Альфа Грей
Шрифт:
Я кричу, извиваюсь, стону его имя, как молитву, когда Грей внезапно отстраняется, просовывает руку мне под спину и с головокружительной силой прижимает мое тело к своему, прижимаясь губами к моим. Мы падаем боком на кровать, но когда он пытается снова заползти на меня, я отталкиваю его назад, извиваясь, чтобы забраться на него сверху.
Мне пора взять контроль.
Грей
Я схожу с ума от вожделения, когда Фэллон забирается на меня сверху, кладет руки мне на грудь для опоры и покачивает бедрами над моим членом.
Я грубо хватаю ее за бедра, удерживая, когда она начинает скакать на моем члене, издавая сладчайшие тихие всхлипы и стоны удовольствия. Она выглядит как гребаная богиня с ее намокшими от дождя прядями волос, ниспадающими мне на грудь, ее совершенное тело выставлено на всеобщее обозрение, пока она трахает меня. Я ворчу, поднимаясь с кровати, крепко держа ее за бедра, чтобы прижимать ее киску к своему члену с каждым толчком.
Черт, насколько же она хороша. Секс с Фэллон всегда был невероятным, но сегодня вечером это зашкаливает. Неприкрытая уязвимость в ее глазах доводит меня до исступления, и как бы сильно я ни хотел ослабить контроль, позволить ей управлять на некоторое время, я, черт возьми, не могу этого вынести. Я обхватываю ее рукой за талию, переворачиваю на спину, проникая в ее горячую маленькую киску быстрыми, жесткими толчками.
Все мое тело горит, когда я чувствую странное покалывание во рту… мои клыки опускаются. Я резко останавливаюсь, дико глядя на Фэллон сверху вниз. Проблеск понимания мелькает на ее лице, когда она наклоняет голову набок, подставляя мне шею.
— Сделай это, — выдыхает она. — Пометь меня, Грей. Предъяви права на меня.
Ей не нужно повторять мне дважды. Я снова вонзаю свой член глубоко в нее, наклоняя голову, чтобы вонзить зубы в мясистое местечко, где ее шея соприкасается с плечом. Она стонет, когда мои клыки вонзаются в ее кожу, ее киска сжимается на моем члене, когда очередной оргазм сотрясает ее тело. Я пробую ее кровь, чувствуя, как мои клыки выпускают свою сыворотку под ее кожу, навсегда впитывая в нее мой запах, скрепляя связь.
Ну, наполовину скрепляя. Тело Фэллон дрожит подо мной, когда она достигает кульминации, и я отпускаю ее плечо, слизывая капли крови с раны. Рана заживет, но не полностью — она навсегда останется с моей меткой. Мой волк, блядь, любуется делом своих рук, но мы еще не закончили.
Оргазм Фэллон утихает, и я снова набираю темп, врываясь в ее сладкую киску. Я так чертовски близок, но я должен помнить, что нужно выйти — у волчиц овуляция наступает в полнолуние, и как бы мне ни хотелось поместить щенка ей в живот, нам, вероятно, следует поговорить об этом, прежде чем я наполню ее своим семенем.
Наши взгляды встречаются, и на лице Фэллон появляется забавное выражение, ее губы приоткрываются, показывая, что у нее тоже высунулись клыки. — Моя очередь, — хрипло произносит она, впиваясь ногтями мне в спину и притягивая меня к себе.
Черт возьми, да.
Я наклоняю голову набок, обнажая для нее шею, чтобы она могла оставить на мне свой след. В тот момент, когда я чувствую прикосновение
Волна за волной наслаждение накрывает меня, и я не уверен, из-за моего оргазма или из-за скрепления брачных уз, но у меня кружится голова от восторга, за моими веками вспыхивают звезды. Я падаю на нее, захватывая ее рот в еще одном обжигающем поцелуе.
— Черт возьми, Фэллон, — бормочу я ей в губы. — Ты такая чертовски совершенная. Ты моя.
— А ты мой, — повторяет она мне в ответ, снова царапая кожу на моей спине ногтями. — Мне нравится, как это звучит.
Я чувствую, как мое сердце сжимается в кулак — я так сильно люблю эту девушку, что это чертовски больно.
Я перекатываюсь с неё, опираясь на бок, хватаю её за бедро и поворачиваю к себе, обводя взглядом ее тело, упиваясь ее абсолютным гребаным совершенством.
— Я никогда не позволю тебе встать с этой кровати, — ворчу я, протягивая руку, чтобы убрать влажные волосы с ее лица.
Она смотрит на меня своими невероятными глазами — такими большими, такими голубыми — с намеком на улыбку на губах.
— Не думай, что можешь командовать мной теперь, когда ты моя пара, — дразнит она.
Я посмеиваюсь, проводя по ее нижней губе подушечкой большого пальца.
— Не думай, что то, что ты Луна, дает тебе право плохо себя вести, — ухмыляюсь я.
— Ммм… — Фэллон потягивается, обнимая меня. — Ну же. Ты знаешь, что мы оба любим наказание.
Мой член дергается от ее предложения. Осмелюсь ли я признать, что судьба поступила чертовски правильно, сведя нас с Фэллон вместе? Она такая же ненасытная, как и я. — Осторожнее… — Я растягиваю слова, проводя пальцами по изгибу ее талии. — Продолжай в том же духе, и мне придется трахнуть тебя снова.
Взгляд Фэллон опускается на мой твердеющий член, затем снова поднимается, чтобы встретиться с моим. — Да, пожалуйста.
ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ТРЕТЬЯ
Грей
На следующее утро я просыпаюсь после лучшего ночного сна в моей жизни. Я провел часы, чередуя трах и занятия любовью с Фэллон, добиваясь стонов, срывающихся с ее пухлых губок, и наблюдая, как она тяжело дышит и извивается от удовольствия. Я все еще в полном восторге от нее, все еще не верю, что она наконец-то моя, навсегда. Мы скрепили брачные узы; ничто не может нас разлучить.
Прошлой ночью я был так увлечен Фэллон, что совершенно забыл о забеге в полнолуние или о том факте, что моя стая, вероятно, задавалась вопросом, куда, черт возьми, я подевался после его окончания. Моя спальня находится достаточно далеко от основного помещения стаи, и я сомневаюсь, что кто-нибудь мог нас услышать — но опять же, учитывая, как кричала Фэллон, об этом можно только догадываться.
Не могу скрыть своего удовлетворения, когда на следующий день вхожу в кухню дома стаи. Дик что-то готовит на сковороде на плите, и я останавливаюсь в дверях, лениво прислоняясь к ним и откашливаясь, чтобы сообщить о своем присутствии.