Алмазное лето
Шрифт:
– Хорошо. Моё дело – предложить. Ну а как молодой девушке среди стариков и глухих лесов?
– Нормально. Мне нравится северная природа, вот её и изучаю, вместе с людьми. Даже не знаю, что интереснее.
Игорь Александрович закивал:
– Тоже дело.
Видя, что начальник охраны собирается их оставить, Белкина спросила:
– А мне можно предложение вам сделать?
– Слушаю с удовольствием. Что юное дарование желает?
– Вы можете пойти и осмотреть мою комнату, чтобы подозрений лишних не было в мой адрес.
Великий в свою очередь обрадованно
– Мою, кстати, тоже, как там говорится, обыщите. Мне скрывать абсолютно нечего.
– Да вы что! Только за такую просьбу – пошарить в вещах гостей, меня Василий Прокопьевич порвёт на части.
– А полиция или следаки приедут? – с видом знатока спросила девчонка.
– Босс решает. Сами видите, вертолёты с замом губера уже к нам вылетели, а тут такой скандал. Некрасиво получается, не айс.
– Да, попали мы в ситуацию. На всю жизнь замараемся из-за этого камня.
– Найдём, я уверен, он здесь. Никуда не денется. К вечеру притащим из Архангельска детектор лжи и прогоним через него всю обслугу, там такие весёлые проводочки: зелёные и красные, глядишь – всё и вскроется.
Будет всё айс! Одену тогда корону на голову!
– Правильно говорить «надену», а не «одену», – встрял в разговор Великий и тут же смущённо опустил глаза.
– Спасибо, ваше филологическое сиятельство.
Желая разрядить обстановку, Белкина оптимистично всех заверила:
– Будем надеяться, что алмаз в скором времени непременно отыщут.
Начальник безопасности улыбнулся и облизнул губы:
– Непременно. Враг будет разбит, победа будет за нами.
– Да уж. Но главное, чтобы не как обычно, без моря крови…
Разговор прервал далёкий, но нарастающий с каждой секундой гул подлетающего вертолёта. Игорь Александрович начал высматривать в небе приближающуюся тёмную точку.
– Извиняйте, мне пора. Вот и дорогого гостя везут. Славно.
– Всего доброго.
– Удачи.
Начальник охраны развернулся и трусцой побежал к терему. Следом за ним отправились Алёна и Александр.
– Вы идёте на торжество? – спросила Алёна. Ей не хотелось сидеть одной в комнате, и она искала собеседника, а этот филолог был ей весьма любопытен.
– Нет, моя задача – подкараулить волхва и попробовать с ним пообщаться, так сказать, предметно.
– Значит, у нас есть ещё время погулять? – спросила Белкина.
– Да, конечно. Глупо сидеть в комнатах, хотя мне, кажется, дождь собирается. В этих местах весьма переменчивая погода, за столько лет я никак не могу привыкнуть.
– Погода действительно непредсказуемая. А скажите, пожалуйста, вы верите россказням Окомира?
– Как сказать…
– Скажите как есть.
– Вначале мне бы хотелось понять вас. Точнее, что-то узнать о вас. Здесь, в доме Василия Прокопьевича, собралось, так сказать, необычное общество, и мне неясно, как мои слова будут в дальнейшем использоваться. Вот тот замечательный начальник охраны Василия Прокопьевича предупреждал нас перед вашим прилётом не вести с вами, так сказать, душещипательных бесед. «Смотрите, юное дарование – не простая девчонка, неизвестно, для чего её тащит сюда Бугрин. Мы
Алёна покраснела. Нежданные слова Великого застали её врасплох. Пришлось быстро взять себя в руки, уняв дрожь. Она решила отшутиться, отбросив возникшее желание просто-напросто удрать в свой номер, закрыться там от всего мира и расплакаться:
– Александр Васильевич, в каждом вашем слове слышится строгость преподавателя.
– Алёна, мы вроде перешли на «ты»?
– Извините… извини. Вот сами загнали меня в угол, даже не знаю, что теперь делать.
– Я не хотел обидеть. Тем более что я считаю – никого нельзя загонять в угол! Даже мышка, загнанная в угол, непременно бросится на обидчика. – Не знаю, что там наговорили про меня, но у меня действительно было пару случаев, когда я вела собственные расследования. Но они были связаны исключительно с моими родными и невинным людям не было причинено никакого вреда.
– Тогда позвольте спросить, какова цель вашего визита в нашу глухомань?
– Помочь Сергею Геннадьевичу при переговорах. Знаете ли, у меня есть способность отличать ложь от правды. Иногда неясно, правду ли говорит человек, а я знаю точно – враньё это или нет.
– Любопытно, впервые о таком слышу. Получается, как только что упомянутый детектор лжи?
– Похоже. Мне не по душе такие эксперименты, но, видимо, пришло время впервые попробовать. Скажи что-нибудь, а я сообщу, правду ты говоришь или ложь.
– То есть я могу соврать, а ты меня подловишь?
– Попробую. Хотя каждый раз мне кажется, что дар покинул меня. Скорее бы так и случилось.
Великий заулыбался и посмотрел на девушку:
– Хорошо, что предупредила. Хотя я, конечно, не собирался лгать. Давай поиграем, проведём викторину, как в школе.
– Я согласна.
Великий задумался и вскоре, улыбнувшись с хитринкой, спросил:
– Правда ли Гоголь хорошо вязал?
– Думаю, да.
– Точно. Тогда скажи мне, Гёте прожил долгую жизнь холостяком?
Колокольчик звякнул в ухе у девушки, и последовал её ответ:
– Нет.
– Так и есть. Забавно. Но хватит.
– Почему?
– Нельзя явленный дар тратить по пустякам.
– Согласна, занимаемся глупостью.
Заместитель губернатора совсем недолго пробыл в гостях у Морозова и примкнувшего к губернскому воротиле Бугрина. В своём официальном выступлении чиновник благодушно порадовался скорому появлению на карте региона долгожданного объекта, а ещё будущему строительству дорог в труднодоступных местах и так необходимым обществу налогам и новым рабочим местам. Всё это снималось на камеры, без конца щёлкалось на оптику и почти мгновенно выставлялось на страницы губернских и центральных новостных сайтов. А после официальной части, так как на улице заморосил тоскливый дождик, в центральном зале дворца, как принято в избранном кругу, случился небольшой, но скучный фуршет.