Алхимик 2

Айлин

Из плюсов: пока тушила мясо в алхимическом котле, получила ещё пару пилюль. По одному виду уже понятно, что качество у них так себе, но там было не до кулинарных изысков: закинуть мясо с овощами в горшок и тушить, пока мягче не станут, а параллельно жарить на огромной железной сковороде добрый десяток яиц, а то и все два. Рядом пыхтела в горшочке вторая партия риса, потому что первую он уже сожрал. Причём мордочка у Сяо Ма была настолько несчастная, что и ругаться сил не было. Да и чего ругаться-то? Это он жертва моих экспериментов. Главное, чтобы наелся!

Пока я занималась готовкой, он отмокал в прохладной ванне, потому что когда я зашла на кухню, от него буквально валил пар.

Нет, запредельно горячим он не был — на ощупь плюс-минус 37–37,5, вроде бы и мелочь. Не самая высокая температура, но если она начнёт расти? Что-то мне подсказывает: в этом мире нет парацетамола, который буквально за пару минут убьёт любой жар. А температура — это вам не шутки. Так что ванна — единственное, что мне сходу пришло в голову. Меня саму начинало потряхивать мелкой дрожью. Одно дело, когда побочки вылезают на тебе, и совсем другое — когда на ребёнке. Я ловила себя на том, что сейчас мучаюсь не только от того, что просто переживаю, но и от чувства вины. Это я дала ему пилюлю с побочкой, не подумав как следует. Хотя, честно говоря, такого результата от побочки «усиленный метаболизм» я не ожидала. В моей голове это было, когда подруги такие: «ну ты ведьма, ешь и не толстеешь», а ты: «ну да, просто у меня метаболизм хороший», и под их завистливыми взглядами целую пиццу в одиночку хомячишь, пока они капустным листом давятся. А не вот это вот всё!

Я чувствовала, как у меня начинают трястись руки от понимания, что одной прохладной ванной дело может не ограничиться. Будет не смешно, если после сидения в холодной воде Сяо Ма ещё и заболеет. Есть ли что-то, что может ускорить его выздоровление? Я перебирала в голове всевозможные варианты, откидывая рецепты своего мира, пока паника медленно, но верно накрывала меня с головой, и я переходила из состояния «давайте сделаем хоть что-нибудь» в состояние «ну всё, приплыли». В какой-то момент мне стало настолько страшно, что в голову вместо парацетамола и водки полезли названия растений и пилюль! И да, я таким образом вспомнила о травах — всё, что уже успела прочитать! Лилия, мне нужна небесная лилия и цветы хризантемы. Они должны снять жар и успокоить нервную систему. А её надо успокоить: Сяо Ма не мог ни секунды стоять спокойно — у него дёргались руки, шевелились пальцы, он постоянно оглядывался — было очень похоже на человека с СДВГ. А ведь мелкий весьма спокойный ребёнок.

Благо, всё необходимое у меня было. Правда, ещё до того, как я успела сбегать наверх, внизу раздался писк, и я увидела мышей, держащих в лапках свёртки. Я, конечно, привыкла, что они слишком умные, но разве это не перебор? Ну и ладно. Пока они не выселяют меня из дома — пусть будет. Всё равно полезные.

Сполоснув котёл, засыпала туда травы, долила воды и прокипятила. Благо больше и не требовалось. Для успокоения капнула ци на монокль, чтобы убедиться, что отвар трав я сумела сделать без побочек. Смогла. Там, конечно, уровень качества прыгал, ну да ладно, главное — чтобы работало. Перелив отвар из котла в кувшин, направилась в ванну.

Сяо Ма лежал в ванне в одежде — кажется, решил совместить приятное с полезным: и охладиться, и вещи постирать. И, по счастью, уже не выглядел таким худым и измождённым, как в тот момент, когда я увидела его на кухне в первый раз.

— Госпожа Лу Шиань, — встрепенулся он, увидев меня, порываясь вылезти из ванны и одновременно с этим стремительно краснея, заставляя меня сомневаться: то ли жар у ребёнка, то ли смущается.

