Алгоритм судьбы
Шрифт:
– «Тимофей Кнуров. Убит…». – Сглотнув пересохшим ртом, он перевёл взгляд строчкой ниже: – «Михаил Бирский – убит 16 июля…» Господи, ребята! Нас всех убьют! «Рита Ефимова… Сергей Гоцкало… Геннадий Царёв…» Всех! Сегодня!
Рита охнула и зажала рукой рот. Одни глаза, большие от природы и расширенные от ужаса, глядели на Кнурова с мольбой.
– Спокойно! – крикнул Михаил. – Спокойно! Щас мы вычислим убийц!
Пощёлкав, он вывел на экран ответ.
– «Отряд особого назначения РВ, – прочёл он падающим голосом, – по личному приказу Клочкова М.Т., действующего
– Это не бред! – крикнул Тимофей. – Это мы идиоты! Вы что, не понимаете? Судьба на десять лет вперед! Это же власть! Сумасшедшая, абсолютная власть! Да мы с вами, всё зная наперёд, сами запросто сможем стать хоть президентами, хоть кем! Разбогатеем на миллиарды! Этот наш предиктор… Это такое оружие, такое…
Кнуров замотал головой, не в силах вымолвить ни слова.
– Бежим! – крикнула Рита.
– Куда? – горько спросил Бирский. – Все ходы и выходы давно перекрыты, а «эрвисты» уже на подходе!
– Я знаю куда, – решительно заявил Тимофей. – За мной!
Глава 4. Облава
Все ринулись за Кнуровым, даже обычно хладнокровный Царёв.
– Стоп! – застыл Тимофей в дверях. – Надо обязательно забрать с собой базовые кристаллы.
– Правильно! – крикнул Гоцкало.
– Вперёд!
Все пятеро бросились к машзалу. По дороге им встретился только уборщик в сером комбинезоне, ведущий перед собой робота. Миновав три двери на входе, «великолепная пятёрка» проникла в башню предиктора.
– А как ты хотел нас вывести? – крикнул Бирский.
– Через энергозону! – ответил Тимофей. – Это на минус шестом этаже, там новый фидер вели, ход тянется метров на сто, до самой подстанции, а там можно выйти к магистрали.
– А люки?
– Да их закрыть забыли! А проверить поленились. В общем, как всегда.
– Да здравствуют растяпы! – прогудел Царёв.
– Смотрите! – крикнула Рита, показывая на экраны внешнего обзора.
На них были хорошо видны крупногабаритные ребята в зеркальных шлемах и лёгкой броне. Спецназ РВ. Эрвисты сноровисто разбегались, окружая корпуса НИИЭК. Руки их оттягивали смертоубойные машинки типа «дюрандаль».
– Быстро, быстро, – процедил Бирский. – Рита! Генка! Серый! Бегом вниз и ждите нас там.
– Только поскорее! – жалобно попросила девушка.
– Не задержимся! – уверил её Тимофей.
Поднявшись на лифте до верха башни, они распотрошили компьютерный блок, варварски разрывая волноводы, с мясом выдергивая пластины на ультрамикроэлементах. Добравшись до базового кристалла – полупрозрачного кубика, – Бирский покончил с вандализмом и стал действовать осторожно. Откинув процессорную панель, он развернул тонкие лапки разъемов и вынул кристалл.
– Где ведро? – спросил он резко.
Кнуров бросился к пластиковому ведру, набрал из аварийного крана воды и подставил емкость. Михаил бережно опустил гель-кристалл в воду – тот словно растворился.
– Дальше!
Этажом ниже Бирский передал кристалл Тимофею, и тот впервые ощутил приятное касание тяжёлого комка
– Дальше!
Разорвать толстые пучки волноводов. Ударом ноги вышибить хрупкие пластины. Открыть камеру с биопокрытием. Развести лапки крепления – они же цепи ввода-вывода информации и питания. Достать базовый кристалл и – плюх! – в ведро.
Когда Тима спустился в «подвалы», ведро было почти полным и здорово оттягивало руку.
– Веди! – поменялся с ним ролями Бирский.
Кнуров повёл начальника проекта «Гото» низковатым коридором, перекрытым парой толстых дверей, разблокированных и настежь распахнутых – заходи кто хочешь!
Тимофей шёл и не думал. Ощущал лишь подсасывающий страх. Не погоня его пугала и даже не предсказанная смерть. Он чётко понимал, что вся его прежняя жизнь закончилась, она осталась утром за проходной, и возврата уже не будет. Он никогда больше не вернётся к себе домой, не посидит за компьютером, не достанет готовый обед из холодильника, не угостится пивком в жаркий день. Впереди полная темнота и неясность. «Только дали и туман, – проговаривал Тимофей про себя, – лишь туман и дали. И за далями – туман, и за ним лишь дали…» Бессодержательно, но созвучно положению.
Коридор вывел Кнурова с Бирским к трансформатору, где в тревоге переминались трое товарищей по несчастью.
– Слава богу! – выразилась Рита. – Всё взяли?
– Всё, – кивнул Михаил, а Тимофей поднял ведро.
– Побежали. В темпе!
Пяти минут не прошло, а они уже выбрались к магистрали, где шипели трубы всех диаметров и вились толстые вязки кабелей.
– Куда теперь? – крикнул Гоцкало, бежавший первым.
– Не знаю! – ответил Кнуров, перекладывая тяжёлое ведро из руки в руку.
– Можно в метро, – рассуждал на ходу Бирский, – но там нас заметят… И заметут!
– Может, через коллектор сквозануть? – предложил Сергей.
– На улицу? Словят!
Проблема решилась за очередным поворотом – магистраль вывернула к подземному паркингу. Служебный вход был закрыт, но Генка Царёв не зря числился чемпионом НИИ по гиревому спорту – замок он сорвал на счёт «три». За дверью было темно и сыро, сверху размеренно капало.
– Фонарик бы… – пробормотала Рита.
Впереди нарисовался чёрный квадрат, обведённый щелями дверного косяка, и Тимофей, передав ведро Царёву, опасливо выглянул. Он увидел обширный зал, уставленный множеством толстых колонн. Между колоннами стояли автомобили. Попахивало метанолом и ку-смазкой. Осмотревшись и не заметив поблизости телекамер наблюдения, Кнуров проскользнул на территорию паркинга.
– А вот схема! – прошептала Рита, указывая пальчиком на красочный план подземных туннелей, редкой паутиной заткавших московские глубины.
– Отсюда можно выехать прямо на Преображенку… – размышлял Бирский. – Нет, не пойдёт. Ни к себе домой, ни к друзьям мы не поедем.
– Почему? – пискнула девушка.
– Не доедем! – доходчиво объяснил Царёв.
– Да и зачем их подставлять? – пожал плечами Кнуров.
– Во-во…
– А может, нам ничего не будет? – предположила Рита.