Александровский cад
Шрифт:
Старик усмехнулся, нарезал хлеб и достал банку клубничного варенья.
– Ну это, брат, просто. Как дважды два. Лешка недоверчиво хмыкнул.
– Ты не хмыкай, а включи мозги. Может, в этой квартире никто и не живет, а только приходит на время?
Лешка откусил бутерброд.
– Да говорю же я вам, Герман Степанович, я слышал за дверью два голоса. А потом – бац! И тишина! Как будто испарились…
– …через черный ход, – деловито закончил Лешкину фразу старик.
Бутерброд так и застрял у Лешки во рту. Варфоломеев понял, что
– Барон приходит, а его там уже ждут. Происходит встреча, после чего его знакомые уходят через черный ход.
Лешка стукнул себя по лбу и рассмеялся:
– Как просто! Ну, Герман Степанович, вас бы в МУР. Старик поперхнулся и закашлялся.
– Типун тебе на язык.
– Да я в хорошем смысле, – пояснил Лешка.
– И в хорошем – тоже.
Варфоломеев поднялся, расправляя затекшие плечи.
– Перекус-перегрыз закончен. Вас, мил-человек, ждет настоящая мужская работа – кинжал и тряпка. Дерзайте.
Глава 12
Ha следующий день ребята исследовали заднюю часть загадочного дома на Петровке. Они пробрались на старую, заваленную всяким хламом узкую лестницу. Двери всех квартир были заколочены. И лишь на одной были содраны доски. Без сомнения, это была квартира, которую накануне посещал Барон.
– Ну вот, что и требовалось доказать, – сказал Лешка, оглядев дверь.
Танька нерешительно спросила:
– Чего делать-то будем?
Лешка перегнулся через перила и посмотрел на лестничный пролет этажом выше.
– А делать будем вот что… Я сижу на лестнице и слежу за квартирой. А ты пойдешь в беседку… ну ту, что под липами… и будешь следить за парадным входом.
На том они и порешили.
Лешка занял наблюдательный пункт наверху, а Танька притаилась в беседке под старыми липами.
Около пяти хлопнула дверь, и на лестницу черного хода вышла хорошо одетая женщина. Ее лицо скрывала шляпа с широкими полями. Женщина спустилась во двор и пошла по направлению к Большому театру. Через некоторое время появился Казарин. К нему навстречу из беседки выскочила Танька.
– Ну что, видел?
– А! – Лешка с досадой махнул рукой. – У них тут банальный адюльтер.
– Чего? – удивленно переспросила Шапилина.
– Свидание, роман, интрижка – назови как хочешь.
Татьяна переварила информацию. Но тут же спохватилась:
– Знаешь, кто сейчас вышел из той квартиры?
– Кто? – равнодушно спросил Казарин.
Танька выждала паузу и с эффектом, по-театральному, выпалила:
– Лидия Васильевна Шумакова! Наша соседка по Кремлю…
Лешка остановился как вкопанный.
– Ты не ошиблась?
– Это ты ошибаешься! А я – всегда в самую точку, – с достоинством ответила Шапилина.
Это в корне меняло дело. Ребята ринулись в погоню за Лидией Васильевной и догнали ее у Столешникова переулка. Чтобы не столкнуться с Шумаковой, они двигались в отдалении Лидия Васильевна шла быстро, придерживая правой рукой сумочку, висевшую на плече.
– Эх, сумочку бы ее проверить, – пробормотал Лешка, прячась за спинами спешащих домой москвичей. Танька молча кусала губы и что-то старательно обдумывала.
– Может, постовому сказать? А?
– Ага! «Товарищ милиционер! Вон идет жена ответственного партийного работника, нам кажется, у нее в сумке золото и бриллианты. Давайте ее арестуем», – противным голосом проговорил Лешка.
Так они следили за Лидией Васильевной до самого ЦУМа. И тут Таню осенило.
Она обогнала в толпе свою кремлевскую соседку и неожиданно выросла перед ней возле входа в центральный универмаг. Танька сделала вид, что смотрит на проезжающие машины и не видит Лидию Васильевну. Однако Шумакова сама заметила соседку.
– Таня, а ты как здесь оказалась? – изумилась она.
– Лидия Васильевна!!!
Серые Танькины глаза были полны неподдельного удивления. Настолько неподдельного, что Лешка от восхищения замотал головой.
– Вот вы-то мне и нужны. Это просто счастье, что я вас встретила!!!
Шумакова уже поняла, что совершила роковую ошибку.
– У меня такое дело! Вы даже не представляете! – Танька схватила под руку соседку и затараторила ей прямо в ухо: – Один человек пригласил меня в ресторан… Ну, вы меня понимаете. Такое романтическое свидание предстоит, просто с ума сойти!
Шумакова оглянулась по сторонам и попыталась высвободить руку.
– Танечка, я очень спешу… Да и рано тебе по ресторанам ходить.
– Надо же когда-то начинать… Теть Лид, да вы поймите: сви-да-ние! А у меня нет ни платья, ни туфель. Кошмар!!! Что выбрать? Как выбрать?
– Ну а я тут при чем? – Шумакова начала раздражаться.
– В том-то и дело, что «при чем»! Мне нужен женский совет.
Лидия Васильевна замахала рукой.
– Нет-нет-нет! В другой раз, я сейчас спешу.
Но Танька вцепилась в соседку крепко-накрепко:
– Теть Лид, вопрос жизни или смерти! Вы меня, как женщина, должны понять. Хотите, вот сейчас встану перед вами на колени посреди улицы?! Хотите?!
Таня говорила так громко, что люди начали останавливаться и оборачиваться. И Шумакова сдалась.
– Ладно, ладно! Только быстро…
Они зашли в магазин. Лешка ринулся следом. Споткнувшись на грязных ступеньках о катки, по которым в магазин завозили тележки с товаром, Казарин забежал на первый этаж и сразу увидел Татьяну и Лидию Васильевну, входящих в отдел женской одежды. Протиснувшись сквозь очередь в кассу, он проскочил в соседнюю мужскую секцию и для виду начал разглядывать товар, благо никто не обращал на него внимания. Продавщицы в магазине по стойкой советской привычке игнорировали покупателей. Когда очередной гражданин направлялся к ним с вопросом, они перемещались на другой конец прилавка, не прерывая беседы. Когда же покупатель следовал за ними – возвращались обратно.