Алиар
Шрифт:
Перед уходом Тэрну предложили поглядеть на малыша. Отказываться было неудобно, да и надо же, наверное, было посмотреть на ребёнка, названного в его честь…
Это был обычный миленький карапуз, мало отличающийся от любого другого ребёнка; очень, впрочем, славный. Они на цыпочках прошли в комнату и так же тихо вышли, но, видимо, Тэрн с непривычки всё равно оказался слишком шумным, потому что Сэду пришлось остаться успокаивать малыша. Но справлялся он не очень хорошо, — заметно было, как Элька беспокоится и рвётся туда, — и повезло, потому что семья определённо
Тэрн ушёл недалеко: сел на лавочке около подъезда и снова задумался. Он видел, как потемнели окна у Эльки, как постепенно гасли другие окна в этом доме. Становилось всё прохладнее, но он не замечал.
Тэрн уже знал, что не будет больше помогать Рие. Отнесёт бутыль Юню и хватит с него…
Так что же теперь? Накупить книг, которые он видел в храме, и осесть где-нибудь: читать и разбираться с чертежами?.. Это было хорошее дело, отличная цель. Хотя, судя по размеру книг и сложности расчётов, на это потребовалось бы не меньше нескольких лет. А что потом? Что, если выяснится, что таким образом какой-то зануда просто рассчитывал, как ему украсить храм?.. А он, дурак, потратит на расшифровку всю свою жизнь?.. «Это будет достойный финал столь нелепой жизни», — ухмыльнулся себе Тэрн.
Остановиться, наверное, следовало в Дейнаре: библиотека под боком, там книги и найдёт… жаль, что у них библиотекаря нет! «А что? — подумал он вдруг. — Попрошусь к ним на службу. Нацеплю очки. Идеально!»
Он засмеялся — потом так же резко остановился и потёр лоб.
Зачем ему эти расчёты? Какие ответы он пытается найти?
Почему нет места, куда он хотел бы вернуться? Почему большинство людей вокруг так не запоминается? Почему он по пальцам может пересчитать тех, кто хоть как-то заинтересовал его за время странствий? Это с ним что-то не так или их жизнь действительно пуста? А что делает жизнь не пустой? Не его же метание по городам, тогда что? Почему он считает свою жизнь полнее жизни стольких людей? Это и есть гордыня?
Так Тэрн мог думать ещё долго-долго, но его отвлекли. Какой-то человек приблизился к скамейке и замер напротив него. Тэрн уже собирался ответить, что, нет, покурить не найдётся, но вскинул глаза и наткнулся на слишком недоброжелательный взгляд.
— Верни, пожалуйста, мои вещи, — очень спокойно произнёс незнакомец.
Тэрн вздрогнул.
— Какие вещи?..
— Те, которые ты стащил из храма Каммены.
Тэрн вытаращился на незнакомца. Только сейчас он понял, кто это был, — тот торговец яблоками, который ещё говорил что-то про глаза.
— А с чего вы взяли, что они у меня? — на автомате ответил Тэрн.
— До Каммены может дойти только Герой из Пророчества. Герой — только один на поколение. И это ты.
— С чего вы взяли? — так же отстранённо продолжил Тэрн.
— Достаточно поговорить с тобой пять минут, чтобы понять. Оставалось лишь разыскать твою скандальную спутницу — а уж потом тебя.
Тэрн
— Погодите-ка! Как вы могли добраться до Каммены и вернуться, да ещё и поискать меня, если я сам пришёл полдня назад? И у меня это заняло едва полгода!
— Ты не знаешь троп. Повезло ещё, что я вернулся не раньше тебя.
Он сделал движение рукой, явно собираясь протянуть её за своими расчётами, но Тэрн сбил его:
— А как вы оказались в Каммене, если туда может попасть лишь Герой? Который, как вы заметили, один на поколение?..
Мужчина промолчал. Тэрн набрался храбрости, сейчас ему было по-настоящему страшно.
— Давайте так: я верну вам расчёты, а вы объясните мне, что они значат.
В глазах торговца (воина?) промелькнуло нечто опасное.
— Давай так: ты вернёшь мне мои расчёты, а я тебя не убью.
— Вы меня? А может, я вас?
— Ты угрожаешь мне?
— А почему нет? Латар Малый вас победил, хотя едва мог удержать меч. И я уж точно сильнее, чем Танагас из Восьмого Витка.
На лице у торговца не шевельнулся и мускул. Он некоторое время смотрел на Тэрна с тем же непроницаемым выражением лица, потом молча ухмыльнулся.
— …В Каммену может попасть не только Герой, верно? А только человек со Знаком Творца.
Человек со Знаком Творца кивнул и снова помолчал. Потом уточнил:
— Почему ты спрашиваешь о моих чертежах? Если ты знаешь кто я, то знаешь и зачем они нужны.
— Зачем?..
— Чтобы разрушить мир, — Повелитель Мечей широко, но холодно улыбнулся.
— Неправда!
Тэрн сам себе удивился. Почему неправда? Всё логично… но он просто знал, что это не так.
— Да? И почему же?
— А у вас… глаза очень яркие. Сейчас такие редко встретишь, — повторил Тэрн его слова. — Кстати, пирожок хотите? Вы ведь тоже только с дороги.
Повелитель Мечей помедлил, а потом зашёлся тихим, но долгим смехом. И Тэрн почему-то подумал, что этот человек очень давно не смеялся и уже давно ни с кем не разговаривал.
— Ты хороший мальчишка. Задаёшь много вопросов… напоминаешь мне кое-кого. Пойдём — может, я что-нибудь и объясню тебе.
Кина сидела в гостинице посреди Эрнела. Местный шум бил по ушам, не давал собраться с мыслями. И, хотя все эти дни она не выходила из гостиницы, где было относительно тихо, голова всё равно болела неимоверно. А уж как она устала…
Барли, хозяйка гостиницы, прекрасно помнила Кину и Джона. Она сразу поняла, что Кина осталась одна и ловила каждый её жест, надеясь на новую интересную историю. Но в то же время — удивительно — искренне сочувствовала.
Кина не помнила, как давно она в дороге. Она не знала, ищут ли её монахи. Наверное, да.
Она ведь так и не вернула амулет. Сначала — была настолько не в себе, что позабыла обо всём и умчалась прочь от Дейнара. Потом вспомнила, но не смогла вернуться. Потом… наверное, надеялась, что Джон будет искать её. Пусть не ради неё самой, пусть ради амулета.