Алиби для медведицы
Шрифт:
– Свой вклад он как-то закрепил юридически?
– Нет, – еще больше втянула голову в плечи Флора. – Мы жили хоть и в гражданском браке, но счастливо, не ссорились, и вопрос не вставал. Я сказала, что переоформлю акции на него, половину или даже все, но он только отмахнулся, мол, успеется… Думаете, надо проверить насчет наследников?
– Думаю, нет, – ответил я. – С наследниками можно рассчитаться и позже, когда предприятие встанет на ноги. Ну а пока их нет, нечего и суетиться.
– Ты сам-то, Андрей, тоже не должен здесь даром трудиться! –
– Здесь? – переспросил я. – А там кто будет? В Нижнем?
– Команда без тебя управится. Дело у вас налаженное.
– Мы устроим вас директором, – предложила Флора. – Здесь все основные акционеры присутствуют, сейчас и оформим.
Я посмотрел на присутствующих акционеров. Похоже, они все были не против и даже заранее это обсуждали. Мне оставалось только развести руками:
– Вообще-то я совсем не готов к такому повороту, если честно!
– Соглашайся, Андрюха! – настаивал Гоша. – Братва в Нижнем без тебя управится. Съездишь, когда надо. Там Валерик есть.
«Валерика там не будет, – подумал я. – Он окажется в дурдоме, когда узнает». А вслух серьезно сказал:
– Подожди, Гоша, не гони коней. Давайте начнем дело делать, я не против помочь, а меня как-нибудь оформлять им не надо, решим потом. Хорошо? Флора, нам потребуется организовать бухучет. Кому-то надо печатать всякие письма, заявки.
– Бухгалтерия, Нинка, вернется из Нижнего. А печатать вот Таня будет.
Вот оно что! Если бы об этом сказали раньше, я сразу согласился бы принять должность директора, чтобы заполучить такую секретаршу.
– А Таню в городе ничего не держит? – на всякий случай спросил я.
– Я возьму отпуск, а дальше видно будет, – сказала моя кандидатка в секретарши.
– Очень хорошо. Флора, я посмотрю бизнес-план, составленный Дмитрием Петровичем?
– Конечно. Танечка, подай, пожалуйста! Вон, на тумбочке. Женя, а ты передай папку, будь другом!
Джо обернулся, чтобы взять полиэтиленовый конверт из стопки на буфете. Я, заметив взгляд, которым они обменялись с Флорой, вспомнил, что он был ее другом до Спонсора, так говорили. А что, если Спонсор знал об этом? Может, он не просто так хотел Женьку посадить?.. Флора взяла у него папку, вложила в нее бизнес-план Щербакова, защелкнула кнопку и положила передо мной на стол. Я вытащил цветной пакет из кармана, который всегда ношу с собой по охотничьей привычке, расправил его и, прихватив за край, опустил в него папку. Решил дома посмотреть, что там насчитал Спонсор.
По окончании официальной части все собрались идти ко мне пить чай. Я мысленно показал язык своему второму «я», жалея, что не выбросил мусор и пивные бутылки. Татьяна может подумать, что здесь обитают настоящие алкоголики.
Дом у нас все-таки охотничий, половиков нет, поэтому обувь оставлять на пороге не требуется, и братва это знает. От топанья сапог задрожал буфет, и мое пресмыкающееся в банке, испугавшись, дернулось и зашипело.
– А! – взвизгнула Татьяна, ухватив меня за руку.
– Господи,
Татьяна тяжело вздохнула. Женька и Рома засмеялись, а Гоша спросил:
– Андрей, ты не боишься, что Валерика кондрашка хватит?
– Скорее нас всех кондрашка хватит, чем его, – заступился я за своего товарища. – Проходите, рассаживайтесь. Сейчас закрою этого змееныша, – и набросил на банку тряпку. – Пока чайник греется на газу, растоплю печку. Станет уютнее. У меня нежарко. – Пока братва рассаживалась за столом, я повернулся к Татьяне: – Как тебя развлекать? Придумал! Дам пока тебе посмотреть фотографии.
Я вытащил из вещмешка цифровик.
– Вот, здесь кнопка, чтобы листать. Разберешься. Ты не увидишь тут унылых физиономий родственников, это чисто охотничьи снимки: птички, змейки, рыбки. Трофеи. Природа. Смотри!
Моя гостья с интересом взяла фотоаппарат.
Уложив в печке поленья, я занес из сеней канистру и, слегка накренив, плеснул из нее немного в пластмассовую банку из-под майонеза.
– Это что, Андрюха? – спросил любопытный Гоша.
– Пить это нельзя, – на всякий случай сказал я, – солярка.
– Ты что, печку ею растапливаешь? А береста на что?
– Берестой, Гоша, пользуется настоящий сельский житель, настоящий охотник. А я – городской, – ответил я Игорю Николаевичу, закупорив канистру. – Увы! Береста закончилась, а солярка всегда под рукой, у меня машина на солярке ездит.
Пока я относил канистру обратно в сени, чайник вскипел. В печке потрескивали дрова. На столе появились конфеты, баранки, колбаса и сыр для бутербродов. Разлив чай, я подсел к Татьяне, чтобы объяснять ей, при каких обстоятельствах был сделан тот или иной снимок.
– Как будем электрику монтировать, господа растратчики? – спросил вдруг Рома. – Кабелей-то не хватит!
– Надо к Флоре идти, пусть новую экспедицию снаряжает, – рассудил Гоша.
– Не надо сразу идти, – решил я отработать свое участие в сокрытии хищения денежных средств, – Флора обо всем догадается. Следует смонтировать то, что есть, а потом сказать, чего не хватает. Мало ли почему? Спланировали плохо!
– На охоту-то не ходил еще? – спросил меня Женька, меняя тему.
– А! – махнул я рукой. – Упустил двух крякашей на Шуде. Задумался. Какая теперь охота?
– Одно другому не мешает, – философски заметил Джо.
– Говорят, ты ружье новое купил, Андрей? – неожиданно спросил Женька.
– А ты не видел? – удивился я. – Весной еще обновил. Сейчас покажу.
Я достал из шкафа двустволку и подал Женьке. Джо стал вертеть ее с видом знатока, переломил, посмотрел на свет. Я знал, что стволы у меня вычищены до зеркального блеска, так что стыдиться нечего. Поговорили немного об охотничьем оружии.
Наконец Гоша добрался до вопроса, который всегда висит в воздухе в любом деревенском доме, в любой вечер, в любой компании: чего бы выпить?