Алекс

Шейд С. М.

— Вчера.

— Ну, хорошо, что вы сразу же обратились.

— Что? Что это?

— Нужно сделать несколько анализов, чтобы выяснить это. — он написал несколько строк и протянул мне лист бумаги. — Возьмите это в больницу Святого Винсента. Там вас запишут на УЗИ, чтобы мы могли увидеть, с чем имеем дело.

— Может быть это киста?

— Вполне возможно, но это не похоже на кисту.

— Раковая опухоль? — сказал я практически беззвучно. Слово рак пульсировало в моей голове.

Доктор закрыл мою карту и улыбнулся мне, я уверен, стараясь,

чтобы улыбка была утешительной.

— Постарайтесь не волноваться. Пока результаты анализов не вернутся, мы не можем знать наверняка. Медсестра сейчас зайдет, чтобы взять кровь на анализ, затем вам следует отправиться в больницу. Они буду вас ждать.

Итак, я отправился от доктора, который поиграл с моим хозяйством, к специалисту УЗИ, который вымазал мои яйца толстым слоем вязкой массы и начал водить датчиком по ним. Не самый лучший момент в моей жизни. Хорошая сторона УЗИ в том, что не надо долго ждать результатов.

Два часа спустя я сижу в другом кабинете врача в другом конце больницы. Кабинет выкрашен в успокаивающий голубой цвет, но это не помогает успокоить мои нервы. Я нервно теребил руки на коленях, когда вошел врач.

Он пожилой мужчина с редеющими седыми волосами и доброй улыбкой.

— Мистер Тернер, простите, что заставил вас ждать. Я доктор Бреннон. Специализируюсь в урологии.

— У меня рак? — требовательно спросил я, сразу переходя к главному. — Пожалуйста, скажите, что мои яйца не сгниют.

Присев на стул рядом со мной, он ответил:

— У вас, так называемая семинома, опухоль в правом яичке. Это очень распространенная и излечимая форма рака яичек.

Глава 3

Алекс

В понедельник утром, когда я еще в кровати, мне звонит Мэйсон. Ну ладно, может уже днем.

— Какого черта тебе нужно? — проворчал я.

— Хочу убедиться, что ты приедешь сегодня поработать с Лиамом. Ему нужна новая позиция с боевым шестом (Боевой шест - это выточенный из разнообразных пород дерева предмет, имеющий цилиндрическую форму, а также определенный вес, длину, толщину. Прим.пер.), а ты знаешь, что это не мой профиль. Он придет в три.

— Я приеду. — Лиаму четырнадцать, и он помешан на боевом шесте. Он на домашнем обучении, поэтому может посещать частные уроки рано днем. Честно говоря, он этим оружием владеет лучше, чем я или мои братья. Как только он научится соединять все его позиции вместе, я ему уже не буду нужен.

— Слышал что-нибудь от Кайла? — спросил я, и Мэйсон засмеялся.

— Нет. У него еще и первого занятия не было. Перестань волноваться и вытаскивай свою задницу из постели.

— Иди в жопу, — ответил я, отключившись прежде, чем он смог ответить. И улыбнулся. Он ненавидит, когда я так делаю.

Моя рука автоматически передвинулась к подушке Купера, и на меня накатила грусть.

— Я все также скучаю по тебе, Куп. И всегда буду. Но я выбираюсь из кровати. Я делаю то, чего бы ты хотел.

Мне

ничего не хочется на завтрак, поэтому я останавливаюсь на паре булочек для тостера, которые любит Кайл. Я как раз собрался уходить, когда зазвонил городской телефон. Клянусь, иногда я совсем забываю, что он у нас есть.

— Алло?

Включилась автоматическая запись сообщения.

— Это звонок-напоминание для Яна Тернера, подтверждающий, что ваша встреча состоится завтра в десять утра. Пожалуйста, позвоните в приемную, если вам необходимо перенести ее. Спасибо. — связь разъединилась. Я думаю у Яна назначена встреча с врачом.

Я как раз собрался написать ему сообщение об этом звонке, когда заметил, откуда звонили. Звонок был из онкологического центра Мэрион. Мне стало дурно от ужаса. Рак? У Яна рак? Какого черта он не рассказал мне? Сказал ли он вообще кому-нибудь? О, бл*дь. Я не смогу пережить это снова. Не смогу потерять еще одного человека, которого люблю.

Не принимая в расчет все мои подшучивания, я действительно люблю Яна. Уже какое-то время. Я знаю, что он натурал, и я бы хотел сказать, что люблю его как брата или лучшего друга, но чувство, которое я испытываю, больше, сильнее. Сев на пол, я сделал пару глубоких вздохов и взял себя в руки. Речь не обо мне. Ян болен.

Его телефон переключился на голосовую почту. Каждый раз, когда у меня была возможность в течение дня, я звонил ему, но безуспешно. День тянулся медленно, и я отмахнулся от предложения Мэйсона поработать в приюте. Я просто хотел вернуться домой и выяснить, что, черт возьми, происходит с Яном.

Он ввалился в дверь после полуночи, пьяный в стельку. И наткнулся в темной комнате коленом на журнальный столик.

— Бл*дь! Гребанный стол появился из ниоткуда, — прорычал он. Было бы смешно, если бы я не знал, почему он так напился. — Какого черта ты не спишь? — спросил он заплетающимся языком, когда увидел меня, сидящего на диване.

— Жду тебя.

— Прости, все еще люблю кисок. — он направился в коридор, и я последовал за ним.

Он с такой силой грохнулся на свою кровать, что она затряслась.

— Сегодня я не настроен выслушивать всякое дерьмо, Алекс. Я собираюсь спать. — он закопошился, пытаясь развязать шнурки.

— Убери свои руки, — потребовал я и стянул его ботинки. Он упал навзничь и уставился в потолок. — Звонил твой врач. Ты записан на прием завтра в десять утра.

Он нахмурился.

— У них не было права рассказывать тебе. Что еще они тебе сказали?

— Это был автоответчик. Они мне ничего не говорили. Ян…что происходит?

— Ничего, просто обследование.

— Вранье. — я сел на кровать рядом с ним. — Это был онколог.

Он быстро сел и, сразу же пожалев об этом, обхватил свою голову руками.

— Не твое собачье дело.

Знаю, что он пьян и расстроен, но он меня бесит.

— Хорошо, я просто позвоню Эверли, и посмотрим, что она думает об этом.

Он резко схватил мою руку, достаточно сильно, чтобы оставить синяк.