Алекс [СИ]

Максим Казакевич Валерьевич

В ванную комнату неожиданно зашла его жена. В махровом синем халате, без пуговиц, опоясанная широким, почти что борцовским поясом, она прошла мимо Охо, мимоходом взлохматив пальцами его небогатую мокрую шевелюру, и подошла к широкому зеркалу. Взяла с полки баночку с кремом, свинтила с нее крышку и запустила пальцы в жирную массу.

— Устал? — спросила она риторически, размазывая крем по тыльной стороне ладони.

— Угу…, очень, — лениво ответил он и снова прикрыл глаза. Через несколько секунд открыл их и едва подавил вырвавшийся зевок. — Спать хочу….

— Заметно, — сказала она. И недовольно

зыркнула на него через отражение зеркала. — Но поспать ты сегодня вряд ли сможешь, там к тебе пришли.

Рабзол встрепенулся:

— Кто?

— Не знаю. Я с твоими жополизами не знакома. Министр какой-то чего-то….

Он засуетился, выдернул пробку из ванны, поднялся на ноги.

— Да ладно уж, купайся…. Я сказала, что ты пока занят, и он согласился подождать. Любезно…. Можешь не торопиться.

Из ванной комнаты президент выбрался только спустя полчаса. Накинул на голые плечи теплый халат, сунул ноги в тапочки и в таком непрезентабельном виде спустился вниз. А внизу его с нетерпением, поджимая коленки, мелко подпрыгивая и страдальчески гримасничая, ожидал министр Паюс. Рабзол спустился к нему по витой лестнице и удивленно уставился на нежданного гостя.

— Здравствуйте, мистер Паюс.

— З-здра-автвуйте-е-е, — министр коротко пожал ладонь президента и сильно зажался в коленях. Папку, которую он держал в руках, прижал к низу живота, а его глаза неожиданно выразили такое страдание, что Рабзол, еще больше удивившись, спросил:

— Что с вами?

— В туалет…, можно? — почти простонал министр.

— Чего-чего? — не расслышал президент.

— В туалет…. Пописать….

— А-а…, правый коридор, третья дверь.

Министр Паюс опрометью кинулся в указанном направлении. Даже папку забыл оставить, до такой степени его прижало.

Из туалета министр Паюс вышел спустя пять минут со счастливой улыбкой на лице.

— Извините, господин президент, еле дотерпел. Просто пива много выпил, вот и прижало. А ваша жена запретила мне отсюда куда-либо отлучаться.

Рабзол молча кивнул и Паюс, поправив пятерней сбившуюся челку, продолжил:

— Я отдыхал со своими друзьями и своей семьей, когда мне срочно доставили вот эту папку. В ней доклад с некоторыми неожиданными и весьма неприятными фактами. Я подумал, что вы должны узнать об этом как можно скорее…. Это ставит под угрозу национальную безопасность федерации.

С этими словами он протянул папку с документами. Президент ее взял небрежно, открыл и быстро пробежал глазами по нескольким страницам текста. Потом сдвинул брови, подобрался и пробежал текст еще на раз.

— Насколько достоверны эти сведения? — угрюмо спросил он, поняв, что отдыха ему сегодня не видать.

— На данный момент информацию проверяют. И пока они подтверждается.

Президент нахмурился еще больше и резко захлопнул папку.

— Ладно. Пошли в кабинет. Нечего здесь торчать.

Пока они шли коридорами, спускались на лифте под землю, Охо Рабзол еще несколько раз открывал и перечитывал куцый доклад, каждый раз находя для себя все новые и новые детали. Наконец, когда они пришли, и кабинет герметично закрылся, президент плюхнулся на жесткое кресло и бросил папку на стол.

— А ведь это вы пробивали на Затизанд поставку подводных ферм, не так ли? —

спросил он, неожиданно вспомнив сей факт.

— Да, я, — сознался Паюс.

— И сколько они вам заплатили? Стандартную таксу или повышенную?

— Да что вы, господин президент! — всплеснул руками министр. — Как можно! Я все сделал абсолютно бесплатно, во имя долга! Это моя работа! Нет, я, конечно, слупил с них определенную сумму, но совсем незначительную и за другое дело и на вполне законных основаниях. Поверьте мне!

— Ага, а у нас теперь взятки берут на законных основаниях, да? — усмехнулся президент. — Ладно, ближе к делу…. Этот доклад, если честно, является для меня полнейшей неожиданностью. Я совсем не ожидал такого удара в спину…. Такого подлого.

— Если не сказать больше, — поддакнул министр Паюс. — Если это правда и стоимость работ действительно повыситься хотя бы на пару процентов, то мы ежегодно будем терять огромные деньги, по сумме сравнимые со стоимостью нового крейсера.

— М-да…. А ведь в докладе сказано о четырех процентах. А это уже почти что линкор.

Президент замолчал и задумчиво затарабанил по столу пальцами. Ситуация ему не нравилась, но не казалась такой уж неразрешимой. Рычаги воздействия у него имелись всегда и для всех.

— А, кстати, где наш министр безопасности? Почему с этим докладом ко мне явились вы, а не он?

Паюс как можно легкомысленнее пожал плечами. О том, какими путями к нему попала эта секретная информация, он говорить не хотел. Не желал раскрывать всех своих возможностей, хотя и понимал, что люди о многом на его счет догадываются.

— Я просто случайно оказался в нужное время в нужном месте, а Люсти Че там не оказалось. Мне просто повезло….

— Да? Ну, ладно…, - вынужденно проглотил фальшивку Рабзол. Конечно, Паюсу он не поверил — знал о его пронырливости. У того почти во всех министерствах и ведомствах были свои люди, которые за нескромную энную сумму в твердой валюте были готовы предоставить любые горячие сведения. В высоких кругах даже поговаривали, что из-за обилия информации Паюс был вынужден нанять аналитиков, чтобы те отсеивали в сторону сор и шелуху. Естественно, такая осведомленность министра по оборонной промышленности о всех и вся никому не нравилась и в первую очередь самому президенту. Но ничего поделать было нельзя. Пока не истек срок контракта, Паюс был неприкасаем. До этого момента затрагивать его каким-либо образом было себе дороже. Даже самому Охо Рабзолу. Хорошо хоть то, что министр был озабочен только своим карманом и, честно отрабатывая на своем посту, никому делать то же самое не мешал. Поэтому все и терпели его всеобщую осведомленность и, чего уж скрывать, частенько покупали у него необходимые сведения.

В этот момент, не особо утруждая себя предварительным стуком в дверь, в кабинет вошла жена Рабзола. Недовольно посмотрела на министра Паюса, демонстративно запахнула декольтированный халат и сказала:

— Там еще один к тебе приперся.

— Кто? — спросил Рабзол, захлопнув папку.

— А я знаю?! Разве всех твоих козлов упомнишь? — фыркнула супруга. — Щуплый такой, с козлиной бородкой. На гомика похож….

— Люсти Че! — с ходу определили мужчины.

— Явился, — досадливо выдохнул Паюс, — не прошло и года!