Алекс [СИ]
Шрифт:
Секретарь брезгливо скривился и, ничего не ответив, сложил трубку телефона.
— Слюной брызгает, — пояснил он майору. — Говорит, что будет нас сейчас убивать.
— А-а, — понимающе усмехнулся Бро, — ну это всегда, пожалуйста.
А между тем на той стороне прохода творилось странное. Со спутника было видно, как несколько военных совещались несколько минут, внимательно рассматривая опрокинутые скалы, видимо разрабатывая какой-то непонятный план. А затем, вся пехота отошла в сторону на несколько сот метров, а бронетехника отъехала назад. Танки навели
— Что они делают? — вопросил обескоенный секретарь.
— Не знаю, — задумчиво проговорил Бро. — Затор хотят расчистить? Но это же нереально.
Большое облако пыли накрыло картинку со спутника, так что пока было невозможно оценить масштаб произошедших изменений на входе к форту. Вполне возможно, что пользуясь возникшей слепотой, враг уже начал штурм прохода. Но подумав несколько секунд, майор откинул эту мысль. Облако пыли было с внешней стороны затора, и оно нисколько не мешало его пулеметчикам держать на прицеле выход.
А между тем, когда пыль снесло чуть в сторону, враг внимательно осмотрел масштаб изменений в завале и сделал еще по одному залпу по груде гигантских камней, а через некоторое время еще. И только тогда стала понятна задумка противника. Военспец, что был у Гихилиана, расстрелял в одном из мест завала край скалы так, что после всех взрывов бетонобойных снарядов получился некий пандус, крутой подъем, по которому могла забраться бронетехника. Вот один из танков медленно подъехал к нему и, взревев мотором, целеустремленно закарабкался вверх на десятиметровую высоту.
— Боже мой, — проговорил вмиг посеревший Валонсио.
— М-да, похоже Гихилиан нас сделал, — устало выдохнув, проговорил Бро. Затем положил тяжелую ладонь на плечо секретаря. — Шли бы вы отсюда — сейчас здесь станет весьма жарко и пыльно.
— Но…, - встрепенулся было Валонсио.
— Идите, идите. Не мешайтесь под ногами. Мы сами все сделаем, без вас. Идите к пилотам, там будет пока безопасно.
Секретарь обреченно кивнул и оставил майора одного.
А танк, между тем, уже почти забрался на обвал. Остановился на короткое время, определяясь как лучше подъехать к краю и при этом не сорваться вниз, а затем двинулся дальше. Майор понял, что за этим последует.
— Всем отойти от бойниц, — сказал он в пуговку микрофона на шлеме. — Занять вторую линию обороны.
Через пару минут танк вышел на исходную позицию. Из-за верхней кромки обвала показалась его трапецевидная башня, и устрашающий ствол пушки посмотрел прямо на форт. Вот он поводил им туда-сюда, выбирая подходящую жертву, и не найдя таковой, наугад саданул в первый же попавшуюся в прицел бойницу. И только теперь, обретя такую могущественную поддержку, пошла на штурм пехота. Саперы безнаказанно разминировали проход, и первые бойцы противника ворвались на периметр убежища. Не прицеливаясь, паля по бойницам, они со скоростью обезумевшей антилопы достигли его стен.
Когда до мощных стен убежища добралась
В этот момент в комнату, где располагались пилоты, техники-операторы и капитан Унцегакен, ввалился бледный Валонсио. Секретарь окинул всех испуганным взглядом и, облизав сухие губы, вымолвил:
— Этот сукин сын нас обманул. Мы здесь все умрем.
Унцегакен подался ему навстречу.
— Что случилось? — спросил он, всматриваясь в бледное лицо секретаря.
— Губернатор вывел танк на прямую наводку и щас он лупит по стенам убежища. Его войска штурмуют первый этаж.
Валонсио стенал. Заламывая руки и вознося лик к потолку, вопрошая невидимых богов, он клял себя за беспросветную глупость, за то, что сам влез в эту ловушку, из которой не было выхода. За то, что на блюдечке предоставил своему врагу шанс отомстить за перенесенный позор и унижение. Он неистово мерил комнату широкими шагами, метаясь от одной серой стены к другой, и матерился как последний мусорщик.
Операторы «рубашки невидимости» явно струхнули, синхронно побелев лицами. Аня прижалась к плечу Алекса, схватила за руку. Алекс этого даже не заметил, ошарашенный мыслью, что они все почти что покойники. Пока живые, но уже покойники.
И в этот момент в комнату вошел Янус. Окинул цепким взглядом небольшое помещение и, подступив к мечущемуся секретарю, жестко взял его под локоть, больно сдавив в мышце. Валонсио это слегка отрезвило.
— Что Янус? Как там?
— Нормально, — ответил его управляющий, а по совместительству и телохранитель. — Дальше коридоров первого этажа они не прошли. Спецназ держит оборону.
— Что, правда? — не поверил Валонсио. — Но их танк! Он разве не может….
— Танк в этом деле не помощник, — ответил Янус.
— Правда? — снова переспросил секретарь, все еще не веря, что оборона все еще держится. — А как спецназ?
— Спецназ нормально, — как-то неопределенно ответил Янус, и этот ответ никому не понравился. Слишком он был какой-то уклончивый. — Пока держатся.
— Что ты хочешь этим сказать, Янус? Говори живее, не тяни.
Янус кивнул. Он отпустил локоть своего босса и, глядя прямо ему в глаза, резанул правду:
— Спецназ держит оборону. Но в течение двух-трех часов нас все равно задавят. Боеприпасов мало и людей тоже. Гихилиан потерял уже около полусотни солдат, но, думаю, это его не остановит. Он задавит нас массой рано или поздно. Нам необходимо найти другие пути, иначе мы отсюда не выберемся. Никогда.
Валонсио стоял молча и смотрел на своего управляющего, мнению которого он всецело доверял. Бывший комикс, служивший в элитных штурмовых войсках, высказал свое профессиональное мнение, не верить которому было неразумно.