Алхимики

Шах Лия

– Еще какая! Что это за школа, в которой здоровые лбы детей обижают?! Вы вообще куда смотрели, когда такой произвол творился?! Вы первая должны были за них заступиться!
– зло бросила я, не делая попыток сбросить с себя руки мужчин. Да, Малтаэль в моих глазах теперь тоже настоящий мужчина, пусть и маленький еще.

– Заступиться?!
– задыхаясь от негодования, вскочила из-за стола женщина, яростно сверкая глазами.
– Этот монстр два десятка детей за минуту в обморок отправил! Ваше счастье, что на них не осталось никаких повреждений, иначе вам грозил бы суд!

– Ваше счастье, - резко успокаиваясь,

угрожающе протянула я, - что на моих детях нет никаких повреждений, иначе вас с собаками не нашли бы.

– Да вы... Да как... Вы что...
– глотая страх и ненависть, заикалась директриса, почему-то кося одним глазом мне за спину. Туда, где молча стоял Харон.

Я сказала, что хотела. На этом все, больше добавить мне нечего. Повернувшись к малявкам, я окинула серьезным взглядом их шокированную композицию, и поняла, что надо что-то делать. и уже сейчас. Потому что есть вероятность, что так с ними будут обращаться во всех школах. И в местных законах была одна лазейка. Человек обязан был иметь запись на чипе с данными об оценках из школы. Имеются ввиду оценки итоговых экзаменов. Но вот путь до них...

– Что скажете на счет домашнего обучения?
– спросила я, глядя детям в глаза. Думаю, это они должны решать, где и как им учиться. Они у меня уже взрослые, и боюсь еще одной такой потасовки школа не выдержит. Разнесу тут все к хрому.

Малышня переглянулась, растерянно похлопали глазами, и Малтаэль решил ответить за всех.

– Ты же не хотела, что бы мы тебе дома под ногами путались?
– нахмурившись, спросил мальчик. Устало вздохнув, я подошла к нему и присела на корточки, что быть одного роста с ним.

– У меня никогда не было детей, - решила быть честной я, объясняя свое поведение и точку зрения, - я понятия не имею, что с вами надо делать. Я действительно считала, что школа отличный вариант, где вы будете развлекаться большую часть времени, заведете друзей и получите знания. Но я даже в страшном сне не могла представить, что с вами здесь так обойдутся. Я считаю, что дети должны расти в нормальной социальной среде, не смотря на то, что сама я являюсь настоящей социопаткой. Тем не менее, выбор за вами двумя. Хотите, будет вам школа, не хотите, будете учиться дома. Запишу вас на какие-нибудь курсы, секции, кружки...

– А можно с тобой в лабораторию?
– вдруг подала голос Ниалира, глядя на меня с такой надеждой, что и камень бы пробрало. Камень, но не социопатку.

– Нет.
– без раздумий ответила я, а дети поникли. Так-так, кто-то навострил лыжи на мои реактивы? что ж, думаю, стоит пояснить свое "нет".
– Для того, что бы вам было можно со мной в лабораторию, вы должны еще очень много узнать. Это не так просто, как вы думаете. Физика, химия, математика, основы безопасности - это только начало. Что бы пойти со мной в лабораторию, вам нужен колоссальный объем знаний.

– Что такое колоссальный?
– спросил Малтаэль.

– Что такое социопатка?
– спросила Ниалира.

– Что такое кружки?

– Что такое физика?

– Что такое химия?

– Стоп, трещотки.
– улыбнувшись, подняла я руки в останавливающем жесте.
– Об этом и многом другом вам могли бы рассказать учителя.

– Они противные.

– Мы хотим, что бы ты нам рассказала.

– Значит, идем домой.
– постановила я, поднимаясь на ноги, и шагая к двери.

И

только мы вышли за дверь, как я решила уточнить еще пару вопросов. Снова присев перед детьми, я внимательно их осмотрела.

– Вы в порядке? Есть повреждения?
– хмурясь, спросила я.

– Нет, конечно! Эти сосиски в жизни бы до меня дотронуться не смогли!
– горделиво задрав нос, хвастался мальчишка. Я спрятала улыбку, не решаясь топтаться по мужской гордости. Это единственное, что я знаю о мужчинах, как я уже говорила.

– Сильно испугались?
– глядя больше на Ниалиру, спросила я. На что девочка только отрицательно помотала головой и улыбнулась.

– Ты нас дома ругать будешь?
– спросил Малтаэль. И, видимо, вопрос этот был их общий, и интересовал как брата, так и сестру. Вот только я не поняла немного.

– Зачем?
– растерянно спросила я, перебирая в памяти знания о воспитании детей. Знаний было до слез мало, и такого пункта, как "ругательство на дому" я не знала.
– Надо, да?

– Ты что, не злишься на нас?
– удивленно и тоже растерянно смотрели на меня дети. Кажется, мы все трое не знали, как друг с другом общаться.
– Это ведь плохой поступок, нас родители за такое раньше наказывали и ругали.

– Эм...
– это у меня в мозгах что-то заклинило, защелкало и сломалось. С треском и грохотом.
– Так вы вроде защищались? Или вы меня обманули?

– Ты странная.
– вынес вердикт Малтаэль, погладив меня рукой по растерянной голове.
– Мы никогда не врем.

– Мы ненавидим вранье.

– Очень ненавидим вранье.

– И мстим за вранье.

– Ага...
– протянула я, не зная, что тут еще можно сказать. Разве что...
– Хотите пироженку? Мы тут с Хароном пока шли увидели чудесную пекарню, и вот он пообещал купить столько вкусняшек, сколько мы захотим.

Ну а что тут еще скажешь?

Когда мы выходим в общий холл, все разговоры резко стихают. Школьники сбиваются в кучки и шепотом что-то обсуждают между собой. Я слышу отрывки их фраз: "Один уделал толпу", "Бешеная семейка", "А говорили, что они сироты", "Вон как на родителей похожи". И чем ближе к выходу мы приближались, тем отчетливее я понимала, что не всякие личности могут жить среди основной массы народа. Мои воспитанники не смогут. По крайней мере не сейчас. Им еще надо вырасти и многое понять, и будет лучше, если это "многое" они узнают не вот таким образом, а... от меня. Просто потому, что я не вижу других кандидатов на эту роль. И да, я все еще, если бы была возможность, передала право опеки над детьми другим людям. Это не мое, у меня нет подобного опыта, и то, что я собираюсь сделать, будет чистой воды экспериментом. Эксперимент на детях? Да, моя совесть позволяет такие выкрутасы.

До кафе мы идем молча, и я на столько погрузилась в свои мысли, что не сразу поняла, что кое-что изменилось. Малтаэль и Ниалира... Они шли по обе стороны от меня, держа меня за руки. И вот что б мне на месте провалиться, но это был не детский жест поиска защиты, а предложение. Потому что это не я их сейчас вела, а они меня. Брат и сестра зорко смотрели по сторонам, будто были на стороже и готовились в любую секунду отразить атаку, направленную на меня.

– Бром, мелкие, серьезно?
– насмешливо фыркнула я, не делая попыток освободить руки.
– Кто кого здесь защищать должен?