Алхимик с боевым дипломом

Сыромятникова Ирина Владимировна

— Я так думаю, они рассчитывали, что каштадарцы им помогут.

Менять одних черных магов на других, совершенно незнакомых, казалось мне глупым.

— Фиг ли?

Ридзер пожал плечами:

— Наверное, им понравился каштадарский принцип отделения инициированных черных от общества в особый орден. Не знаю только, в курсе ли они, что иностранцы там причисляются к низшей касте и не имеют права владеть ничем, кроме носильной одежды, даже собственные дети им не принадлежат.

Я хмыкнул. Из-за каких-то глупых принципов подарить чужому государству такие земли! А смысл? Прежних хозяев каштадарцы обратно уже не пустят и благодетелей своих придурочных вырежут под

корень, чтобы породу не портили. Но шанса познакомиться с традициями южан Искусникам не представилось — всех выживших повязали и отправили для разбирательств на военную базу в Кафолке, место уединенное и пользующееся дурной славой. Не думаю, что общественность когда-нибудь узнает об их дальнейшей судьбе.

Улыбчивая помощница целителя поила меня восстанавливающими зельями, а в промежутках, в качестве моциона, водила по коридору крохотной сельской больнички. Наверное, я стал самым благодарным из ее пациентов, потому что был готов глотать, что угодно, и отжиматься до потери пульса, лишь бы поскорее отсюда выбраться. В больничке толклась масса пришлого народа, периодически целители выгоняли всех вон и запирали дверь, но праздно шатающаяся публика упорно проникала обратно. До меня не сразу дошло, что они тут потеряли: армейские спецы и гражданский персонал, просто люди в форме и самые отчаянные арангенцы пытались хоть одним глазком взглянуть на свирепого боевика (по слухам) одолевшего целый полк Искусников.

Я, кажется, после Михандрова мечтал о славе? Нате!

Покушение на основу военной мощи Ингерники наделало не мало шума. Генерал Зертак, вкурив, какая жопа просвистела у него над головой, тоже приехал ко мне, посмотреть на живого героя. Я в этот момент еще лежал без сознания, и возможности поговорить с великим человеком не имел, о чем ни секунды не жалею. Как оказалось, в полученном увечье был несомненный плюс: вся эта толпа озабоченных колдунов не лезла ко мне с предложениями показать «тот фокус» или сделать еще одного зомби (хотя намеки на возможность получения погон продолжались). Надо было линять отсюда, пока цел, тем более что отмазка в виде экзаменов у меня имелась.

Забери Король всех этих паразитов, и черных, и белых, и серобурмалиновых с проседью! Я не просто опаздывал, а СИЛЬНО опаздывал, без помощи Сатала меня могли и к экзаменам не допустить. К счастью, военный целитель оказался более договоропригоден, чем его гражданский коллега и, узнав, что мне срочно нужно в Редстон, возражать не стал.

— Эликсиры в дорогу я вам дам, выписку из истории болезни сделаю. По прибытии на место немедленно покажитесь целителям своего управления!

Я старательно кивал — дорога к этим ребятам мне была уже известна. Скоро меня будут показывать новичкам как экспонат — то Шорох в парня вселяется, то «откат» некроматнический бьет. Где еще такого чудика отыщешь!

— Вот, Ликен с тобой поедет.

— Зачем? — насторожился я.

— Так ведь зомби!

Ах, да, кто-то ведь должен будет обновлять заклинания на Максе. Надо надеяться, что от общения с армейским магом моему псу не снесет башку.

— Справишься?

— Не беспокойтесь, — улыбался маг с нашивками капрала (полученным заданием он явно гордился), — я изучал основы ретроспективной анимации в рамках курса первичного допроса.

М-да. Думаю, что спрашивать его, чем в армии занимаются некроманты, мне не следует.

По дороге к чугунке мы повстречали колонну беженцев, которые, как ни странно, не покидали Аранген, а наоборот — прибывали в него (Ридзер что-то говорил о национализации земель, но я не предполагал, что это можно провернуть так быстро). Возглавлял колонну

смутно знакомый мужичок (не он ли приставал ко мне на том злосчастном митинге?), а к груди он прижимал что-то, подозрительно напоминающее министерское руководство по магической безопасности. Рядом с ним вышагивал желчный субъект с саквояжем и тросточкой. Неужели они сподобились нанять черного мага? Какой прогресс в мировоззрении! Если так, то шанс заселить свою землю заново у них, определенно, был.

В Хо-Карге военный эшелон не остановился — в нескольких кварталах города был объявлен карантин и вокзал находился на особом положении. А как же мой отчет? Я столько из-за него горбатился!! Да фиг с ним, через Сатала передам.

— А вот вам ваш отчет, уважаемый, вы ведь его так ждали! Замечу, что слухи о компетентности генерала Зертака оказались сильно преувеличены.

— Вообще-то, это секретный документ.

— Знаю. Я сам ставил на нем гриф секретности.

— Отдайте же, наконец, бумаги!..

— Кстати, я думаю, что пособие по инвалидности моему сотруднику должны выплачивать за счет средств вашего отдела.

— Какая инвалидность?! Подумаешь, «откат»! Отдохнет пару месяцев и будет как огурчик.

— Вы отрицаете факт производственной травмы?

— Вообще-то, он действовал согласно договору.

— Ах, так он уже не ваш агент! Отлично. Однако договор не предусматривал спасение армейских экспертов, в обязанности сотрудника НЗАМИПС такая деятельность не входит.

— Я буду ходатайствовать о выплате компенсации.

— Это той, что в размере двойного оклада?

— Нет, персональной премии от министерства.

— Тогда уж сразу медаль.

— Если ему — медаль, то мне — орден!

— За что, интересно?

— За то, что я вас всех не прибил до сих пор…

Глава 21

Свершилось! Меня обмерили, взвесили и признали достойным звания алхимика.

Свидетельства об окончании Университета вручались публично, при большом стечении народа. Я тупо разглядывал свое: в правом верхнем углу на нем красовалась большая, тисненая золотом печать, напоминающая часовой механизм в разрезе. В левом верхнем нахально сидела другая — черная, замысловатая, маслянисто-радужным отливом вызывающая ассоциации с бочкой дегтя. Когда я смотрел на листок, у меня было ощущение, что печати между собой ругаются. Правая означала, что я проявил особые успехи на поприще алхимии, а левая свидетельствовала, что я — боевой маг, успевший доказать свое мастерство в деле. Должно быть, это Сатал постарался, старшая каналья региона, мать его за ногу! Теперь все мои потенциальные работодатели будут интересоваться, почему я не черный маг, а боевые маги (если мне не повезет иметь с ними дело) будут ржать и спрашивать, что я делал в алхимиках. Блеск! Нет, нет, нельзя сосредотачиваться на этом, страшно подумать, во что может превратиться черный маг, ненавидящий свои способности. Тем не менее, чувство, что меня поимели в извращенной форме, сохранялось.

— Томас, я так тобой горжусь!

Я благосклонно принимал поздравления родни — единственный черный, пришедший на церемонию с родителями. И не только с ними: Лючик восхищенно крутил головой и засыпал меня градом вопросов, а маленькая Эмми (не такая уж она теперь маленькая) благосклонно принимала внимание белых студенток (не могут они пройти мимо ребенка без ути-пути). Год назад я извелся бы, выглядывая, не подтрунивает ли кто надо мной, но сейчас мне было глубоко плевать на такие мелочи (возможно, так сказывалось воздействие блокираторов).