Алфери
Шрифт:
Убрав фотографию в карман, я вновь прислонилась лбом к стеклу. Горестные мысли снова истощили мой запас сил, поэтому я поспешила отправиться в душ, где меня ожидал весьма приятный сюрприз. Первый раз за свою жизнь в свои объятия меня приняла ванна, а не тазик, купленный на распродаже. После всех королевских водных процедур я легла на большую кровать, которая с радостью приняла меня в свои теплые и мягкие объятия. Засыпала я с улыбкой на лице, так и не заметив того, что помимо меня в номере находился кто-то ещё.
ГЛАВА 2
126 лет назад
–
– кричал мужчина, меряя шагами просторный кабинет, в котором полностью отсутствовал свет. В самом дальнем углу что-то зашевелилось, издавая чмокающие звуки.
– А чем ты не доволен?
– спрашивала режущим по стеклу голосом, казалось, сама темнота.
– Хотел наказания? Хотел. Я лишь исполнил твое желание. Теперь им никогда не выбраться оттуда.
Последовал горький смешок из угла. Мужчина остановился, а затем, опустив голову, тихо и печально проговорил:
– Я просто хотел наказать виновных в смерти своей жены.
– Они и наказаны! Причем, как и полагается, по справедливости. Ты благодарить меня должен, а не упрекать!
– злобно проворчал голос из темноты. Нечто вновь зашевелилось, что-то злобно бурча.
– Нужно немедленно их освободить, слышишь?
– закричал мужчина.
– Немедленно!
– Ничего уже не изменить, - отозвался голос.
– Ошибаешься! Ты просто не хочешь этого делать! Ведь так? Тебе же это на руку?
– мужчина обреченно рассмеялся.
– И как же я раньше этого не заметил! Глупец! Глупец!
– Не совсем глупец, раз признаешь это, - ободрено произнёс голос из темноты.
– И меня ты теперь тоже убьешь, - с горечью произнес мужчина, устремив свой взгляд в угол, где пребывало нечто.
– Я подумаю над этим предложением, - усмехнулось оно.
– Сначала попробуй меня победить!
– прокричал мужчина, и вокруг него загорелся голубоватый огонь, образуя нечто, наподобие магического круга.
Вдруг на мужчину набросилось тёмное нечто в виде большого облака, но тут же отпрянуло и громко рассмеялось. Этот звук, казалось, мог достать до самого сердца, но вместо этого у мужчины из ушей пошла кровь. То же случилось и с носом. Неожиданно человек начал оседать, читая какие-то заклинания в попытке спастись. Однако силы стремительно его покидали. Вдруг кровь хлынула и из глаз, а огонь, который служил защитой, потянулся своими языками к мужчине, обжигая его, отчего тот заревел, подобно зверю, которого сжигали заживо. Отчасти так оно и было.
– Как видишь, победить тебя мне не составляет никакого труда, - уверенно заявило тёмное нечто, - но убивать тебя я всё-таки не намерен. Смерть - слишком доброе да и лёгкое наказание. Отныне ты тот, кем являюсь я сейчас! Отныне ты Тень!
Почти закрытые глаза мужчины широко распахнулись от ужаса, а в темноте ещё раз раздался громкий и вместе с тем ужасающий смех порождения зла.
Маша
Проснулась я, как нас и просили учителя, к полудню. Раскрыв шторы, я увидела город при свете дня. Это зрелище ничуть не уступало ночному Карадвинску, который я не смогла бы никогда выбросить из своей памяти. Умывшись и причесавшись, я решила покопаться в своем рюкзаке на предмет наличия подходящей одежды для похода в музей. И такая сразу же нашлась - черно-серое платье чуть ниже колен выглядело хоть и не
Включив плазменный телевизор, я стала смотреть какую-то утреннюю программу и дожидаться заказанного завтрака. Не прошло и десяти минут, а я уже наслаждалась круассанами с вишневым джемом, запивая их "Каркадэ". Эх, как хорошо всё-таки жить за чужой счёт. В данном случае, за счёт тех, кто оплатил эту поездку.
Настенные часы показывали 11:30. Через полчаса нас должны будут собрать для похода в один из пяти главных музеев русского квартала, а именно в музей под названием "История Карадвинска".
Неожиданно в дверь постучали. Три коротких и два длинных стука свидетельствовали о том, что с обратной стороны стояла Лариса. Я поспешила открыть ей дверь.
– Сударыня! Счастие переполняет меня от того, что Вы пребываете в добром здравии!
– а потом моя рыжеволосая подруга полезла обниматься.
– От этого и меня счастье переполняет. А что случилось-то?
– жуя круассан, спросила я Лару. Просто когда кое-кто в лице моей лучшей подруги попадал в неприятности, за этим следовали многочисленные "обнимашки" и хвалебные песни в честь моей особы, для того, чтобы я незамедлительно пришла ей на помощь в любое время дня и ночи.
– Почему же сразу "случилось"?!
– обиженно произнесла Лара, - Сударыня! Как Вы можете быть такой подозрительной? Неужели мне нельзя без повода обнять свою лучшую подругу?
– два ярко-зелёных глаза уставились на меня с поистине детской невинностью.
– А потом попросить её вытащить свою единственную и неповторимую союзницу из очередной неприятности, - смеясь сказала я, - да, конечно, можно!
– Да ну тебя!
– ответила улыбкой мне Лариса.
– В этот раз я, правда, ничего пока столь неприятного не совершила.
– Пока?
– переспросила я.
– Пока, - уверенно ответила подруга. Ох, чувствую за три дня нашего экскурсионного тура от меня останутся рожки да ножки. "Не впервой", - подумала я, и только мы с Ларой сели смотреть утреннюю передачу, ведущий который вещал про новейшие технологии нашего времени, как послышался громкий стук в дверь, а затем - голос вселенского зла, то бишь нашей Степаниды Андреевны:
– Просыпайся, Мария. На сборы тебе 15 минут.
Я поморщилась. Ненавижу, когда меня называют полным именем. Не знаю, почему.
Через несколько минут в гостиничном вестибюле наш одиннадцатый класс ожидал свою императрицу, Леру Когневу, за которой самолично отправилась Степанида Андреевна, по пути осыпая спящую красавицу различными эпитетами, от которых уши неподготовленных смертных, то бишь гостиничного персонала и других посетителей, начинали вянуть. На всё это я лишь тихонько смеялась. "Ох, Лерка, вставать раньше надо было. Ну, ничего, тебя сейчас проучат", - подумала я, и представила себе зрелище, как наша звезда бегает по номеру в поисках помады, а рядом с кнутом и пряником стоит классная, которая говорит строгим тоном: "Шевелись уже! Гроб несут и то быстрее!"