Академик
Шрифт:
И все. На небе остался только рваный белый шлейф, который тут же начал таять и через минуту исчез совсем. Значит, человек, как и сама Иринка, упал на крышу! Или довольно метко попал в крышу... Иринка огляделась по сторонам, соображая как перебежать оживленную улицу с кучей полос. Справа, в полусотне метров она заметила что-то вроде подземного перехода и быстро побежала к нему.
Перебежав улицу по переходу, Иринка кинулась к высотке. На ее счастье подъезд был открыт, более того — распахнут настежь. Она метнулась к лифтам, маячившим в дальнем конце просторного холла. Здесь ее ждал облом – все четыре лифта оказались защищены хитроумными подобиями земных домофонов.
— Я узнал, что у меня есть огромная семья, – начала она читать вслух вдруг пришедшие на ум детские стишки, в ритм прыжкам через пролеты, чтобы не сбивать дыхание. — И тропинка, и лесок, в поле — каждый колосок...
Сколько она уже преодолела? Пятьдесят? Шестьдесят? Восемьдесят?
— Речка, небо надо мною — это все мое, родное!
Родное, как же... Более чужого, чем это проклятое белое небо, ничего и быть не может. А вот ее детям, если вдруг они у Иринки здесь появятся, окажется в самый раз...
На стенах мелькали какие-то большие желтые значки — наверняка, цифры — но получалось, что прочитать-то она их не могла. И в надписях на бытовой технике в каморке Ми-хи тоже ничего нельзя было разобрать. Ладно, поживем-увидим. Пока что земляка надо спасать...
Наконец, после бесконечного числа ступенек и пролетов, она уперлась в тупичок с небольшой дверью, оказавшейся запертой наглухо. Недолго думая, Иринка, у которой все же здорово перехватило дыхание от такого подъема, сделала вдох и мощным йоп-чаги вышибла дверь. Не успев даже толком удивиться, что ей удалось это с первого раза, Иринка выскочила на залитую солнцем крышу, зажмурилась от яркого света, бьющего по глазам после полумрака, что царил на лестнице...
И вдруг получила удар в грудь такой чудовищной силы, что чуть не улетела с крыши. Падая, Иринка врезалась головой в поребрик, что шел по периметру крыши. В голове что-то ярко вспыхнуло и взорвалось дикой болью. А как же все эти безболезненные травмы до этого? Черт подери, кто ее ударил-то?!
Словно в ответ на ее немой вопрос, сверху ей прилетел еще один удар ноги, – едва успев раскрыть глаза, Иринка успела заметить! – обутой в... кроссовку «Nike»! В голове опять будто что-то взорвалось... Все же Иринка, превозмогая боль и не дожидаясь следующего удара, перекатилась влево и услышала тяжелый шлепок о бетон подошвы той самой стильной кроссы... Иринка крутанулась на месте и успела сделать подсечку «найку». Хозяин модной обувки жестко шмякнулся где-то рядом, но тут же с выдохом сделал подъем с прогибом. Иринка тоже быстро вскочила, оттолкнувшись руками, и встала в стойку. Невысокий, блондин, в джинсе и свитере, от обгоревшей куртки – одни рукава... Ее бил земляк! Гаденыш! Вернее, паденыш... Лицо вытянутое, злое, глаза бешеные... Истинный ариец, блин! Бетон в том месте, куда он попал ногой вместо головы Иринки, раскрошился, как после удара кувалды...
— Эй, подожди!
– - крикнула Иринка, – остановись! Я же своя!..
Земляк зарычал и снова атаковал. Молниеносный рывок вперед, и сразу же бронебойный фронт-кик. Кикбоксер... Тот еще бык! Иринка резко присела и, защищая солнечное сплетение, поставила блок обеими руками. Но все равно отлетела назад и, разрушив часть короба вентиляции, упала на колени. Куски бетона брызнули во все стороны. Слишком мощно... Паденыш опять высоко подпрыгнул и выставил колено, чтобы пригвоздить ее к крыше... Вот ведь упорный гад! – пронеслось
И тут блондин, вне себя от ярости, схватился за какую-то трубу, что торчала из стены, осталась от антенны... И оторвал ее! Теперь у него в руках был дополнительный и весьма весомый аргумент... Которым он мог, например, проделать в Иринке дыру. По ясным голубым глазам было видно, что сможет. Иринке вдруг стало по-настоящему страшно...
Ариец кинулся вперед. Ей ничего не оставалось, как только из последних сил уворачиваться от бешено, с диким свистом, вращающейся трубы. Наконец, Иринка снова пропустила страшный удар, всего на секунду отключилась и...
Парень стоял над поверженной Иринкой, занеся трубу над головой, как двуручный меч, чтобы вогнать рваным краем в девичью грудь. Вбить осиновый кол, будто поганой вурдалачке. Прямо в сердце, под раскаленный амулет...
– Нет, – только и успела прошептать Иринка, – только не так...
– Stirb, Schei?e! Auch was bist du?!
*
– вдруг прорычал блондин. Труба пошла вниз... Иринка закрыла глаза.
За что?!!
Знакомые быстрые щелчки откуда-то слева... Три, четыре, пять... Справа вдруг слышен звон упавшей трубы и глухой удар падающего тела. Иринка открыла глаза, увидела над собой лишь чистое небо... Странный шорох, словно кто-то над ухом сыплет песок из кулака. Она повернула непослушную голову на звук, и вот – рядом лежит проклятая труба, рваный ее край скалится ей прямо в лицо, а за трубой – заплетается странный вихрь из коричневой пыли...
Над Иринкой склонилось знакомая фигура. Ему так идет этот шрам...
– Ми-ха? – прошептала она и широко раскрыла свои огромные глаза.
Ей показалось, или он ей мягко улыбнулся? Ми-ха снова, как тогда, в гараже, резко поднял Иринку с земли и отвернулся, глядя куда-то вдаль...
– Спасибо, – снова прошептала она его спине, едва держась на ногах. Он пожал плечами.
– Не за что.
Не оборачиваясь, он протянул правую руку в сторону. В левой он держал свое оружие.
– Отдай камень.
Иринка дрожащими руками сняла остывающий камень с шеи и молча положила его в раскрытую ладонь.
– Пойдем. Стражи стали гораздо расторопнее.
Все так же не оборачиваясь, Ми-ха направился к выходу. Иринка обернулась и посмотрела на кучку то ли пыли, то ли пепла, а также на ужасающую разруху вокруг. Потом подняла глаза выше, на город и залив, купающиеся в лучах щедрого местного солнца. А ведь ариец или не смог, или не захотел подавить в себе слепую ярость на время подаренной силы. Она ведь срывает башню похлеще отходняка после наркоза... Как она сама выдержала? Что ж, от буйных соплеменников стоит держаться подальше. От местных, впрочем, тоже.
– Пойдем, – тихо согласилась она и поплелась вслед за своим нежданным и чудесным спасителем. Несколько часов назад тоже пытавшимся ее убить. Плевать... Что ей сейчас было нужно, так это забиться в угол и упасть в положение лежа часа на два-три. А еще Иринке до жути захотелось выпить водки. Должна же у инопланетян быть водка, иначе как они тут не сходят с ума от такой вот херни, без конца падающей с неба? И чертов Ми-ха должен знать, где здесь наливают.
__________________
* – Умри, бл#дь! Что ты такое?! (нем.)