Агентство «Томпсон и К°»
Шрифт:
Он читал свой проспект.
Робер тщетно пытался остановить этот поток слов. С таким же успехом можно было остановить экспресс на полном ходу!
— Да, да… Вы знаете все это по объявлениям? И знаете, какую мы выдержали борьбу? Славный поединок, не правда ли?
Это словоизвержение могло продолжаться долго. Робер потерял терпение.
— Вы
— Я к вашим услугам,— ответил словоохотливый собеседник.
— Скажите, у вас действительно есть переводчик, как объявлено в афише?
— Что?! — воскликнул Томпсон.— Вы сомневаетесь? Можно ли отправляться в подобное путешествие без переводчика? Конечно, есть переводчик! Великолепный, говорящий на всех языках.
— Ну тогда,— сказал Робер,— мне остается только извиниться и откланяться.
— Как так?…— встрепенулся озадаченный Томпсон.
— Я хотел предложить услуги в качестве переводчика, но, поскольку место занято…
С этими словами Робер поклонился и направился к двери. Но Томпсон бросился за ним.
— Вон в чем дело! Нам необходимо объясниться. Прошу вас, идемте со мной.
— Но зачем?
Томпсон продолжал настаивать:
— Так нужно, идемте же!
Роберу пришлось подняться на второй этаж, в контору, скромная меблировка которой странным образом контрастировала с роскошью помещения на первом этаже. Неполированный стол из красного дерева, шесть соломенных стульев — вот и все.
Томпсон сел и пригласил Робера сделать то же самое.
— Сейчас, когда мы одни, я могу признаться, что переводчика у нас нет.
— Однако,— удивился Робер,— еще пять минут назад…
— Да, да,— подтвердил Томпсон,— пять минут назад я принимал вас за пассажира, за клиента!
И он засмеялся так добродушно, что Роберу не оставалось ничего другого, как разделить его веселье.
Томпсон продолжал:
— Место, стало быть, свободно. А рекомендации у вас есть?
— Я думаю, они вам покажутся излишними, когда вы узнаете, что еще час назад я был служащим «Агентства Бейкер».
— Так вы пришли от Бейкера? — воскликнул Томпсон.
Робер был вынужден рассказать от начала до конца все, что с ним произошло.
Томпсон ликовал. Лишить своего соперника всего, даже переводчика,— это было превосходно! Он смеялся, хлопал себя по ляжкам, вставал, садился, перескакивал с места на место, повторяя:
— Замечательно! Отлично! Чертовски забавно!
Наконец, немного успокоившись, он заключил:
— Ну, если так, то решено. А что вы делали до того как связались с этим несчастным Бейкером?
— Я был преподавателем,— ответил Робер,— преподавал свой родной язык.
— Какой? — осведомился Томпсон.
— Французский.
— Отлично! — одобрил Томпсон.— А знаете ли
— Черт возьми,— ответил смеясь Робер,— в отличие от вашего великолепного переводчика, я знаю далеко не все. Кроме французского, владею, как видите, английским, а еще португальским и испанским.
— Прекрасно! — воскликнул Томпсон, не знавший ни одного языка, кроме английского, да и то не слишком хорошо.
— Если так, то все устраивается наилучшим образом,— сказал Робер.
Но Томпсон как-то внезапно поскучнел.
— Поговорим теперь об оплате. Боюсь быть нескромным, но сколько вы зарабатывали у Бейкера?
— Нисколько,— ответил Робер.— Мне было лишь обещано триста франков, без расходов на питание и каюту.
Томпсон задумался.
— Да,— пробормотал он,— триста франков — это не так много…
Он встал.
— Да, в самом деле, немного,— энергично повторил он, снова сел, задумался, погрузившись в созерцание одного из своих перстней.— Но для нас, после того как мы снизили цену для туристов до предела,— это, пожалуй, многовато.
— Значит, вы намерены платить мне меньше? — спросил Робер.
— Да,— вздохнул Томпсон,— намного меньше.
— А на сколько? — настаивал задетый за живое Робер.
Томпсон встал и прошелся по комнате:
— Дорогой мой, поставьте себя на мое место. Вы помните, какую схватку мы выдержали с этим проклятым Бейкером…
— Прошу вас короче,— прервал его Робер.
— Мы снизили цену на пятьдесят процентов, не так ли? Это верно как дважды два четыре. И чтобы возместить потери, мы нуждаемся в понимании наших сотрудников. Надеемся, что, следуя нашему примеру, они умерят свои запросы…
— …И согласятся на половинную оплату,— подсказал Робер.
Собеседник подтвердил его слова кивком головы.
Робер старался ничем не выдать своего разочарования. Томпсон же, стоя напротив, опять выпустил на волю джинна своего красноречия.
— Надо уметь приносить жертвы во имя общих интересов. Ведь именно об этом идет речь! Свести к минимуму расходы на дорогое путешествие и сделать доступным для многих то, чем раньше могли пользоваться только богатые. Не это ли высшее человеколюбие, черт возьми! Благородное сердце не должно быть равнодушно…
Робер оставался спокойным во время этого нескончаемого словесного потока. Он немного подумал и решил согласиться на 150 франков. Томпсон скрепил договоренность горячим рукопожатием.
Робер вернулся к себе все же довольный. Путешествие обещало быть интересным, и, в конце концов, представлялось настоящей удачей для человека, находящегося в бедственном положении. Оставалась только опасность появления еще одного агентства, затем третьего, четвертого и так далее. Не было оснований для уверенности, что это агентство последнее.