Академия
Шрифт:
— Ева, лошади, быстро! — обернулся Натан. Он не был похож на себя обычного. Черты лица обострились, приобрели какое-то хищное выражение, глаза пылали. На мгновение я подумала о том, что зря я считала его только книжным червем. Сейчас мне довелось наблюдать силу его чар на практике, и… пожалуй, они не могли не производить впечатления.
Дарх! Лошади! Точно!
Я встала на ноги и, чуть пошатываясь, направилась к «загону» — толстой и длинной ветке, к которой привязали лошадей. Едва я выбралась из зоны защиты, в меня тут же полетел файербол. Но потоки, все еще выпущенные
Я взяла Пятнышко, приветственно всхрапнувшую при моем приближении, и еще двух коней за поводья. Только успела отвязать, как Ворон с Натаном уже оказались рядом. Они отбивались от наемников на ходу — и было заметно, как сильно устали. Видимо, именно благодаря им в меня больше не летело никаких файерболов.
— Залезай на лошадь, Ева! — крикнул Ворон.
Все бегали, суетились… и мозгами я понимала, что нельзя медлить. Но почему-то чувствовала себя крайне заторможенно. Потому и на Пятнышко забиралась, как мне казалось, медленно.
А потом мы куда-то долго неслись галопом. Точнее, я понимала, что лошадь несется, но для меня время летело как-то незаметно. И звуки долетали будто бы запоздало. Цвета казались смазанными и приглушенными. Я могла сконцентрироваться только на странном металлическом привкусе во рту.
Как я умудрялась держаться в седле — ума не приложу. Видимо, тело работало как-то независимо от меня самой — пальцы, казалось, изо всей силы вцепились в лошадь.
— Нам надо остановиться, — крикнул Натан, потянув за поводья. — Тпру!
Ворон остановился в тот же миг, я — спустя несколько метров только перешла на шаг. Пришлось возвращаться. Едва Пятнышко остановилась возле Ворона и Натаниэля, не сводящих с меня пристальных взглядов, меня затрясло.
— Магическая контузия, — сухо произнес Натан, когда мир вокруг начал меркнуть. Я поняла, что скатываюсь с седла, но в последний момент меня подхватывают чьи-то сильные руки.
Мягкий аромат костра, любимый мною с детства, проникал в легкие. Помнится, я любила подолгу сидеть напротив камина лишь для того, чтобы ощущать этот приятный запах. Вот только тогда кресло было мягкое и удобное, а сейчас… сейчас ощущение, будто я лежу на жесткой земле.
Я поморщилась и открыла глаза. Так и есть. Под боком только плотная накидка, никоим образом не похожая на подушку.
Чуть приподнялась и окинула поляну, на которой мы разместились, взглядом. Ворон разделывал какую-то мелкую дичь неподалеку от небольшого озера, а Натаниэль прикорнул у дерева. Идиллия.
— Доброе утро, принцесса, — крикнул Ворон, и Натан вздрогнул, просыпаясь.
— Что со мной случилось? — хрипло спросила я, в горле пересохло так, что каждое слово чуть ли не корябало горло.
— Тебя накрыло какими-то чарами, из-за чего ты получила магическую контузию, — ответил Натан, приподнимаясь и протягивая мне кожаную флягу. Я пригубила, но как только поняла, что там никакая не вода, закашлялась.
— Тебе
— Что вообще произошло? — стараясь не сильно морщиться, я сделала еще один глоток. Крепкий напиток спустился в желудок обжигающей волной. Ох, прям чувствую, как меня сейчас развезет.
— За твоей головой открыта самая настоящая охота. — Ворон подошел поближе и устроился между мной и Натаном. Я только сейчас обратила внимание, что у него на скуле красовался желто-фиолетовый синяк, припухший плотной шишкой.
— Это тебя наемники так? — нахмурилась я.
— Нет, — Ворон криво улыбнулся. — Это меня мой дорогой братец…
— Братец? У тебя есть братец?
— О Евалия, — вмешался Натаниэль. Он намеренно тянул гласные и паясничал, говорил с явным сарказмом. — Позволь представить тебе моего дорогого родственника, которого я уже многие годы считал погибшим! Бастиан Фер Сироль Ленобль!
— Где? — я непонимающе огляделась. Кроме нас, на поляне никого не было. И только через пару секунд до меня дошло. Я выдала глубокомысленное: — А-а-а… Э-э-э, — не менее глубокомысленно добавила следом. И под конец еще куда более мудрое: — Но-о-о…
— Да, принцесса, я тоже был, мягко говоря, в шоке, и не смог сдержать свою радость, — процедил Натан. — Да и то, что ты, оказывается, уже несколько месяцев знакома с моим замечательным братишкой, меня тоже несколько… кхм… впечатлило.
— Я не знала, — тихо произнесла я, переводя взгляд с Ворона на Натаниэля и обратно. Они ведь совсем не похожи! Натаниэль — светловолосый, Ворон — брюнет. У первого острые и аристократичные точеные черты лица, а у второго более брутальные и мягкие. Натан худой и долговязый, а Ворон, хоть и тоже довольно высокий, но значительно шире. Что-то… не сходится.
— Наш Натанчик пошел в матушку, а я в отца, — пародируя тон брата и угадав мои мысли, произнес Ворон. Или теперь мне его надо называть Бастиан?!
— О-о, похоже, наш Бастианчик всем пошел в отца! — резко выдохнул Натан.
— Ой, брось! Тебе прекрасно известно, что отец был во всем прав!
— И поэтому ты решил обмануть меня насчет твоей смерти?! Ты хоть представляешь, что я тогда пережил?!
— Я обманывал не тебя, а его величество.
— Ты мог рассказать!
— За тобой осуществлялась постоянная слежка.
— Не такая уж и постоянная!
— Я не мог рисковать!
— Не мог рисковать ради чего? Ради того, чтобы оказаться на плахе?
Я переводила взгляд с одного брата на другого и толком ничего не понимала. Какой информацией я располагала? Натан и Ворон — родственники. Ворон, он же Бастиан, он же «сын предателя», инсценировал собственную смерть для того, чтобы обмануть моего отца. Хорошо, это я могла понять. Для чего? Для того чтобы избавиться от его постоянного надзора — тоже в принципе казалось логичным. Вот только для чего ему избавляться от постоянного надзора? Заговор? Противозаконная деятельность?.. Продолжение дела отца?