Акселератор
Шрифт:
Причем, апокалипсис процесс периодический. Если достаточно качественно соскребать все, что построено и накоплено человеком, включая мусор околоземного пространства, то по прошествии многих лет, никаких следов уничтоженной цивилизации отыскать невозможно. Кстати, поэтому Лесные и достигли высокого уровня развития. Они и их среда обитания - просто не интересны Высшим силам за полным отсутствием металлов и прочих редких земель.
У следующего же поколения людей всё начинается по новой с чистого листа. С той затравки на развод - всякой твари по паре, которую оставят рачительные
Отсюда, кстати, следует, что в Новом Мире "урожай" Высшие силы собрали совсем недавно. А вот Земля только-только доходит до кондиции, достигая стадии молочно-восковой спелости. И не зря различные кликуши и пророки талдычат о 2012 годе. Судя по тому, что человечество начинает захлебываться в своих отходах, ждать прихода галактических сборщиков урожая осталось совсем недолго… М-да, грехи наши тяжкие, похоже, что я вовремя смылся с планеты Земля на планету Новый Мир…
Не спеша допил крепкий чай, посидел несколько минут, без всяких мыслей наблюдая за мягким падением струй водяного потока в водопаде падуна, и приступил к сборам. О-хо-хо, перерыв на обед закончен, а покой нам, как известно, только снится.
Поднявшись по склону, в последний раз оглянулся и подумал, что предгорья это все-таки не мое место для отдыха. Прожить можно, но… через силу, со скрипом. Биологическое разнообразие здесь хромает на обе ноги, а сие не вдохновляет на житейские подвиги и расслабуху. И чего люди лезут в горы? Не понимаю.
Открыл дверь избушки, вошел и шагнул в портал.
Утром после легкого завтрака решил, что теперь можно и посетить Лесных. Вопросов накопилось масса, да и заказ, считай, выполнен на все сто.
Шагнул из портала на постамент храма в джунглях, спрыгнул на пол и, походя, щелкнул по бронзовому блюду. Оно отозвалось громко, но в меру и по-деловому. Подхватил с полки игрушку транслятора и, ругаясь на лесном языке, чтобы размять пальцы, направился к выходу.
На дворе отметил, что череп на колу уже местами побелел костями, потеряв органику мягких тканей. Личинки мух они такие, им только дай гнильем поживиться! Живенько оприходуют тухлятину. Так что еще неделька, другая и можно переносить экспонат на витрину в храм.
И еще, похоже, у храма появился уборщик. Двор выглядел почти чистым. Осталось прибрать лишь в дальнем углу. Интересно кто это постарался.
Высунув за ворота свой чувствительный ко всяким пакостям нос, отметил, что угрозы жизни отсутствуют. Точнее их нет рядом с тропой. А легкий озноб, как в промозглую погоду, все-таки есть. Но это нормально, территория не моя и джунгли лишний раз напоминают, что ушки требуется держать торчком. А раз так, то двинулся в глубь леса мягким скользящим шагом дикой кошки.
Факт отсутствия угроз подтвердился чуть дальше по тропе, когда обнаружилась пропажа двух рамок с тонкой паутинкой. Сгинула ловушка -
Далее до самого поселка прошел без приключений и, выглянув из кустов, принял во внимание, что распятие убрали, на кострище разведен костер и вроде бы что-то булькает в котелке. Это радует.
Рядом с костром, склонив головы, на коленях стояли две женщины туземки. Видимо, как услышали гонг, упали на колени, так и остались стоять до сего момента. Я попробовал отыскать еще кого-либо живого, но других людей поблизости не было. Ха, никак Лесные расстарались и сделали урезанный оргнабор среди местного населения. Причем, учли мои предпочтения… в плане женского, а не мужского пола. Посмотрим-ка поближе на вольнонаемный контингент.
Я выдвинулся на поляну, подошел к костру и тихо приказал.
– Встать.
– Девиц как подбросило с колен, но головы, что та, что другая, не подняли. Поэтому еще раз скомандовал.
– Смотреть на меня, - и заглянул в испуганные глаза.
В общем, обе выглядели однояйцовыми близнецами и мордашки имели премиленькие. Глаза большие испуганные, но блудливые. Фигурки крепкие. Вот только с росточком подкачали - примерно мне по грудь. Но тут уж ничего не поделаешь, за все время пока находился среди туземцев, я не видел ни одного великана. Одеты девочки тоже одинаково - в серый, вроде как хлопковый саронг до пояса. Прически простые - черная копна волос заколота на макушке двумя деревянными палочками.
Я не удержался и на уровне основного инстинкта пропутешествовал кончиками пальцев по одной красотке, начиная от щеки через шею и плечо, закончив мягкой спиралью, обведя вокруг крепкой, еще молодой груди. Это действие произвело должный эффект. Испуг из глаз очаровницы испарился, а появились веселые и довольные искорки. То-то же. Я вам можно сказать - отец родной. Меня нужно лелеять и любить. И рявкнул, как старшина на плацу.
– Имя.
– Девчонка не успела удивиться и испугаться, а четко отбарабанила.
– Вунисеалама.
– Я покатал имячко на языке, споткнулся и сообщил.
– Забудь. С этого дня ты Вуни, - повернулся и ткнул пальцем в близняшку.
– А твое?
– Паутокари.
– Я ухмыльнулся. Та же дурь.
– А теперь тебя будут звать Пау, - строго оглядел контингент и поинтересовался.
– Все ясно?
– Девицы дружно закивали. А раз так, то показал взглядом сначала на котелок над костром, затем кивнул в сторону стола, недвусмысленно указывая, что не худо было бы и подкрепиться. И, не выходя из роли упертого солдафона, гаркнул.
– Бегом!
Новые адепты лесного филиала храма Богов Света и Тьмы рванули, как на стометровке, с низкого старта. Замельтешили по поляне и через минуту другую, как по волшебству на столе появились мисочки с фруктами, тарелочки с ягодами и большая плошка, исходящая парком, с варевом неопределенного свойства, но по внешнему виду богатого различными ингредиентами.
Я достал свою большую ложку и на самом кончике попробовал для начала чуть-чуть. Хм, слегка непривычно, островато и весьма пахуче, но экзотично и есть можно… И черпанул полной мерой.