Александр Мальцев

Макарычев Максим Александрович

В первой игре чехи вдоволь покуражились на льду, не оставив советской сборной никаких шансов. Так, первый и второй периоды были выиграны ими со счетом 3:0 каждый. Итоговое преимущество сборной ЧССР 7:3 впечатляло и болельщиков, и специалистов. Как вспоминал впоследствии Борис Михайлов, особо оно впечатлило советского посла в Финляндии, который, прибежав в раздевалку сборной СССР, обещал доложить о позоре лично «товарищу Леониду Ильичу Брежневу». «Перед игрой и тренеры, и журналисты нам говорили: у вас только один матч на этом чемпионате – с ЧССР, и вы должны его выиграть. Нас просто запугали предстоящим матчем. Это называется “накачка”. Мы проиграли встречу еще до выхода на лед. Боялись самих себя. Страх поборол нашу уверенность. Игроки с самого начала стали ошибаться, вот и посыпались голы», – вспоминал

Владислав Третьяк. Как и на двух предыдущих чемпионатах, советская сборная для того, чтобы побороться за золотые медали, должна была обязательно выигрывать второй матч у команды ЧССР. С игроками и тренерами команды у руководства делегации состоялись серьезные и даже жесткие разговоры, хотя сами хоккеисты и без них прекрасно понимали, что им необходимо выигрывать.

Восемнадцатого апреля 1974 года на чемпионате мира состоялся второй матч советской команды со сборной Чехословакии. Перед встречей Бобров пошел на несколько кадровых перестановок. Александр Мальцев заменил в первом звене на месте центрального нападающего Владимира Петрова, который получил травму. Складывалось все замечательно. Одну шайбу в начале игры забросил Александр Мальцев, а вторую, победную, с его передачи провел Борис Михайлов. Гол Якушева закрепил преимущество советской ледовой дружины 3:1. С таким же счетом была обыграна команда Швеции. Так сборная СССР завоевала свой 11-й победный титул за последние 12 лет. На этом чемпионате Мальцев набрал 10 очков, забив 6 шайб и отдав 4 голевые передачи.

На этот раз довольный советский посол, тот самый, который обещал «позвонить Брежневу», пригласил хоккеистов в свою резиденцию. Он угощал их шампанским, подходя к игрокам с бокалом игристого в руках и услужливо заглядывая им в глаза.

Этот чемпионат мира запомнился и тем, что два хоккеиста, из сборных Швеции и Финляндии, стали первыми жертвами допинга в мировом хоккее. Международная федерация хоккея приняла решение тестировать игроков на допинг еще в 1969 году. После каждого матча два игрока, выбранные произвольно из каждой команды, проходили тест. Но только спустя пять лет попались первые нарушители. Ими стал швед Ульф Нильссон, а также вратарь финнов Стинг Уетзелл. За это обе команды лишились двух очков, а аннулированный результат поединка Финляндия – Чехословакия стоил двух очков и третьего места хоккеистам «Суоми».

Мировая федерация хоккея не случайно повела борьбу с допингом. В конце 1960-х – начале 1970-х годов в игровых видах спорта, не только в хоккее, но, скажем, и в водном поло, стало практиковаться стимулирование игроков таблетками. Упомянув в разговоре с Мальцевым эту тему, неожиданно услышал от него фразу: «Дали нам как-то раз какие-то больно дорогие японские пилюли в команде, сказали, что для стимуляции сердечной деятельности. Но мы с Валеркой (Харламовым), придя к себе в номер, где жили, спустили их прямо в унитаз». Выдающимся игрокам не нужно было стимулировать себя неизвестными препаратами. «Чехи все подшучивали над нами: “Знаем мы ваш настоящий допинг – водку”. А мы просто играли с вдохновением. Главным допингом для нас были звуки гимна и поднимающийся ввысь ледового дворца красный флаг», – признавался мне один из прославленных советских хоккеистов.

В 1974 году советской команде предстояло еще одно важное сражение – встреча с канадскими профессионалами. Сборная СССР провела серию игр под названием «Олл старз» («Все звезды») с командой, составленной из игроков ВХА «Канада-74». После матчей Суперсерии 1972 года пути советских хоккеистов с канадскими профессионалами не пересекались. Но в Канаде, почувствовав, какое удовольствие и самим хоккеистам, и болельщикам приносят такие поединки, стали искать возможность проведения новых встреч с советскими хоккеистами. Больше всего это удалось руководству Всемирной хоккейной ассоциации (ВХА), которая находилась в жесткой конфронтации с НХЛ. А точнее, виновниками конфликта были Гэри Дэвидсон и Деннис Мэрфи, два калифорнийских адвоката, ее создавшие. Кстати, они же являлись совладельцами Национальной баскетбольной ассоциации.

