Алекса
Шрифт:
– "Чёрт, надо забрать всё вино, что тут есть. Это же просто невероятно..."
Вскоре окорок был уничтожен, а за ним пришёл черёд салата, сделанного из куриного мяса, ананасов и каких-то трав... Кажется, я довольно прилично напилась. По крайней мере, когда в столовую вошли смущённые девушки, ведущие шатающегося эльфа, я еле встала из-за стола.
– О, хорошо, что вы пришли.
Я с трудом подошла к ним.
– Ешьте, а я пока пройдусь по ферме...
Девушки проводили мою шатающуюся фигуру, сжимающую в руках по бутылке вина, задумчивыми взглядами. Но всё же последовали моему совету.
Я
– "Хм, ну в любом случае, даже если там кто-то и был, то ему уже помощь не требуется".
Я отхлебнула из одной бутылки и пошла вдоль строений фермы.
Настроение было прекрасным. Хотелось петь, танцевать и развлекаться. Единственное что я немного стала теряться. Вот не понимаю, как я сюда забрела. А оказалась я в молочном цеху, где Лины продолжали доить бурёнок.
– О, как удачно...
До коснувшись до кольца, я немного расплескала вино, и выругалась. Снова отпив из бутылки, я активировала кольцо.
– Так, всем закончить свои дела и собраться у дома бывшего хозяина.
Лины замерли, от моего голоса, а многие бурёнки обернулись.
– Если надо доделать что-то, то делайте, но потом все должны быть у дома. Ик...
Я вышла из цеха, походя, снеся дверь и нетвёрдой походкой отправилась в другой.
Там уже были футанари, но вот Лины только подводили их к станкам. Тут повторилась та же история, а я поняла, что жутко хочу трахаться. Вид голых футок, что еле передвигались, неся свои огромнее груди, не на шутку возбудил меня. Затем был ещё цех, там уже были одни эльфийки, причём их груди были совсем маленькими. А Лины доили их с такой осторожностью, словно они были сделаны из хрусталя. В соседнем цеху, я к своему удивлению увидела тёмных эльфиек, которые были ещё и футами. Лины доили их, подсоединяя к их небольшим грудям подобие доильного аппарата, а вот члены уже ласкали сами. Я еле-еле сдержалась, чтобы не вытащить одну из "девушек" и не оттрахать прямо тут. Но отпив вина, я так же их всех отправила к дому.
Кажется, я перепила.
Шатало меня изрядно. Не знаю, зачем я забрела в конюшню. Внутри было с десяток Линов, что ухаживали за Таврами. Вот только когда я им приказала, то послушались меня только Лины, а те недовольно зафырчали и двинулись ко мне. Тут-то в мой опьянённый разум пришло понимание, что на шеях Тавров, нет ошейников и они тут практически добровольно. Тут же всплыли рассказы Алисы и я разозлилась...
– Да, как вы тупые твари смеете меня ослушаться?!
Я отбросила бутылки и, подскочив к одному из них, врезала ему в челюсть. Тавр тут же растянулся на полу, смешно раздвинув ноги, а я уже подошла к следующему.
Ещё один удар и снова Тавр лежит, жалобно ржа. Следующий попытался, ударить меня копытами, но я сама изогнулась и впечатала копыто ему в бок. Кажется, я что-то ему сломала. Плевать... Буквально через минуту, в конюшне не осталось целых тавров, а я стояла в форме демона и довольно скалилась.
– Стой!
Я поймала одного из Линов.
– Есть ещё ошейники?
– Д-да... госпожа... Только не ешьте, не надо...
Это был ещё совсем молодой Лин, и он расплакался усевшись на полу.
– Тьфу, да не хочу я тебя есть.
Я подняла плачущего лисёнка.
– Давай живее. Не расстраивай меня.
Ошейник на шее Лина вспыхнул и он, вереща, унёсся куда-то на улицу, а буквально через полминуты. Вернулся вместе с двумя другими, которые боязливо подошли ко мне. Лины не подвели. Они притащили с полсотни ошейников и две бутылки вина.
– Молодцы.
Я потрепала одного из них по голове.
– А теперь оденьте, эти ошейники на наших лошадок.
Лины бросились исполнять приказ, а я откупорила бутылку. Забавно, в форме демона опьянение было куда как слабее, а вот вкус вина был ещё лучше. Впрочем, у меня всё равно шумело в ушах, да и трахаться хотелось неимоверно. Кстати, я заметила, что моя одежда, вполне нормально пережила трансформацию моего тела, и сейчас также облегала его. Лины в страхе посматривали на меня, но довольно споро одевали, ошейники на тела Тавров. Некоторых приходилось снова бить, так как они, придя в себя, пытались оттолкнуть Линов. В конце концов, на всех, были одеты ошейники, а я приняла свой прежний вид, дабы не пугать.
– Отлично.
Я открыла интерфейс.
– Ну, посмотрим, как тут управлять вами...
С трудом я нашла вкладку кольца, позволяющую менять тела рабов. Но стоило мне её активировать, как передо мной открылся настоящий редактор персонажей, как в компьютерных игрушках. Согласно надписи, кольцо было необходимо приложить к телу изменяемого, или активировать общее изменение. Но тогда все рабы примут единую форму. Впрочем, немного покопавшись в настройках, я нашла, как выделить только тех, кто мне нужен, без прикосновений к ним.
Как только я обвела всех Тавров рукой, их тела засветились слабым зеленоватым свечением, а я довольно кивнула и отпила из бутылки. Лины, тут же отбежали от светящихся тел и встали возле меня.
– Есть ещё Тавры на ферме?
– Нет, госпожа, это все, что остались.
Один Лин с чёрными ушками подошёл поближе.
– Остальных хозяин... Прошлый хозяин, отправил с караваном.
– Караван? Что за караван?
– Ну... Он продал десять коровок, а вместо них купил новых игрушек... Я, правда, не знаю, кого он купил, но говорили, чтобы мы приготовили десять комнат.
– Хм... и скоро они вернуться?
– Должны, уже завтра. Только...
– Что?
– Ну, хозяин же умер? Они могли почувствовать это. Да и было там пятеро наших...
– Поняла. Как закончу, выводите их всех и ведите к остальным. Там будут ещё трое, что пришли со мной. Ждите, пока я не приду. Если те, кто пришёл со мной, что-то попросит то выполнять. Скажите, пусть готовят всех к отбытию.
– Хорошо госпожа.
Лин поклонился и отошёл.
Я же принялась копаться в настройках. Чего тут только не было. Я могла из Тавров сделать всё что угодно, хоть птиц, хоть крокодилов. Сотни ползунков, способных менять любые параметры. Вот только на большие изменения требовалось много энергии. А поскольку я меняла сразу всех, то требовалось её целое море. Так что я, снова, отпив вина и усевшись на скамеечку, решила ограничиться минимумом изменений. Хотя, у меня появилось желание, немного подшутить и развлечься. Раз уж моим сексуальным желаниям, пока не суждено сбыться.