Аллигат 2
Шрифт:
Женщина увела её в смежную с кабинетом мужа комнату, и обсуждение условий сотрудничества перешло в спокойное рабочее русло.
Через полчаса переговоров, Ольга поняла, что её устраивает всё: и гонорар, зависящий от объёма текста и наличия к нему иллюстраций автора; и возможность печататься три раза в месяц при отсутствии конкуренции; и печать первого, пробного, ожидаемо бесплатного вкладыша со схемой небольшой и несложной вышивки; и возможность при необходимости прибегнуть к услугам посыльного. Если так
Дебора долго вертела в руках схему вышивки к уже опубликованному рассказу о котёнке.
— Вы не могли бы отдать её мне? — наконец, спросила она, гладя схему пухлыми пальцами. — Думаю, моей старшей дочери подобная вышивка придётся по душе.
— А сколько лет девочке? — поинтересовалась Ольга участливо.
— Семь. Но она так и не смогла закончить ни одну вышивку. Характер Кати не отличается выдержкой и терпением. А здесь так просто. Стоит лишь начать и через пару недель вышивка будет готова.
— Разумеется, берите. Если нужно будет подобрать нитки, я всегда к вашим услугам.
Они проговорили о том о сём ещё полчаса. Дебора напоила Ольгу чаем с фигурным песочным печеньем и немного рассказала о себе. У неё с мужем был ещё сынишка четырёх лет, и она поделилась секретом, что через полгода снова станет матерью. От первого брака у мистера Фостера пятнадцатилетний сын и двенадцатилетняя дочь. Оба находятся в закрытых престижных учебных заведениях Англии и приезжают в дом отца исключительно на каникулы.
— В общем, всё, как во всех добропорядочных семьях, — вздохнув, завершила свой рассказ Дебора. — Ну что ж, мисс Табби, мне понравился ваш рисунок с мышонком. Жду от вас истории о нём в очередной номер. Поспешите. Рассчитываю на наше плодотворное и долгосрочное сотрудничество.
Ольга возвращалась домой в кэбе и прижимала к груди подаренный Деборой Фостер номер журнала с её первым опубликованным рассказом. Поймала себя на том, что глупо улыбается. Всё складывается хорошо. Остаётся ждать документов о разводе и готовиться к появлению малыша.
Неужели в её судьбе наметились перемены к лучшему? Леди скрестила пальцы рук, удерживая удачу.
Глава 46
Ольга сидела за туалетным столиком над раскрытым дневником и постукивала коралловым концом ручки по чистому листу.
Сколько она не открывала книжку в ярком сафьяновом переплёте? Две недели?
Две недели отчаяния сменились дикой усталостью и тупым безразличием. Нужно было собраться, сосредоточиться, отбросить эмоции и принять жизненно важное решение.
Она посмотрела
Вспоминала…
На следующее утро после её посещения издательства в её комнату вбежала Эшли. Она хлопнула дверью и с угрюмой озабоченностью выпалила:
— Всё, мисс Табби, это конец! — рухнула в кресло, придавив Мистера Шуга.
Вскочив и шарахнувшись от взвывшего напуганного кота, тяжело опустилась на край кровати и разревелась.
Ольга, толком не проснувшаяся, ничего не поняла. Она села в постели и озадаченно потёрла лицо ладонями:
— Конец… чего?
— Мистер Уорд умер, — всхлипнула Эшли, сморкаясь в носовой платок. — Во сне. Обычно он вставал рано и сам выходил к чаю. А сегодня не вышел. Я поднялась в его комнату, а он… — она снова зашмыгала носом. — Что теперь будет?
— Похороны, — ответила Ольга безучастно, чувствуя, как тело наливается тяжестью и подступают слёзы, как захлёстывает паника и наваливается слабость.
— Теперь лавку продадут, а нас с Ньютом выселят, — прорвалось сквозь нарастающий гул в ушах.
— Продадут, — эхом отозвалась Ольга, глядя на яркое пятно в кресле, расплывающееся рыжей кляксой.
Она не слышала, что сквозь слёзы говорила Эшли. Только одна мысль билась в её мозгу: не стало Хуффи Уорда. Не стало единственного человека в этом мире, которого она любила просто потому, что он есть. Был… Самый добрый, самый чуткий, самый понимающий, самый-самый… Он дал ей работу, защиту, тепло и заботу. Отогрел и подарил надежду. Он не спрашивал её о прошлом, не лез в душу, не поучал. Он просто был рядом. И он ушёл. Навсегда. Его больше нет.
Слёзы прорвали плотину оцепенения. В следующую секунду она сидела, прижатая к груди Эшли и они обе рыдали в голос, а рыжий кот, пригнув голову и выпучив жёлтые глаза, настороженно прислушивался к подозрительным звукам, окутавшим его плотным облаком.
***
Ольга смахнула набежавшую слезу и сделала запись. В пару лаконичных предложений вложила свои сомнения, переживания, боль.
Снова задумалась…
Придя в себя, они с Эшли поехали в книжную лавку. В комнате старика нашли письма его дочери Рут и отправили Ньюта на телеграф.
— Уж не знаю, приедет ли она, — тяжело вздохнула Эшли. — Мистер Уорд говорил, что она ждёт ребёнка.
Ольга помнила. Хуффи тоже поделился с ней радостью.
— Приедет кто-нибудь другой. Манчестер недалеко. Только я не знаю, что сейчас нужно делать с… телом, — растерянно сказала она, с надеждой глянув на Эшли: уж она-то знает, как поступить.
— Я всё сделаю. В шкатулке с письмами есть деньги. Он собирался на днях отправить перевод дочери.
— Только записывайте все расходы: кому, за что и сколько. Мало ли…