Алатырь
Шрифт:
— Бегать нет, а идти смогу, — пытаясь улыбнуться, ответил Светомир, вставая.
Саныч ему помог. По лестнице поднимался Лёха.
— Там всё чисто, никого нет.
— Лёха, нужно заблокировать портал, — сказал Саныч, — идём на тот уровень.
Они направились наверх по лестнице. Лёха шёл впереди. Подойдя к дверям, они остановились.
— Подождите, — сказал Лёха и надел шлем. Опустив его, он сказал: — Тепловизор показывает, что в центре управления трое, больше на уровне никого нет.
— Мы к порталу, а ты прикрывай, — сказал Саныч.
Лёха осторожно вышел в зал и подал знак.
— Порядок, я его заблокировал.
— Идём, — Саныч подхватил теряющего силы Светомира, и они направились обратно.
В зале Лёха вёл бой. Он стоял слева около дверей, ведущих в центр управления. Двери были открыты. Саныч со Светомиром направился к жилым помещениям. Вдруг из комнаты резко выскочили трое врагов, стреляя по сторонам. Лёха отреагировал мгновенно, одного он достал из ружья, второму в прыжке свернув шею. Третий нарвался на заряд, выпущенный Санычем из пистолета. Разбрызгивая зелёную жидкость, он упал посередине зала.
— Светомир, идём, мы тебя пока оставим в жилом модуле, а сами разберёмся с остальными, — сказал Саныч, поворачивая голову к нему.
Светомир не отвечал. Саныч увидел у него в груди две большие глубокие раны, из которых текла кровь. Светомир был мёртв. К ним подскочил Лёха.
— Чего там?
Саныч опустился вместе со Светомиром на пол, пощупал пульс, поднял голову и посмотрел на Лёху. Лёха всё понял.
— Вот сволочи, — выругался он, — сейчас я их… — он поднялся и побежал к лестнице.
— Лёха! — крикнул ему вслед Саныч. — Не газуй! А ну, успокойся.
Лёха резко остановился и обернулся. Взгляд у него при этом был очень суровым.
— Сейчас глупостей ещё не хватало наделать. У нас ещё один уровень. Успокойся, я всё понимаю. Идём, — строгим тоном сказал Саныч.
Саныч поднялся, подошёл к Лёхе, и они вместе направились к лестнице и поднялись на последний уровень. Лёха надел шлем и показал Санычу, что здесь ещё два человека. Опустив шлем, он первым вбежал в зал, подбежал к комнате знаний и открыл дверь. Саныч увидел, что из оружия, находившегося над его правым плечом, в комнату вылетело два круглых шара. Лёха отпрянул в сторону. Один за другим раздались два мощных взрыва. Наступила тишина. Саныч стоял у дверей, ведущих на лестницу, и смотрел на Лёху. Тот шёл к нему. У него было сосредоточенное лицо, на нём играли мышцы, так сильно он сжал челюсти. Неожиданно Саныч резко прыгнул, с силой отталкивая Лёху в сторону. Два энергетических заряда попали ему в грудь, Саныч упал на пол. Лёха резко развернулся и увидел еле стоящего врага, который одной рукой опирался о стену, а в другой держал пистолет. Лёха резко вскинул оружие и несколько раз выстрелил по врагу. Это был последний. Лёха повернулся, подбежал и присел к Санычу.
— Саныч, Саныч, всё кончено! Мы сделали их! — кричал он, приподняв его и пытаясь привести
По щекам у него текли слёзы. Всё было кончено. Саныч был мёртв…
Погода в бухте Ая стояла жаркая. Даже прохладный ветер, иногда дувший с Байкала, от неё не спасал. Около одной из пещер на скалах члены экспедиции обнаружили высеченные фигуры людей и различных животных. Большая пещера находилась на вершине одной из скал, вход в неё был сверху и спускался вниз воронкой. Над ней ещё по приезду был установлен подъёмник, и её собирались обследовать в ближайшие дни.
Внизу у скалы соорудили площадку, закрыв её забором. Внутри под чутким руководством Свена кипела работа. Используя привезённое оборудование, они третий день собирали бур. Все мелкие детали и электроника были заранее собраны ещё в Норвегии и закреплены на основных частях. Здесь им оставалось только смонтировать их. К вечеру работу закончили. Бур выглядел внушительно. Обе стороны имели вид конуса, которые были изготовлены из чистого титана. Резцы имели особые вставки из особенных кристаллов. Свен ничего подобного раньше не видел. В ширину он был трёхметровым. Свен знал из рассказа Джона, что дополнительно во время работы на конусы и на резцы подаётся определённое количество энергии. Источник энергии был ему не знаком. Он помещался в металлическом футляре, который вставлялся в отведённое ему место внутри бура. Для управления им внутри размещались различные приборы. Помещение было рассчитано на двух человек. В данное время он удерживался краном в вертикальном положении. Нижний край упирался в землю.
Наступил вечер. Свен в душе был романтиком. После того, как закончили собирать бур, он поднялся на утёс полюбоваться закатом. На озере была тишь, и на воде, причудливо переливаясь, отражалось багровое солнце…
— Добрый вечер, начальника.
Свен вздрогнул от неожиданности. Рядом стоял невысоко роста старик, появившийся неизвестно откуда.
— Здрастуйте, — ответил изумлённо Свен и посмотрел по сторонам.
— Природа у нас здеся хорошая. Вон, смотри, солнце-то такое, залюбуешься! — старик показал головой в сторону опускающегося солнца.
— Да, ка-ра-шо, кра-си-во, — мотая головой, сказал Свен.
— Я там это, рыбу принёс, вон она, бочка-то, внизу стоит. Рыба свежая, вкусная, сам ловил, — он указал рукой на стоящий внизу небольшой бочонок, — ушица знаш, какая будет со свежей-то рыбы, за уши не оттянуть.
— А-а, фиш, ры-ба, — сказал Свен, посмотрел вниз и добавил, — гуд, гуд, спа-си-бо.
Он немного задумался и удивлённо спросил:
— А уши тянуть зачем?
— Да не-е, никого тянуть не надо. Говорят у нас так. Поговорка такая, по-сло-ви-ца. Я говорю, это, вкусно будет, не оторвешься от тарелки-то.
Дед заулыбался, объясняя. Свен посмотрел на него, раздумывая.
— Ес, ес, пословиц, понимай, — улыбнулся он и помахал утвердительно головой.
— Я вона там живу, — старик показал рукой на берег, где стояли дома.
— Свен, — он показал рукой на себя.
— А, меня здеся все дедом кличут, я привык уже. Так и ты называй.
— Карашо, дед, — повторил он и улыбнулся.
— Говоришь ты как-то чудно, и имя у тебя это, не наше, не русское.