Аллигат 2
Шрифт:
У Ольги испарились из головы все вопросы. Тошнотворный страх оцепенением разливался по телу.
Кража! Вот так, без подготовки.
Чистой воды авантюра! И она в ней участвует.
Не может быть!
Опоясаться, — пришла в себя леди, собираясь с мыслями и машинально подбирая пышные юбки платья.
Непослушными пальцами затянула завязки, поправила сумку, расправила юбку и вышла из экипажа.
Взяла мужчину под руку и задышала глубоко, задерживая воздух в лёгких, усмиряя расшалившееся сердце.
— Нас же не станут обыскивать при выходе? — вертела она
— Не думаю, — успокаивающе погладил её руку Уайт. — Что бы вы ни услышали от меня, не выказывайте удивления. Помните, вы должны говорить исключительно по-французски.
Глава 39
Из таблички на входе в церковь Всех Святых Ольга узнала, что та была построена в 657 году саксонским аббатом из округа Баркинг. Дата впечатлила. Старейший храм в Лондоне! От древнего собора сохранились лишь входная дверь и часть здания, отнесённая к саксонской постройке и заметно выделявшаяся в месте соединения стен, выведенных в седьмом и пятнадцатом веках. Его серо-зелёный шпиль пронзал весеннее небо.
Небольшая почерневшая от времени постройка показалась нехарактерной для Англии. Архитектура скорее напомнила храмы Скандинавии или Балтийского региона, да и о том, что она считалась защитницей моряков и рыбаков свидетельствовала морская атрибутика: знаки, символы, корабли, судовой колокол.
Внутреннее убранство церкви и её мрачный викторианский интерьер соответствовали внешнему облику. Впечатление усиливали прохлада, полумрак, торжественная тишина и безлюдность.
Ольге пришла в голову мысль, что Уайт знал, в какое время наведаться сюда лучше всего. Он держал её под руку, ненавязчиво направляя к облачённому в чёрную ризу викарию, престарелому, невысокому и полному, прохаживающемуся вдоль резных скамей.
Сложив руки на животе, тот сосредоточенно вслушивался в английскую речь Уайта с сильным французским акцентом.
Обаятельный жулик без зазрения совести сообщил, что они с молодой женой находятся в свадебном путешествии. Они прибыли в Лондон на несколько дней и желают проникнуться святостью старинного храма, окунуться в его историю, прочувствовать атмосферу царящего в нём умиротворения и покоя.
Уайт сыпал восторженными эпитетами, возносил глаза к потолку. Склонялся к Ольге, заглядывал в её глаза, норовил прижать её к себе в поисках поддержки в желании осмотреть церковь и услышать занимательную историю каждой вещи.
А он умеет быть убедительным, — бессмысленно улыбалась Ольга, опуская голову и старательно отводя глаза от викария. Если на её руках были перчатки, то на пальце мужчины появилось тонкое обручальное кольцо.
Она слушала неспешное повествование священника об истории храма и значимых для неё событиях, разглядывала непритязательную обстановку. Близкое местоположение к Лондонскому Тауэру объяснялось связью церкви с королевской семьёй. Когда-то король Эдуард IV превратил её в часовню, и позже в ней какое-то время хоронили убитых узников Тауэра. Во время Великого лондонского пожара в 1666 году здание удалось спасти. Адмирал Уильям Пенн приказал разрушить соседние дома,
Незаметно новоявленный «муж» Ольги продвигался к тумбе с огромной кружкой-копилкой с навесным замком для сбора пожертвований.
Священник, упёршись животом в тумбу и вперив немигающие блёклые глаза в необычайно общительного француза, намекнул о внесении посильной жертвы на содержание храма. Тот, не колеблясь, внёс приличную сумму, тотчас изъявив желание посетить склеп, в который мечтал попасть едва ли не с младенчества.
Викарий отрицательно закачал головой: посещение склепа посторонними строго воспрещено.
Оглянувшись по сторонам, «муж» предложил Ольге осмотреть колокол, а сам вплотную приблизился к священнику. Зашептал что-то у его лица, косясь на свою молодую жену.
Ольга с интересом рассматривала колокол, в то время как служитель религиозного культа с неподдельным любопытством принялся украдкой бросать на неё удивлённые взгляды. Она не могла понять, о чём идёт речь, но чувствовала, что о чём-то очень личном. Она густо покраснела и отвернулась, отходя дальше и делая вид, что занята созерцанием алтаря. Оказывается, для его устройства использовались камни из замка Ричарда Львиное сердце, доставленные со Святой Земли! Неужели правда?
Викарий медлил с решением, и Ольга почувствовала облегчение: заказное преступление на грани срыва. Однако она недооценила природное обаяние, силу убеждения Уайта и знание им психологии человека. Он внёс повторное щедрое пожертвование, и это переломило ситуацию в его пользу.
Ольга, наблюдая за ним краем глаз, усмехнулась. Расчёт за краденый раритет восполнит утрату многократно.
Спуск в подземное хранилище проходил через арку, сохранившуюся с саксонских времён. Викарий указал под ноги на фрагмент кафельного пола, сохранившегося со времён Римской империи.
Светильники на стенах слабо разгоняли темноту.
— Вам не страшно, моя дорогая? — спросил Уайт, завладев рукой Ольги. Уложив её ладонь на своё предплечье, привлёк «жену» за талию ближе к себе.
— Страшно, — подыграла она, ощутимо ущипнув его за руку.
— Чувствую вашу… эмм… робость, — наклонился он к её лицу, касаясь лёгким поцелуем щеки. Нагло улыбнулся викарию, обернувшемуся на них.
Свет лампы отразился дьявольским сиянием в чёрных глазах французского «мужа». Аромат сандала и мускуса стал ярче, острее. То ли от соблазнительного запаха, то ли от слабости и нахлынувшего волнения у Ольги закружилась голова.
Женщина замедлила шаг и тотчас услышала поддержку Уайта.
— Скоро всё закончится, — шепнул он.
Подземный сводчатый прямой коридор привёл в душный каменный зал без окон. Пахло пылью и чем-то приторно-сладким. Тускло мерцали лампы на стенах. Глаза привыкали к тяжёлой давящей полутьме. Вдоль стен стояли шкафы с открытыми полками.
Подойдя к ближайшему, викарий приступил к демонстрации церковных метрических книг, артефактов, найденных при раскопках, сопровождая показ рассказом об истории каждого предмета. Отвлекаемый каверзными вопросами любознательного француза, он разошёлся не на шутку, похоже, сев на любимого конька.