— Сиди уж, — отмахнулась я, выливая в оставшуюся воду тёплый отвар. В воздухе приятно запахло мятой. Я потрогала воду рукой и удовлетворённо кивнула. — Всё правильно, вода не нагрелась, а даже стала ещё чуть холоднее. Посидишь

ещё полпалочки благовоний и потом вылезай. Переоденься потом в сухое, не забудь, — напомнила я. — Ещё есть хочешь?

Мальчишка жалобно кивнул. Я вздохнула и вышла в зал. Из несъеденного в доме осталось только несобранное. Кстати!

— Ты, — позвала я осла, который настороженно наблюдал из плотно оккупированного зала за происходящей суетой. — Посмотри, может, ещё что-то с хурмы стрясти можно?

Мы, конечно, многое подъели, но, помнится мне, там ещё что-то да оставалось. Мне в ответ показали копытца. Нашёл чем удивить! Не самая большая проблема.

— Вот, — я указала на мышей, которые неосмотрительно не скрылись где-то под полом, а ожидали, чем всё закончится, сидя на подоконнике. — Они собирают, а ты дерево потряси. И от тебя польза будет.

Осёл обиженно фыркнул, мыши обиженно пискнули, но послушно пошли трясти хурму. Понятно, что битых плодов будет много, но тут уж не до жиру. А я задумалась над тем, что ещё можно приготовить так, на скорую руку. И совсем скоро получилось, что лепёшки из муки и воды. Я, конечно, с тестом возиться не любила, в основном из-за того, что оно к рукам прилипает. Но этот вариант был одним из тех, что приходил в голову. К тому же теоретически это должно насытить. Потому что сейчас в нашем милом домике, кроме муки и риса, не оставалось ничего съедобного, да и того риса оставалось уже на донышке. Так что делать нечего — будем замешивать тесто. А потом его ещё и раскатывать. Жуть! Завалявшийся пучок зелёного лука решила пустить туда же, в лепёшки. Вроде ещё немного красного перца оставалось. Так что тоже будет не так пресно. Благо, вся возня с тестом укладывалась минут в пятнадцать-двадцать, если не считать время на то, чтобы тесто отдохнуло. Ну а потом просто жарить. Тем, что я умудрилась спалить всего одну, я гордилась. А в принципе даже неплохо так получилось. Я попробовала одну — съедобно. Если что-то сверху мясное положить, то вообще бесподобно будет.

Где-то на второй лепёшке вернулся осёл, с трудом таща тяжёлое ведро, до краёв наполненное хурмой, на которой спали мыши. Я довольно погладила его по ушам, переложила хвостатых из ведра в подвернувшуюся под руку корзинку и принялась споласкивать фрукты. Может, варенье наварить? Если останется из чего.

Из ванны наконец выполз Сяо Ма. Подрагивать и нервно шевелить конечностями вроде перестал. На горку хурмы и тазик лепёшек посматривал глазами никогда не кормленного, но воспитанного щенка.

— Ешь давай, — я подвинула ему миску с лепёшками, вздохнула и налила чай.

Ел Сяо Ма уже не так быстро, как раньше. Кажется, последствия побочек начали сходить на нет. В конце концов, измученный ребёнок просто заснул с недоеденной лепёшкой в руках за столом. Осёл с тяжёлым вздохом подошёл, подставляя спину. Ну да, сама бы я его не утащила. С грехом пополам уложив мальчишку на осла и придерживая, чтобы не упал, отнесли его в комнату и уложили спать. Будет неплохо завтра к утру ещё что-нибудь приготовить. Я зевнула, понимая, что сама тоже ужасно вымоталась, и, посмотрев на осла, вздохнула:

— Ответственность за завтрак на тебе.

На морде осла было написано крайнее удивление. Мне неожиданно вспомнилась старая байка из интернета, где собака ходила в магазин с мешочком денег на шее и запиской. Кажется, можно повторить. Интереса ради я вернулась и, набросав небольшую записку, нашла мешочек, закинула туда деньги и вручила ослу.

— Помнишь, где мы лапшу ели? — уточнила я. Осёл закатил глаза. — Вот надо туда отнести. И вот это вот отдать, — показала я на записку и на мешочек с деньгами. — Если заберёт и не даст еды, разрешаю разгромить всё.