Алеф (CИ)
Шрифт:
В Аламуте, в основном, создают вирусы. Этим он и славился. В отличие от исторических прототипов, ассасины не пачкают руки и никого не убивают, хотя и ходят слухи, будто у них есть свои фидави. Но я не представляю, кто может попытаться заказать уничтожить чью-то личину. Во-первых, само по себе это не имеет большого смысла, поскольку стирает лишь аватар, не причиняя юзеру никакого вреда. Во-вторых, за убийство полагается суровое наказание, и расследования проводятся довольно тщательно - особенно, если жертвой стала личина, а не программа-симулятор.
–
– Меня зовут Фадук. Чем могу помочь?
У него вытянутое смуглое лицо, тонкие губы и прямой нос. Взгляд немного исподлобья. Наверное, он взял за основу своей внешности портрет какого-нибудь древнего ассасина - говорят, в Аламуте такое в чести.
Я усаживаюсь в кресло, менеджер тоже. Несколько минут мы смотрим друг на друга. У Фадука миндалевидные чёрные глаза с длинными ресницами. Его лицо неподвижно и напоминает маску. Он думает, я не решаюсь признаться, что пришёл за оружием, а я прикидываю шансы получить желаемое.
– Мне нужен вирус, - говорю я, наконец.
– Для того сюда и приходят, - Фадук чуть наклоняет голову вперёд.
– Необычный.
– Само собой, - вежливо улыбается клерк. Он даже не догадывается, о чём я попрошу.
– Дело в том, что за мной охотится киборг, - я стараюсь не выглядеть параноиком.
– Понимаю, звучит странно, - выдавливаю фальшивую робкую улыбку.
– Однако так и есть. Возможно, его наняли мои враги. Конкуренты. В любом случае, он в Киберграде, и я опасаюсь за свою жизнь.
Фадук весь внимание. По его лицу не скажешь, верит он мне или просто ждёт, когда я, наконец, скажу, что конкретно мне нужно.
– Этот киборг не остановится, даже если я уничтожу его виртуальную личность.
Клерк слегка вздрагивает: ассасины не любят, когда клиенты говорят при них о своих будущих жертвах. Конечно, они никого не выдадут, но такие вещи их напрягают.
– Поэтому, - быстро заканчиваю я, - мне нужно выжечь терминал, с которого он заходит.
Пауза. Фадук смотрит на меня, его лицо неподвижно, однако я буквально слышу, как у него в голове с бешеной скоростью крутятся шарики.
– Но это же убийство, - наконец, поизносит он на удивление спокойно.
– Киборг лишится собственных мозгов, - клерк думает, что я этого не понимаю.
– Само собой. Именно этого я и добиваюсь.
– Реального убийства? Смерти не только в виртуальности, но и в действительности?
– Да.
Фадук поднимает тонкие, изогнутые полумесяцем брови и несколько секунд разглядывает меня, а затем открывает стоящий на столе терминал.
– Мне нужно послать запрос, - говорит он.
– Это займёт не больше минуты.
Я киваю: мол, валяй.
Фадук копается в терминале - видимо, сносится с начальством. Он печатает, затем внимательно читает полученный ответ.
Похоже, кто-то из высших ассасинов даёт добро, потому что клерк поворачивается ко мне с вежливой улыбкой на смуглом лице.
– Придётся заплатить не только
– Само собой, - отвечаю я, стараясь не показать, какое облегчение испытал.
К тому, что ассасины потребуют настоящих денег, я был готов: товар подобного уровня стоил не только кредитов, использующихся в Киберграде. К счастью, с моим реальным банковским счётом все в порядке.
– Сколько?
– спрашиваю я.
Он быстро производит подсчёты на терминале.
– Десять тысяч настоящих денег и сто тысяч виртуальных кредитов.
– Товар с правом на бесконечное копирование?
– уточняю я.
– И индивидуальный ценз, - кивает Фадук.
Деньги большие, но оно того стоит. Если не пригодится против киборга-убийцы, может понадобиться потом. В крайнем случае, перепродам. Надо будет только заплатить ассасинам за изменение ценза - программы, которая позволяет пользоваться вирусом только мне.
– Я согласен. Когда будет готово?
– Послезавтра, - обещает Фадук.
– Отлично, - я встаю.
– Нужно внести предоплату?
– Да, половину, - клерк разворачивает терминал ко мне.
Я вставляю кредитку и перевожу на указанный ассасином счёт пятьдесят тысяч кредитов и пять тысяч реальных денег. Поскольку виртуальность связана с Сетью, в ней можно управлять любыми счетами, так что это не проблема.
– Благодарю, - говорит Фадук, проверяя состояние счета Аламута.
– Самовывоз или прислать вам посылку?
– Лучше посылку.
– Как угодно.
Я выхожу из кабинета. Клерк не провожает меня - здесь это не принято. Дивы по-прежнему таращатся на меня в полутьме: не пытаюсь ли я вынести то, за что не заплатил. Но я чист, как дитя, и спокойно прохожу мимо них по коридору.
Покинув башню, ступаю на мост и добираюсь до автомобиля.
Защитные системы замка скрыли мой визит, так что безопасники не знают, кто посещал Аламут. Разве что они следят за пространством вокруг башни, но это маловероятно, да и ассасины наверняка как-то позаботились об этом. Может быть, воронье, кружащее над замком, создаёт помехи, или применяется ещё какой-то способ, но до сих пор Конторе не удавалось вычислить клиентов Аламута.
Я еду домой, в свой особняк. Собственно, бортовой компьютер знает дорогу, и необходимость вести машину отсутствует, так что я вызываю в сознании меню. Выбрав «Выход», отключаюсь от виртуальности, стаскиваю с себя шлем и комбинезон, отправляюсь в душ, затем - в кровать. Ужасно хочется спать, и я проваливаюсь в объятия Морфея, едва голова касается подушки.
Глава 8