануне Великой Отечественной войны.
Ф. Голиков собирался, как он писал, «ответить советским людям, что она (военная разведка. – В. Л.) сделала, что имела и что дала политическому и военному руководству страны перед нападением гитлеровской Германии» на СССР.
Маршал обещал Н. Хрущеву представить рукопись своих мемуаров на рассмотрение в ЦК КПСС и считал, что «на разработку этой книги потребуется год – полтора».
Голиков надеялся на то, что Н. Хрущев одобрит его инициативу. Но маршал ошибся. Ни через год, ни через два он не получил разрешения на подготовку книги о военной разведке. Видимо, «воспоминания и размышления» бывшего начальника Разведуправления о результатах деятельности советской военной разведки накануне войны могли поколебать официальную точку зрения на трагический для СССР начальный период войны с Германией. 1941 год имел много тайн, которые Н. Хрущев, видимо, не хотел раскрывать.