Алеф (CИ)
Шрифт:
Марна поправляет волосы, упавшие на лоб.
– Знаешь, я не думаю, что Природа враждебна человеку, - говорит она неожиданно серьёзно.
– Мне кажется, она просто хочет присоединить нас. Мы ведь её часть, вообще-то. Поэтому она и ползёт в города.
– Возможно. Только мне, например, совсем не хочется возвращаться в лоно природы, как говорится.
– Страшно?
– Ещё бы. Ведь в ней всё растворяется, становится ничем.
– А может, всем?
Пожимаю плечами.
Выражение лица Марны меняется: на нём вновь появляется лёгкая улыбка.
–
– Было очень приятно с вами поболтать. Вы скрасили моё одиночество.
Встаю с пуфа, чтобы пожать её руку.
– Не за что, фройляйн.
Кажется, разговор окончен.
Выхожу, плотно притворив за собой дверь.
Интересно, для чего всё-таки Марна завела разговор о Природе. Из любопытства, желания поддержать беседу, или чтобы вытянуть из меня биографические сведения? В любом случае, надо быть осторожным и следить за языком.
Вернувшись к себе, вызываю меню и выхожу в реальность. Раздевшись, минут сорок занимаюсь на кардиотренажёре: умереть в пятьдесят от инфаркта не входит в мои планы, так что физическую форму приходится поддерживать постоянно.
Покончив с тренировкой, отправляюсь в душ, а затем иду на кухню. Сегодня хочется приготовить нормальный обед - благо, в холодильнике полно продуктов.
Доставая их, думаю о Зое и Марне. Они обе ненастоящие - первая киборг, а вторая либо аватар, либо симулятор - но в одну я совсем недавно был влюблён, а к другой испытываю сексуальное влечение. Правда, если Марна - личина, у неё, по крайней мере, есть живой юзер, а это уже кое-что. С другой стороны, если она всего лишь программа, то, возможно, Шпигель приготовил её специально для меня в качестве наживки, на которую рассчитывает поймать начальство. С какой целью? Кто знает…
Итак, имитация или аватар - вот в чём вопрос?
На кухонном столе разложены продукты, и я начинаю доставать посуду.
Марна «заболела», а это не очень-то вяжется с идеей соблазнить меня: всем известно, что мужчины избегают нездоровых женщин, пока не влюбятся в них. Кроме того, я почувствовал напряжение, которое Марна пыталась скрыть. И оно не было связано с поцелуем. Кроме того, программы редко задаются вопросами в духе «человек и природа - кто они друг для друга?». Ну, разве что их заранее настроить на соответствующий лад.
Приступаю к готовке. Для меня это серьёзный, в определённом смысле творческий процесс, который, с одной стороны, требует определённой сосредоточенности, а с другой - позволяет расслабиться.
На кухне есть музыкальный центр, и я включаю «Тишину» Бетховена: классика настраивает меня на трапезу.
Странная штука любовь: кажется, что надо узнать человека, найти общие интересы и так далее, а на самом деле ты просто слушаешь, смотришь и вдруг понимаешь, что именно вот эти жесты, голос и мимика задевают в твоём подсознании невидимые струны. Так случилось со мной, когда я говорил с Зоей. Но она оказалась одной из тех, кого я ненавижу.
Изрядно
Перед тем как приступить к еде, включаю телевизор. Я стараюсь следить за новостями, хотя времени для этого не всегда хватает. Несколько секунд листаю каналы, пока на экране не появляется диктор в лиловом костюме с вышитым на лацкане логотипом.
– …о котором сообщалось ранее. Взрыв могли наблюдать жители Симады. Власти Японии заявили, что остров Осама стал полигоном для испытания новой ядерной ракеты, назначение которой - зачистка природных неоджунглей. Сейчас вы видите кадры, полученные съёмкой с беспилотных дронов. Заросли полностью уничтожены.
Я смотрю на выжженную пустыню, заражённую радиацией, и не понимаю смысл проведённого японцами испытании: ядерный арсенал по-прежнему нельзя применять вблизи городов.
После сообщения о взрыве диктор переходит к менее драматичным новостям. Слушаю вполуха: ничего важного в мире, похоже, за последнее время не произошло. Антикризисный союз, как обычно, обеспокоен; цены на продукты и энергетические ресурсы растут; несколько человек погибли, пытаясь устроить несанкционированную экскурсию по заражённой Природой зоне; киберпреступность подрывает основы экономики. Бла-бла-бла…
Покончив с едой, сажусь за «Алеф». Защитные программы работают на полную катушку, и всё же я звоню Нику с просьбой помочь. Он не знает, чем я занимаюсь, но соглашается следить за тем, чтобы никто не проник на мой сервер. У Ника своя фирма (в реальности), и на него работают ещё четыре программиста. Они создают защитные программы для предприятий. Из-за высокой конкуренции деньги зарабатывают небольшие, но на хлеб с маслом хватает. К тому же Ник имеет процент с хакерских операций, которые мы с ним проворачиваем.
Сервер, выделенный мне Конторой, хоть и не так велик, как мне бы хотелось, но, тем не менее, представляет собой огромное хранилище информации, и уследить за ним непросто. Именно поэтому мне требуется помощь. Ник получит вознаграждение - когда я избавлюсь от безопасников и смогу вновь заняться промышленным шпионажем. Он - единственный, кто действительно знает меня, потому что мы знакомы много лет и не одно дело провернули вместе. Только Нику я могу доверять.
Он со своими ребятами обеспечит безопасность сервера, на котором хранится информация по «Алефу». Теперь, прикрыв тылы, я отдаюсь работе над вирусом и пашу до середины ночи, а затем, запустив несколько автономных программ-помощников, отправляюсь в постель. Глаза так слезятся, что перед сном приходится закапать в них «Стрибозин».