Алёна
Шрифт:
– Вернись, дурак, вернись! Да догони же его, Змей!
– вскинулась Алена.
– Ничего - ничего. Пусть пробежится. Остынет от обиды.
– Но там… там…
– Там западня. Мы догадались. И мы здесь не зря проторчали, моя фея. Я нашёл камень, который открывает или запирает ступеньку. Мы уже думали идти за факелами, но тут услышали ваши голоса. Конечно, обезумели от радости. Но я всё- таки отпёр ступеньку.
– Она была заперта? Вот откуда смелость и вашего вождя!
– Да. А когда он… когда его забрали боги, опять запер. Надеюсь, навсегда. Так что наш Аллигатор сейчас вернётся. А насчёт Уго - разговор особый. Расскажу завтра. Скажи лучше, что делать дальше будешь? Какие планы у моей богини?
– Брось, Змей, про свою
– Наше племя - не людоеды. Ты просто не могла такого видеть.
– Варили его голову.
– Это - другое. Говоришь, многих убила?
– Не знаю, - всхлипнула девушка. Просто обезумела от всего этого, а этот Вождь закричал " Убейте её", и все начали убивать. И я тоже…
– А наследник?
– Его я ещё раньше. За Уго.
– Я всё равно докажу, что ты неправа, богиня, - появился насупленный Аллигатор.
– И этот туда же, - устало вздохнула девушка.
– Слушай, Чико. Не хотела вмешиваться, не моё дело. Но всё- таки, вдовы вождей у вас не табу?
– Они переходят к наследнику. А он решает.
– Я… я убила наследника!
– всхлипнула Алёна.
– Всё! Слушай, Змей, ты был соправителем, а теперь ты, значит, правитель. До совета старейшин. Завтра же дашь мне разрешение жениться на… на вдове.
– Быть посему. А теперь давай отнесём нашу волшебницу. Уснула девочка. Ещё бы. Устала, маленькая колибри.
– Ты, Змей, смотри… "Колибри"… Давай лучше я, - Аллигатор бережно взял спящую глубоким сном девушку на руки и понёс в селение. Впереди, раздвигая лианы на ночной тропе, шёл Змей.
– Знаешь, Аллигатор, когда-то люди не знали, как добывать огонь. И даже мясо грели за пазухой. Только один колдун знал эту тайну, но никому не раскрывал её. А люди в те времена умели превращаться в зверей и птиц. И вот один наш соплеменник превратился в колибри. Вымок в лужице, как будто под дождь попал и сел на тропинке, по которой жена этого колдуна ходила. Ну, та пожалела, принесла домой обогреть. Дождалась эта птаха, когда никого не окажется - и к огню. А ветку в таком клювике - не унести! И знаешь, что она сделала? Сунула хвостик в огонь и таким факелочком прилетела к племени. С тех пор у нас огонь и есть.
– А колибри?
– Путь был неблизкий. А сколько той птички?
– Ты хочешь сказать, - даже остановился великан.
– Да. Поэтому и назвал её так. Боюсь, что огонь, который она несёт, сожжет её саму.
Глава 23
Разбудило Алену солнце, нескромно заглядывающее сквозь щели в бамбуке и пригревающее девушкино личико. Она лежала в той же кровати, но не могла вспомнить, как здесь оказалась. Может, приснились все эти ужасы вчерашнего дня? Но потянулась и почувствовала, что лежит абсолютно голой, завёрнутой в шкуру Аллигатора. Ну, в парадную накидку, которую содрала вчера у Чико. Значит, не приснилось. Но как же она уснула-то после таких ужасов, а? Да вот так. Как и в обморок падала - сознанию надо было переварить всю эту череду впечатлений. И кроме того… кроме того она кажется, многих вчера… убила. Это тоже опустошает. Алена уставилась на солнце, набираясь сил. Что теперь? Что скажут вдовы? Что вообще теперь? А теперь, вспомнила она, теперь, то есть сегодня за вождём должен прилететь вертолёт. Вот на нём я и улечу. Девушка достала из "НЗ" бельё, задумалась над верхней одеждой. Увы, многоцелевых джинсов уже не было. Придётся просить у Пушка. Завернувшись пока в полотенце, Алёна пошла к рукомойнику. Посмотрела в зеркало. Оторопела. Зажмурилась. Посмотрелась второй раз. Да. Не почудилась. На довольно пышной русой чёлке красовалась белая прядь. Не волосок, какой-то, целая прядь. Не вырвешь. Когда? В пирамиде? Или когда увидела Уго? Уго… - вновь резануло болью по сердцу. Такой конец.
