Алмаз моей мечты

Столярова Александра

Коридор огласился таким трехэтажным матом, какого Серафима ни разу не слышала за годы работы в криминальной хронике. Ник ринулся к ней, Хорек от растерянности разжал руки, и Серафима рухнула на ковровую дорожку.

Дальнейшее помнилось смутно. Вроде бы Ник одним ударом свалил с ног хилого Гришу, споткнулся о его распростертое на полу тельце и, как ракета, врезался Жирдяю в живот… Но она не была ни в чем уверена. Лишь какое-то время спустя она осознала, что сидит на поверженном враге и лупит туфлей ему по голове. К счастью,

не каблуком. Ник, тяжело дыша, оттащил Серафиму в сторонку.

– Гады! – прерывающимся голосом сказала она. – Ник, пошли.

Сладкая парочка извергала им вслед слабые проклятия, но вид у них был бледный. Жирдяй вообще выглядел так, словно его вот-вот стошнит.

Завтрак как раз был в разгаре, и все постояльцы как один уставились на них любопытствующими взглядами. Администраторша не донесла до рта чашку с чаем и замерла, открыв от изумления рот.

– У вас там на третьем этаже мусор валяется! – сообщила Серафима с нескрываемым презрением.

Администраторша поднялась с чашкой в руке и с выражением недоумения на физиономии, но они уже вышли из холла.

– Интересно, почему эта баба так на нас смотрела? – спросила Серафима и только сейчас удосужилась посмотреть на своего нежданного спасителя. – Ник!!! Что они с тобой сделали?!

У парня была рассечена губа и глаз медленно наливался синевой. Натуральный боксер после ринга. Серафима ужаснулась и заметалась по дорожке:

– К врачу! Лед, срочно приложить лед. Надо вернуться и вызвать врача.

– Мы сейчас как раз идем к врачу, – напомнил Ник, силясь улыбнуться. – И не паникуй. Лучше приведи себя в порядок. У тебя зеркало с собой есть?

Серафима молча посмотрела на него и полезла в сумочку. Зеркало отразило встрепанную шевелюру, совершенно безумные, лихорадочно блестящие глаза. Из крупных повреждений – оторванная подошва у туфли и разорванное по шву платье. К счастью, по бокам и так были небольшие разрезы, так что эта асимметрия выглядела просто как задумка дизайнера. Ник пострадал гораздо сильнее.

– Что они от тебя хотели? – спросил он, ведя Серафиму за локоть к воротам.

– Догадайся с трех раз. Думаю, в их планы входила веселая групповушка с моим непосредственным участием. Слава Богу, ты вовремя объявился.

– Я услышал, как ты крикнула, – пояснил Ник. – Слушай, у тебя на руках жуткие синяки.

– Следы от их грязных лап. – Серафима брезгливо скривилась. – Черт, буду теперь ходить как жертва насильников. Стыда ведь не оберешься!

– Купим тебе в аптеке какое-нибудь средство…

– Слушай, боец, нам тебя надо лечить в первую очередь! Ты сам на себя не похож. Как это тебя угораздило заполучить такой фингал?

– Жирный засветил мне кулаком в глаз. Ну да ничего, шрамы украшают мужчину.

Серафима тактично промолчала. В данный момент мужчина ее мечты походил на банального хулигана и уличного драчуна. Заплывший глаз особого шарма ему не придавал, а губа стремительно

распухала, словно Ника ужалила пчела.

Они уже шли по дорожке в сторону центра городка. Серафима ни разу здесь не бывала, да и Ник чувствовал себя не очень уверенно. То и дело поглядывал на названия улиц и номера домов.

– Куда мы идем? – полюбопытствовала Серафима.

– К врачу.

– Понятно, что не к конюху. Откуда ты знаешь адрес?

– А я ходил кофе пить и позвонил из автомата. Она ждет нас.

– Представляю, что вообразит себе девушка, когда мы предстанем перед ее строгим взором, – резвилась Серафима, стараясь не обращать внимания на хлопающую по асфальту оторванную подошву. – Да она нас на порог не пустит!

– На порог нам не обязательно, – резонно возразил Ник. – Записку можно даже сунуть под дверь, я не обижусь!

Но встретили их неожиданно приветливо. Наверное, потому что врач всю жизнь только и занимается тем, что созерцает раны, кровоподтеки и прочие травмы, а потому воспринимает их спокойно. Ну подумаешь, являются в дом два человека после драки – обычное дело!

Молодая девушка в халате радушно открыла им дверь, выслушала сбивчивые объяснения Ника и с улыбкой пригласила их войти. Серафима с любопытством оглядела крошечную квартиру и ее хозяйку. Девушка была симпатичной, но уставшей, под глазами залегли тени.

– Проходите. Садитесь вот сюда, не стесняйтесь. Может быть, чаю?

– Нет, спасибо, мы, собственно говоря, только на минутку забежали, – неловко отнекивался Ник.

– Ну что вы, внука Андрея Борисовича я просто так не отпущу, – засмеялась девушка и отправилась на кухню. Оттуда донеслись уютные, очень домашние звуки: щелчок электрического чайника, шуршание бумажного пакета, стук ножа по разделочной доске.

– Меня зовут Настя, – громко сказала из кухни хозяйка. – Через минуту все будет готово.

Серафима устроилась в кресле, огляделась. Квартира была небогатой – дешевые обои, старая, еще советская, мебель, но все блестело. Чистота – как в операционной. Она вспомнила мотающиеся по полу двухнедельные клочья пыли в собственном жилище и устыдилась. На стенах висели фотографии в аккуратных рамочках.

– Настя, вы что, были знакомы с моим дедом? – поинтересовался Ник, вытянув шею в сторону кухни, где мелькал пестрый халатик.

– Очень коротко. Но мне он был симпатичен. – Девушка вкатила в комнату столик, сервированный для чаепития. – Я работаю на «скорой». Один раз вашему деду стало плохо, поступил вызов, мы поехали к нему и довольно быстро сняли приступ. После этого он каждый день присылал цветы из собственного сада, представляете? Нет, не подумайте ничего такого. – Она смутилась. – Он просто был настоящим джентльменом. Жаль, что его уже нет. Очень жаль.

Она помрачнела, уселась на подлокотник кресла, разлила по чашкам чай.