ВХА была основана всего за два с половиной года до этих матчей, в декабре 1971 года, и задумывалась как более состоятельный конкурент Национальной хоккейной лиги. Мотив для ее создания был, по сути, один – еще одна, прилично зарабатывающая

группа североамериканских бизнесменов, которых не подпустили в свое время к энхаэловской кормушке, решила подзаработать на хоккее. «Изобретать» велосипед они не стали. Модель новой лиги была скопирована с НХЛ: команды также проводили между собой более 80 встреч, а затем в состязаниях на вылет разыгрывали свой главный трофей.

Разумеется, ассоциация не могла быть собрана с нуля, и ее владельцы стали переманивать в ВХА игроков НХЛ, прельщая их более высокими зарплатами. Тогда им удался, как бы сейчас сказали, мощный «пиаровский ход». В клуб «Виннипег джетс» удалось заполучить одного из лучших канадских профессионалов Бобби Халла. Его переход стоил ВХА сумасшедших по тем временам в хоккее денег – двух с половиной миллионов долларов. Во всей этой истории самое любопытное состоит в том, что полтора миллиона долларов за игрока заплатил сам клуб, а еще миллион собрали… его конкуренты, другие команды ВХА, с той целью, чтобы приход игрока способствовал популярности новой лиги. Кстати, Бориса Павловича Кулагина шокировала сумма страховки, которую платили профессионалам ВХА в случае травм во время игр и тренировок. Он произнес знаменитую фразу: «Я бы тоже себе все новые зубы вставил, если тут за один выбитый 5 тысяч долларов платят».

Разумеется, сама новая ассоциация и желание ее хозяев заполучить в свои ряды если не самых лучших, то вполне добротных хоккеистов встретили нешуточное сопротивление со стороны НХЛ.

Боссы НХЛ, раздраженные появлением «неоперившегося хоккейного птенца», делали вид, что в упор не замечают ВХА, в которой числилось 14 клубов. Конечно, в своей общей массе игроки, выступавшие во Всемирной хоккейной ассоциации, были заметно слабее энхаэловцев. Но конкуренцию до своего расформирования в 1979 году они составляли НХЛ приличную. Впрочем, перебить славу Национальной хоккейной лиги ВХА не смогла: к тому же ее матчи принципиально не показывало североамериканское телевидение, болельщики ходили на ее матчи не слишком охотно в сравнении с энхаэловскими поединками. С 1971 по 1974 год ВХА работала себе в убыток.

Впрочем, по части «пиара» накануне игр с Советами адвокаты из Калифорнии не отставали от своих главных конкурентов. Во всех интервью говорили, что состав канадцев «будет значительно круче», чем в предыдущей серии 1972 года. В результате билеты на сентябрьские матчи ушли еще в конце мая. Более того, так же как и в 1972 году, билеты стоимостью в два доллара были разыграны в лотерее, в которой приняло участие два миллиона человек! А попали на игру только 15 тысяч счастливчиков – в среднем один из 133 желающих.

Серия 1974 года, как и предыдущая, проводимая советскими хоккеистами с профессионалами из НХЛ, была разбита на два этапа: по четыре встречи по обе стороны океана – в Канаде и СССР. Любопытно, что в Стране кленового листа в отличие от хозяев ВХА ни специалисты, ни журналисты не признавали предстоящие поединки суперсерией. В отличие от предельно дерзкой команды, вышедшей с канадской стороны противостоять русским за два года до «Олл старз», на этот раз в бой «пошли одни старики». Действительно, особенно по сравнению с советской командой, где большинству лидеров, включая Мальцева, было около 25 лет, тон у канадцев задавали ветераны. Вратарю Джерри Чиверсу было 34 года, Ральфу Бекстрему – 37 лет. Бобби Халу исполнилось 35, как и пятикратному обладателю Кубка Стэнли Трамбле. Наконец, Горди Хоу, закончивший карьеру в НХЛ тремя годами ранее, отпраздновал свое 46-летие! К тому же в сборной канадских звезд, почти как в каких-нибудь показательных матчах, на лед с «папой Хоу» выходили два его сына, несовершеннолетние на тот момент Марк и Марти. Кстати, участвовал в серии тот самый Пол Хендерсон, герой заключительного матча в Москве 1972 года. Выделялся у канадцев и колоритный вратарь. У Чиверса в контракте с клубом ВХА был уникальный, особенно по сегодняшним временам, пункт. Во время перерывов между периодами игр он мог пить пиво. «Лучше бы он без маски играл», – шутили советские хоккеисты, узнав об этом. О маске вратаря-оригинала ходили легенды. Чиверс взял себе абсолютно чистую маску и после игр обводил те места на ней, где были следы от попавшей в нее шайбы. «Этим я хочу показать, что было бы с моим лицом, если бы я играл без маски», – признавался Чиверс.