– И тогда ничего бы не изменилось, - вслух решила Алёна.
– Может, только чуть - чуть можно было бы быть поласковей, - нашла максималистка компромисс со своей совестью.
Вдовы на этот раз вошли тихо и испуганно. Было видно, что случившимся они подавлены. И даже не случившимся, а своей последующей судьбой.
– Пойдём в общую, - предложила Алёна - там есть на чём устроится. А так - всё равно. Он всё знал.
– Ты откуда… - подхватилась, густо покраснев, Пушок.
– Сам сказал. Перед тем, как… его забрали ваши боги.
– Забрали? Наверняка? Не как тебя?
– Также, как и меня. Только меня отпустили. А его уже нет. Слишком много на нём… ну ладно.
– А как же мы? Говорят, вождём будет Змей?
– Это ваше внутреннее дело. А вы… Вот, Чико, к примеру, придёт к тебе свататься. Или как это у вас?
– Ты… ты это всерьёз?
– Какие теперь шутки. Скажите лучше… Я… вчера… многих?
– Многих. Но не всех - быстро поправилась Пушок, заметив, как по лицу девушки расплывается смертельная бледность. Больше, чем пять там, на месте, и ещё больше, чем пять, уже потом нашли. И… наследник.
– Больше десяти!
– ужаснулась девушка. Это как? Не посчитали толком?
– Мы больше пяти не знаем. У змея спросишь.
– Но они же сами, они же первыми! Правда!
– И ещё… он, - не поддержали её оправданий женщины.
– Нет! Вот это - нет! Вашего муженька - не я! Хотя - заслуживал! Чего глаза прячете? Красивой жизни лишились?
– вспылила девушка. Дембеля? Курортов с бассейнами? Там они все! Там! В пирамиде! Идёте с муженьком напоследок к пирамиде. Он нажимает маленький рычажок. Вы поднимаетесь и вдруг на самом верху ступенька - ррраз. И вы вниз, к богам! А на пути - каменный кол. И вы на него. И потом наверняка - к богам. Безвозвратно. И Машингаши там. На колу. Вот так! И подонок ваш, когда второй раз со мной пошёл, думал, что ступенька заперта. А судьба рычаг-то повернула. Вот и он перед вашими богами теперь ответ держит. На колу. Сначала он, ниже Маша, ниже - журналистка. Она ведь тоже русая была? В комбинезоне?
– вспомнила она истлевшие обрывки одежды, - и с таким вот небольшим фотоаппаратом? Да ты что?
– прекратила обличительную речь Алена, увидев слёзы на лице средней, точнее, теперь уже старшей вдовы.
– И Машингаши… и Ингрид… и Котёнок, все там? Все?
– Думаю, да, - уже спокойнее ответила Алёна. Машингаши и журналистка - наверняка. А другие… там уже только кости. А Ингрид?
– Так звали эту… журналистку… Какой-то страшный сон… Они все… Мы считали, что они… А они там!
– плакала Интса.
– Да ладно тебе - успокоила её более молодая и, поэтому, более чёрствая Пушок.
– Что делать дальше-то будем?
– Что скажут мужчины, то и будем.
– Ну, вот ещё - фыркнула младшая вдова.
– Они надумают и скажут… Слушай, а зачем нам это племя вообще? Может, на самом деле махнём, а? За всех наших… предшественниц… да? А Змея и твоего Чико уговорим на пиру.
– На каком пиру?
– заинтересовалась Алёна.
Вдовы переглянулись и замолчали.
– Вот что, девушка… Тебе лучше отсюда уехать. Поскорее. Нет, мы благодарны тебе за наших… И за то, что раскрыла глаза… Но лучше… Думаю, что мужчины тоже уже додумались и вскоре тебе объяснят поподробнее… - запинаясь сообщала Интса.
– Подумаешь! И объяснять ничего не надо!
– обиделась вдруг Алена. После того, что она для них сделала - вот так… - Пойду собираться. Хотя что там… Вот только… Пухупат, может, одолжишь какую одежду? А то я опять без ничего.