Аккорд
Шрифт:
Когда шоу бармена заканчивается, а из колонок начинает звучать музыка, я отпускаю Моргана приветствовать гостей. После того как все объятия заканчиваются, Тиджей поворачивается ко мне. В его зеленых как полярное сияние глазах я вижу благодарность. И любовь. Много, очень много любви.
И мне снова становится нечем дышать.
Разве можно так сильно кого-то любить?
Он прижимает меня к своей груди, и я утыкаюсь носом в его ключицу, пытаясь избежать очередного потока слез.
– Не могу поверить, Джесси.
–
– В то, что ты моя, – шепчет он.
Его слова заставляют меня улыбнуться.
– Кто тебе сказал, что я твоя? – усмехаюсь, повторяя свою реплику на склоне.
Он хрипло смеется, и я отстраняюсь, чтобы посмотреть ему в глаза. Они искрятся в свете прожекторов и глядят на меня с трепетом. Тиджей касается подушечками пальцев моей щеки, а затем запускает руку мне в волосы, обхватывая затылок.
– Мне так сказало твое сердце, – шепчет он и накрывает мои губы своими.
Вышеупомянутое сердце начинает стучать как сумасшедшее от водоворота любви, от эйфории счастья, от волны желания. Легким не хватает кислорода. Язык Тиджея вновь и вновь ласкает мой, а пальцы запутываются в волосах. С каждой секундой по телу вихрем проносятся мурашки. В животе трепещут бабочки. Я растворяюсь в чувствах, теряю голову, схожу с ума от осознания, как это прекрасно – любить.
– У меня тоже есть для тебя сюрприз, – шепчет Морган мне в губы.
– Какой? – выдыхаю я.
– Сейчас услышишь, – его губы расплываются в смущенной улыбке, и он делает шаг назад, спиной направляясь к сцене.
Движением руки Тиджей подзывает к себе свою группу и кивает головой в сторону инструментов. Дэвид и Коул поднимаются на сцену следом за Морганом, который удобно устраивается на стуле возле микрофона с гитарой в руках.
– Раз, два… Проверка микрофона. Минуточку внимания, – выдыхает он, приглушая музыку, звучащую из динамиков все это время.
Наши друзья затихают и подходят к сцене, обращая внимание на Тиджея.
– Еще раз хочу поблагодарить каждого из вас за то, что пришли. Уверен, вы хорошо проводите время. И все это благодаря одному невероятному человеку. Если бы не она, сейчас все было бы иначе. Но все… идеально. И это все ты, Джесси. – Он прочищает горло: – Эта песня для тебя.
С губ срывается шумный вздох. Глаза наполняются слезами.
Морган берет первый аккорд, и Земля замирает на оси, перестав вращаться. Мир растворяется, оставляя лишь нас в нашей собственной галактике.
И хоть я уже слышала это песню, все равно ничто не сравнится с тем чувством, охватившим каждую клеточку кожи, когда любимый человек, пристально смотря в глаза, начал исполнять посвященную мне песню.
Это чувство лучше, чем капля дождя после сильнейшей засухи, чем глоток воды после изнурительной тренировки, чем первый снег. Оно невероятно. Превосходно.
И хочется ощущать это чувство всегда.
А лучше – вечно.
Нет… бесконечно.
Глава 41
Jeris Johnson – Roses Red
Тиджей
Дерьмо.
Полное
Я сижу в раздевалке, в которой витает аромат какой-то омерзительной мази. И на мне, прости господи, коньки. Хоккейные коньки! Но и это не все… Еще полная хоккейная экипировка…
Просто полнейшее дерьмо.
Вам наверняка интересно, как я до этого докатился?
Моника, чтоб ее. Решила отомстить мне за пакет со стеклянными фаллоимитаторами, что я скупил для нее на выставке парня Мак. Ой, простите, пе-ни-са-ми.
Я в дерьме.
Почему я так люблю слово «дерьмо»?
Но иначе не охарактеризовать все происходящее.
Поздравила вчера с днем рождения такой новостью. Молодец, Моника. Напомните, чтобы я ее уволил.
Дьявол.
Когда дверь распахнется и появится девушка, которая вручит мне крафтовый пакетик на случай, если я начну блевать? Я знаю, что я не в самолете, но вдруг здесь такая же система? Морган, я долго скотч держать буду? – доносится голос Рида, и я брезгливо поворачиваюсь в его сторону. – Я должен знать, почему у тебя такое выражение лица?
– Нет, – сморщившись еще сильнее, произношу в ответ. – На кой черт мне скотч?
– Обмотать щитки, – поясняет придурок, закатив глаза.
Да, я все еще называю его придурком. Хоть он и раздражает меня уже не так сильно, как прежде. Я не из тех людей, кто отказывается от своих слов. Придурок есть придурок.
– Зачем вообще столько одежды? Я уже весь вспотел.
– Самая бесполезная информация, Морган.
– Бесполезнее, чем то, что твоя сестра приворожила мой…
– Морган, – прорычав, обрывает меня Рид и швыряет в меня скотчем.
– Я пошутил. – Я уворачиваюсь, и скотч прилетает в стену за мной.
– Не смешно, – бросает Рид и поднимается на ноги.
Я же говорил – придурок.
– И что, ты вот так просто возьмешь и уйдешь? А как мне обматывать щитки? – кричу ему вслед.
– Посмотри на ютубе. Там же, кстати, можешь посмотреть пару выпусков стендапа, чтобы узнать, что такое смешно шутить.
Прыскаю от смеха, а затем шумно выдыхаю.
Вам, наверное, интересно, какого черта вообще происходит. Мне, если честно, тоже.
Сегодня пройдет ежегодный предрождественский «Матч Звезд», когда на льду встречаются сливки хоккея и сливки шоу-бизнеса. По результатам жеребьевки я оказался в команде брата своей девушки, и если в первую секунду я был жутко недоволен этим, то сейчас я выдохнул, ведь теперь хотя бы точно знаю, что на льду он меня не прикончит.
Так что, господа и дамы, да, я буду играть в хоккей.
Не смейтесь. Хотя ладно, что уж там. Смейтесь. Это смешно.
Просто ирония судьбы какая-то.