Алекс
Шрифт:
Через несколько минут стремительного полета они оказались в нужно месте. Огромное дерево отыскалось сразу. Внутри корабля звуков боя слышно, естественно, не было, но по тому как снизу валило несколько густых столбов дыма можно было догадаться - внизу очень жарко, в обоих смыслах. Алекс провел "Сосну" над местом боя, пытаясь сориентироваться куда и как ему лучше приземлиться. А когда определился уверенно и плавно уронил судно на вечнозеленый лес. Получилось не очень удачно, сели скособочившись.
Аня растворила ворота главного шлюза.
– Шмаляют суки, - выругался сквозь зубы Индус. Вжав голову в плечи, он прыжком преодолел опасное пространство и оказался возле установленного станкового пулемета. Ударил по кнопке питания, включая электронные мозги и механизм подачи и развернул ствол. Перед глазами бойца соткалась из воздуха прицельная рамка, а встроенный в оружие компьютер услужливо выдал силуэты доступных к уничтожению объектов.
– Мать моя..., - ахнул спецназовец и не долго думая надавил на гашетку. Огненный рой, вырвавшись из пулемета, в мгновение ока раздолбал в щепу основание ближайшего дерева. С обратной стороны полетели кровавые ошметки.
Наемнику было отчего удивляться. Десанта команиксов было не просто много, а очень много. Было такое ощущение будто они сбросили в густых джунглях несколько рот. Красные силуэты сидели буквально под каждым деревом, так что стрелять можно было просто наугад - хоть в кого ни будь да попадешь. Индус так и сделал. Поставил подачу боеприпасов на максимум и прошелся по лесу густым ярко-красным веером. Зацепить своих он не боялся, они находились чуть в стороне и торопливо пробирались к кораблю.
При таком густом огне боезопас закончился очень быстро. Наемник отшвырнул ногой пустую ленту и в секунду зарядил новую. Все-таки его старания носили поверхностный характер и производило по большей мере только психологический эффект. Комиксы зарылись носами в землю, боясь попасть под дурной смертоносный ливень, и даже не пытались огрызаться. Только какой-то отчаянный нервно палил по навесной из подствольного гранатомета, но его старания были похожи только на новогодний фейерверк. Гранаты одна за другой разрывались высоко в кронах деревьев и взрывной волной и осколками сбивали вниз сочные листья и тонкие ветки.
Это, правда, касалось только тех комиксов которым повезло оказаться прямо перед главным шлюзом. Те же, кто находился в стороне от них, видя такое издевательство, озверели и открыли ответный огонь со всех стволов. Палили в основном по ускользающим Гамадрилу со товарищи, но кое что перепало и Индусу. Несколько мощных взрывов взметнуло землю в непосредственной близости от шлюза. Бойца спасли только предусмотрительно наваренные щиты и везение. Весь шлюз оказался нашпигован сотнями стальными иглами.
Чтобы остаться в живых наемникам пришлось залечь. Шальная пуля попала в Олая по шлему и отскочила, оставив солидную вмятину. Жить командир остался, но получил хорошую контузию, потерял
Честно говоря, ситуация сложилась хреновая. До спасительного места оставалось не более двадцати метров и можно было бы его преодолеть единым мощным рывком. Но перед самым шлюзом лежал большой, в полтора-два метра диаметром, ствол сломанного дерева и чтобы перебраться через него требовалось хотя бы пара секунд свободного времени. Но в бригаде были раненые, а место через которое надо было перебираться так хорошо простреливалось с боковых позиций комиксов, что становилось понятно - перемахнуть удастся не всем. А еще был раненый Гамадрил, которого надо было как-то исхитриться вытащить из под прицелов десанта. Комиксы не стали его добивать, оставили в качестве приманки. Видели, что он еще жив.
Трое раненых, истекающих кровью бойцов, пригнувшись подбежали к препятствию и присели. Здесь они были в мертвой зоне для вражеских стрелков, а значит в относительной безопасности. Раненый в бедро Ириада, свернул по резьбе прицельный глазок камеры и осторожно приподнял его над поваленным стволом. Поводил туда-сюда и хрипло сказал:
– Обложили, гады. Человек двадцать только тех кого видно. И еще ползут....
Другой наемник, чей бронекостюм был утыкан иглами от гранат, приподнял забрало, плюнул в траву кровавым сгустком и философски заметил:
– Хреново жить не запретишь.... У меня осталась пара дымовых зарядов.
– И у меня еще один, - поддержал Ириада.
– Пустим их, а дальше в темпе диско.
К ним подползли остальные наемники. Присели рядом и ощетинились стволами словно ежи.
– Гамадрил?
– спросили у них.
– Кончился гамадрил, - ответил за всех Боб Доу.
– Шелкнули....
Некоторое время все помолчали. Не поминали погибшего, просто так получилось.
– А данные?
– У меня. Он смог сбросить, за это они его и кончили.
Потом Боб Доу тоже оценил обстановку через прицельный объектив и покачал головой. Снял с пояса дымовую гранату.
– У нас еще три, - сказал нашпигованный иглами, снимая с пояса свои две.
Нашлось еще насколько гранат, так что для солидной непроницаемой завесы вполне хватало. Для этого хватило бы, конечно, и пары штук, но так было надежнее, да и жалеть боеприпасов на финишном рывке не было смысла, тем более что в "Сосне" этого добра было навалом. Правда, для прицелов команиксов дым серьезного препятствия не представлял, но тут уж приходилось рисковать. От спасительных ворот шлюза бойцов отделяло всего ничего.