Ахиллесова пята
Шрифт:
– Кому, «Мармону»? А что я ему мог сказать. Я пиастров не чеканю, – уверенным тоном ответил тот и выразительно добавил: – Надо узнать, есть ли сейчас в посольстве свободные средства. Скорее всего, вряд ли. Это надо теперь в Москве запрашивать, в МИДе.
– А сколько ему вообще надо?
– Двадцатку просит.
Ахаян снова хмыкнул.
– Да, в общем, не так уж много, – осторожно вставил Минаев.
– Да было бы за что, – тут же фыркнул Бутко.
– И когда ему надо? – Василий Иванович опять обращался к Иванову,
– Сказал, к концу месяца, кровь из носу.
– Ну, коли так, подождет. К концу месяца, я думаю, картинка чуточку-то хоть прояснится. Будем надеяться. Вот сведем дебет с кредитом, посмотрим. Может, так окажется, что еще он нам должен будет. За свои информационные выкрутасы. Да, Михал Альбертыч? – неожиданно обратился он к человеку за штурвалом.
– Конечно, – не задумываясь, ответил тот.
– Та-ак, это где это мы сейчас, – подавшись чуть вперед, Ахаян стал внимательно оглядывать через лобовое стекло пейзаж по обе стороны набегающей на них дороги. – Севр проехали, – констатировал он, оглянувшись и посмотрев в стекло заднее.
– Проехали, – подтвердил Бутко.
– Гелий Петрович, там у нас как, в культурной программе, ланчик какой-нибудь предусмотрен, чи ни? – Василий Иванович снова демонстративно поднял вверх запястье левой руки, на котором сидящий рядом Иванов, профессионально скосив глаза, с более-менее твердой степенью уверенности идентифицировал швейцарский «Лонжин».
– А как же, – мгновенно встрепенулся Гелий Петрович. – Сейчас подъедем и... сразу... А можно и по дороге где-нибудь заскочить, на трассе.
– Не надо на трассе, – слегка поморщился Ахаян. – Сейчас тут у нас скоро, с левой стороны, должен заводик какой-то цементный показаться. Или мукомольный, шут его знает. С цистернами такими здоровыми. А после него, правда, уже направо, дорога пойдет на этот, как же его... Вирофло, нет – Вирофле. Вот туда мы и свернем. – Он слегка хлопнул Бутко по плечу. – Только ты смотри повнимательней, не проскочи. Он поворот такой... малоприметный.
Бутко с Минаевым едва заметно переглянулись, после чего последний немного осторожно спросил:
– А чего там, за этим поворотом?
– А там, за поворотом, километра через два, на развилке, возле рощицы заправочка одна должна быть. А при ней харчевня. Маленькая, тихая. Если там, после нас кто-нибудь еще появится, это будет очень большим сюрпризом. И совпадением.
Ахаян снова откинулся на спинку своего сиденья, а Бутко, перекинув правую ступню с педали акселератора на тормоз, опустил стрелку спидометра на отметку 50 и начал пристально вглядываться в пробегающий мимо рельеф местности, с особым упором на правую сторону дороги.
– Не здесь, чуть подальше, – успокоил его Ахаян, – ты, главное, завод слева не прозевай. Он не очень такой... внушительный. – Немного помолчав, он довольно неожиданно спросил,
– Обычный китайский ресторан. Ничего особенного, – в соответствии со своим статусом, взял на себя инициативу ответа Минаев и обернулся к человеку, нашедшему карточку, – Как там его, бишь?
– Лун Ван, – подсказал автор находки и пояснил: – Что в переводе означает: «Царь-дракон».
– Китайский знаешь? – поднял вверх бровь Ахаян.
– Да нет, – улыбнулся Олег. – Это мне официант сказал. Я же туда тоже заходил, посидел. Так, на всякий случай, посмотреть, что к чему. Понюхать.
– Шустрый, – непонятно, то ли с одобрением, то ли с иронией произнес Ахаян. – Ну и что вынюхал?
– Да, в общем-то, ничего особенного. О «Матрене» я, естественно, расспрашивать не стал. А так... ресторан, действительно как ресторан. Единственно, там, помимо обедов, хозяин гаданиями еще какими-то занимается. Для особо приближенных.
– Какими гаданьями?
– Ну... я точно сказать не могу. Что-то там в китайском духе.
– А «Матрена» у нас что, любительница гаданий?
– Ну... да, похоже. И не только. Она еще и астрологией увлекается. Насколько можно судить из собранной информации. Всякими там магиями чисел.
– И прочей разной херомантией, – добавил Минаев, снова – то ли непроизвольно, то ли преднамеренно – исказив произношение последнего слова.
– Хм, – Ахаян задумчиво опустил голову.
– Взбалмошным натурам свойственна некоторая тяга к сверхъестественному, – подал голос еще немного сбавивший скорость водитель.
– Можно подумать, она не взбалмошным несвойственна, – резонно возразил ему его сосед справа.
– Так, вот и завод, – прервал грозящую начаться научную дискуссию Василий Иванович и, снова чуть подавшись вперед, стал давать ориентирующие подсказки Бутко: – Через триста метров будет поворот. Нет, даже чуть подальше. А вот и он, пошли направо, так. – Он продолжал уверенно командовать действиями водителя. – Здесь налево, по параллельной дорожке вперед полкилометра... Так, давай, давай, еще вперед. Cейчас снова направо, и теперь прямо, версты две, чуть побольше, до развилки. – Закончив давать штурманские указания и немного помолчав, Ахаян опять повернулся к Иванову. – А где вообще сейчас эта карточка?
– У меня.
– Доставай.
Через несколько мгновений подобранный десять, вернее, одиннадцать, дней назад на мостовой улицы Виталь белый плотный прямоугольник перекочевал из аккуратного складывающегося пополам кожаного портмоне в худощавые, сухие руки, с тонкими длинными пальцами.
– А сие что означает? – Ахаян, перевернув карточку, рассматривал уже ее обратную сторону, на которой был изображен написанный шариковой ручкой какой-то иероглиф, в сопровождении не менее непонятных палочек.